О башню «Лахта-Центра» (в прошлом — «Охта-Центр», а простонародье — кукурузина) сломано немало копий. Еще на заре обсуждений этого действительно проблемного объекта город, точнее, его общественность, словно бы разделился на два лагеря: тупоконечников и остроконечников. Одни были за строительство напротив Смольного Собора, а другие — строго против.
Стоит сказать, что любые Башни в мировой истории почти всегда имеют символическое толкование и особенное значение. Поэтому, теперь, когда строительство башни почти завершено, можно начать подводить некоторые итоги. Если можно так выразится, начать осмысление исторического вклада инициаторов башни…Что же город получил на ближайшие десятилетия, пока башню не снесут неблагодарные потомки?
Во-первых, город получил однозначный и недвусмысленный знаковый элемент, символизирующий исключительную вертикальность и недосягаемость российской власти и ее подконтрольность только одной сущности, обитающей на самом верхнем этаже этой башни. Некоему медиуму российской природы власти.
Если трактовать его в знаковой системе, то, попросту говоря, общество пока не вполне готово к другой, горизонтальной, структуре своего общественного устройства, то есть не готово к гражданскому обществу. Именно по этой причине власть не особенно и пыталась в середине нулевых как-то убедить всех окончательно устроиться на небольшом острове на берегу Невы — на месте одного из реально первых Балтийских поселений-городков — Ландскроне, а задолго до того неолитической стоянке вообще пралюдей.
Башня была нужна для упрямого самоутверждения всего лишь нескольким людям во властной вертикали хоть где-то, но в Северной Столице.
Чистая фактология
Из истории. При большевиках там была судоверфь и «Петрозавод». Настоящая археология началась на Охтинском мысу лишь с 1992 года. Руководил процессом П. Е. Сорокин. В середине нулевых закрутились дебаты по поводу возможного строительства здесь делового квартала с небоскрёбом — Охта-центра. А параллельно, уже примерно с 2006 года, на месте «Петрозавода» в устье речки Охты проводили охранные археологические раскопки. Вот они-то и обнажили валы и рвы Ниеншанца, а также — укрепления самой Ландскроны.
Крепость сохранилась изумительно: рвы, остатки стен, основание деревянной башни-донжона. Археологи нашли наконечники стрел арбалета. В общем, был найдет уникальный научный материал, чего ранее сделано не было. А это позволили ответить на многие спорные научно-исторические вопросы. И в этом смысле строительство «Лахта-центра» — безусловный вклад в российскую историю. Так, к примеру, Ландскрона оказалась деревянно-земляной крепостью, а вовсе не каменной, как предполагали. Многие особенности конструкции доказывают, что Ландскрона была хорошо укреплённой и мощной шведской крепостью. В ходе раскопок обнаружены и укрепления, которые были тут до Ландскроны.
Более того, здесь были обнаружены и остатки древних людей аж неолитической стоянки, когда не было еще и Невы, а Охтинский мыс был берегом древнего моря. Таким образом, весь этот памятник нарекли «Петербургской Троей». Общественность потребовала переноса строительства небоскрёба в другое место и сохранения Охтинского мыса для науки. В итоге проект строительства был отменён.
Но и больше на мысу ничего не делалось. Он так и стоит печально за синим строительным забором, видимо, в ожидании лучшего руководства страны.
Поэтому во-вторых, мы получили заброшенное археологическое капище, которое могло бы стать настоящей мировой жемчужиной. Но пока не стала. Деньги «Газпромом» были вложены в строительство башни, но никак не в восстановление истории. Просто на данном этапе времени нам, видимо, политически не выгодно вскрывать, выкапывать и выставлять напоказ истинную глубинную историю того места, где сейчас стоит мой любимый город. Город с туманной историей.
В-третьих. Хотя город и поимел, с одной стороны, чудовищные виды торчащей башни, видной со всех сторон центральной части Петербурга. Но, с другой, необычную видовую панораму со стороны Финского залива. Туристам, ничего не понимающим в genius loci (в римской религии дух-покровитель того или иного конкретного места, деревни, горы, отдельного дерева), Гении Места, понравится.
На то они и туристы, чтобы потреблять в основном только видимое… Про рабочие места для сотрудников «Газпрома» скромно промолчим: пусть им будет комфортно в башне из этой кости Левиафана. Пусть на заливе будет только чудесная солнечная пора и с верховьев Башни открываются исключительно чудесные виды…