Главная героиня с картины Ивана Крамского "Девушка с распущенной косой" столь прекрасна, что поначалу не понимаешь: вид у нее, пожалуй, не столь здоров, как хотелось бы... Желтоватая кожа лица под ярким солнечным светом кажется совсем пергаментной; на лице застыла печать пережитых (или все еще переживаемых) мучений...
Все дело в том, что вторая половина XIX века была ознаменована в живописи появлением новой темы: человека стремились изобразить в болезни, показать его увядание и последние дни…
Иван Крамской пошёл дальше своих современников: он не хотел вводить в свои картины нищету или же болезни, которые зачастую и приводили к трагическим исходам; социальная сторона вопроса вообще не интересовала его. В предсмертном лике он видел лишь покой и умиротворение. Художник чувствовал, что только в таком - пограничном - состоянии человек способен заглянуть внутрь себя, отгородившись от повседневных забот, и открыть душевную красоту.
Я же, в свою очередь, замечу, что в таком состоянии человек способен полностью пересмотреть свой взгляд на жизнь, утратить прежние иллюзии и стать мудрее...
Девушка на портрете напоминает мне сразу двух героинь: Наташу Ростову из "Войны и мира" Л.Н.Толстого и Марианну из романа "Чувство и чувствительность" Дж.Остен. Обе они пережили предательство человека, которому всецело доверяли: Наташа – Анатоля Курагина, Марианна – Уиллоби. Обе получили серьёзную моральную травму, подкосившую их также и физически. Однако они не умерли, но вышли из болезни умудренными опытом и ещё более прекрасными, нежели были прежде.
Мне кажется, я различаю в девушке с распущенной косой те же следы моральной травмы; на её измученном болезнью лице проступает понимание своей беды и принятие её.
Столь прекрасная девушка - и столь печальная…
Как бы мне хотелось, чтобы солнце вновь улыбнулось ей. Окрасило румянцем щеки. Заиграло в волосах...
Поставьте 👍, если статья показалась Вам интересной.
Если же Вам понравились заметки, добро пожаловать на мой канал:)
Читайте также:
Иван Крамской. Прекрасные утопленницы
Пьер Огюст Ренуар. Ах, эти танцы!..