Девочка пяти лет, приговаривая, увлеченно играла во что-то сама с собою под деревом, — к удовольствию и гордости собственной бабушки, сидевшей на скамеечке поодаль.
— Хорошо тебе там играться? — поинтересовалась наконец бабушка.
— Да! — крикнула счастливая девочка.
— А ты иди сюда, ко мне, на солнышко, — посоветовала бабушка.
Послушная девочка нехотя оставила игру и побежала куда было велено.
— Не беги! — прикрикнула мудрая бабушка. — Иди шажочками, а то упадешь. Яблочко хочешь?
— Да! — обрадовалась девочка.
— На вот тебе сливу, — сказала бабушка. Девочка удивилась, взяла сливу и побежала обратно, под дерево, но споткнулась и упала.
— Вот! — с удовольствием сказала бабушка. — Говорила я: упадешь! Говорила! Ты ж бегать не умеешь, ноги у тебя неправильные…
Пятилетняя обладательница неправильных ног изо всех старалась не расплакаться.
— Она бегать-то не умеет, — участливо и громко разъясняла тем временем бабушка ситуацию соседке по скамейке. — Неправильно ноги ставит!
Соседка, кивая, рассматривала девочку вместе с ее неправильными ногами, и девочка все-таки заплакала.
— Она и ходит-то неправильно… — сообщила бабушка. — Ты на скамейку сядь и сиди! — переключилась она снова на предмет воспитания. — Раз ноги не умеешь ставить.
Девочка уже выла.
— Еще раз побежишь — домой пойдешь, дома будешь сидеть! — Бабушка прибавила звук и перешла на следующую октаву. — Нечего бегать, а потом мне тут плакать!
— Я не плакала, не плакала! — закричала девочка, еще две минуты назад счастливо игравшая под деревом.
Но правда восторжествовала.
— А я видела, видела! — радостно настояла бабушка. — Плакала, плакала!
Вообще-то я против смертной казни, но иногда очень хочется.