Начинай уже сейчас жить той жизнью, какой ты хотел бы видеть ее в конце.
Марк Аврелий
Раннее, обычное, ничем не примечательное утро. Сонные многоэтажки мирно дремлют, подставляя свои серые бока ласковому восходящему солнцу. Кругом ни единой души. Люди еще нежатся в постелях, уютно укрывшись одеялом и досматривая сны. Они пока не подозревают, что совсем скоро их безжалостно вырвет из нежных объятий Морфея звук, заведенного с вечера, будильника. Повсюду, настолько насколько может слышать человеческое ухо, царит всеобъемлющая тишина…
Но тут ее неуверенно нарушает первая ласточка в обличии Homo sapiens. Не до конца проснувшись, вялым движением открыв дверь подъезда, на улицу выходит человек с собакой на поводке. На его лице не читается ни одной эмоции. Его не трогают ни первые лучи солнца, коснувшиеся щеки, ни пустынный двор, ни деревья, замершие в безветрии и от того не шелестящие ни единым листом. Человек идет, понуро опустив голову, переступая ватными ногами так, будто они его не слушаются. От этого он все время спотыкается на неровно уложенном асфальте местами облезшем, местами вспученном и потрескавшемся.
Собака же ведет себя более радостно в это пусть и раннее, но прекрасное утро. Она бодро бежит, виляя хвостом новому дню, высоко подняв голову и втягивая ноздрями свежий воздух с его разнообразными запахами. В движениях животного читается безмятежность и дружелюбная заинтересованность к сообщениям, оставленным с вечера представителями его вида.
Так они двигаются – человек и собака – первый, не до конца очнувшись ото сна, вторая, наслаждаясь каждой секундой жизни. Вдруг собака резко останавливается и замирает в напряженной позе. До ее слуха явно долетает какой-то посторонний, незнакомый и тревожный звук. Человек не сразу замечает изменение в настроении четвероногого друга, продолжая идти вперед. И лишь тогда, когда поводок натягивается, он оборачивается к собаке, дабы посмотреть, что ее задержало. Видя волнение, которым обуяло каждую клеточку любимого и до мурашек преданного ему существа, человек пытается разглядеть вдали то, что могло вывести из равновесия собаку. Не находя объяснение данному факту, он подходит, наклоняется и успокаивающе начинает гладить пса, тихо приговаривая: «Ну-ну, будет тебе. Пойдем, посмотрим, что тебя так встревожило». Пес доверчиво смотрит в глаза хозяину, виляет хвостом, и они вместе начинают шагать по направлению к чему-то неизвестному им обоим.
По мере приближения уже и человек начинает различать доносящиеся издали звуки. Какой-то неопределенный, нарастающий шум… Беспрерывное, монотонное шептание. Словно звук далекого водопада, срывающегося тугим потоком со склона гор. Но откуда в черте города, а тем более, внутри маленьких жилых дворов горы с водопадами? Этот шепот все крепчает и крепчает, превращаясь в громкий гул. Обогнув очередное здание, человек и собака попадают под воздействие того, что они с любопытством искали. Их будто обдает звуковой и зрительной волнами. Это происходит настолько внезапно, что они останавливаются, в буквальном смысле слова, прирастая к земле. Собака первая приходит в себя. Увидев и тем самым прояснив для себя ситуацию, она быстро теряет интерес к происходящему. Человек же завороженно смотрит перед собой.
А там разыгралась целая феерия! Буйство водной стихии!
Фонтанирующий столб H2O взмывается ввысь на уровень 5-ти этажного дома, вырвавшись из железных оков водопровода. Его мощь, жажда свободы, упрямство и в то же время красота ниспадающего, пенящегося потока, разлетающегося в мелкую дисперсную пыль, восхищают и приковывают к месту. Сей упругий, смелый, уверенный в своей силе и правоте поток будто говорит, людям, замуровавшим его в железную тюрьму: «Я – есть стихия, появившаяся на этой планете за много веков до вашего существования! Я - есть Свобода! Я – есть Чистота и Правда! Меня невозможно затоптать, заковать, зачернить и сдержать. Я сильнее, мудрее вас! Так задумайтесь же, маленькие трепещущие искорки планеты Земля! Откажитесь от столь глупого и бесполезного занятия по укрощению Меня, чье имя Жизнь!»
Вот что проревел сей поток человеку. А еще ему вдруг вспомнилась сказка-аллегория «Attalea princeps» Всеволода Гаршина. И стало немного грустно. Ведь исход всем известен. Но это будет потом…
Сейчас же перед глазами раскинулась неудержимая, всепоглощающая жажда жизни!