Вдыхая воздух горький и горячий, Мы не спешим признаться во грехах. На жеребце, как атаман казачий, Мы мчимся по глухим степям. Пожалей уставшего в пыли коня, И дай спокойно насладиться небом. За горизонтом пути нет конца, И зачем ты вечно ждешь ответы? Тяжело тебе дышать в Париже, В Ницце чувствуешь не то, что хочешь. Эй, давай, родной, давай пореже Выбрасывай наружу горечь. В Москве ты словно в склепе, Пекин - уж точно не твоя мечта. На краю билета тонкие скрепки, В сумке лежат не твои паспорта. Куда ты несешься, безумец, постой! Ты богат? Иль ты обделенный? Ищешь в пустыне бутылку с водой, И будешь водой святой окропленный. В Иерусалиме остановилось дыхание... Затем снова задвигалась грудь! Тихие вечерние самопризнания И повод купить что-нибудь. Всё скучно, не хочешь в саду Насладиться пением серых птенцов, И, подойдя поближе к гнезду, Услышать трель их отцов. Не хочешь, чтоб в оперном зале Солист своим басом тягучим и звонким Пел (так старался) арию Allez,