Найти в Дзене
Открытое будущее

Машина Памяти, или Записки из Будущего

Привет, мой дружище из 2019-го! Пока наш Мурзилка борется изо всех сил за наше светлое будущее, за Интеграл Вано, и пока вы привыкаете, вместе с Мурзилкой к этому единственному Интегралу (образу мышления и действия), способному сохранить жизнь на Земле и дать людям счастье, я хочу предложить вашему вниманию - своему вниманию, так как я, естественно, среди вас, один из вас - некоторые Записки, сделанные пациентами нашего Санатория имени Л. Н. Полного, санатория-профилактория будущего. Я писал тебе о нем в Открытую Семинарию, где я и болтался в 2019-ом. А на этом канале я познакомлю тебя с буднями нашего Санатория - глазами его пациентов, моих друзей. Все мы, естественно, страдаем какими-то психическими расстройствами, но, как я тебе уже сообщил, мы научились использовать их во благо человечества (в отличии, увы, от вас). И начну я с Записок моего соседа, через лесок от меня. Я не могу назвать тебе его настоящего имени, потому что наверняка произойдет сдвиг пространственно-временного к
Оглавление

Привет, мой дружище из 2019-го!

Пока наш Мурзилка борется изо всех сил за наше светлое будущее, за Интеграл Вано, и пока вы привыкаете, вместе с Мурзилкой к этому единственному Интегралу (образу мышления и действия), способному сохранить жизнь на Земле и дать людям счастье, я хочу предложить вашему вниманию - своему вниманию, так как я, естественно, среди вас, один из вас - некоторые Записки, сделанные пациентами нашего Санатория имени Л. Н. Полного, санатория-профилактория будущего. Я писал тебе о нем в Открытую Семинарию, где я и болтался в 2019-ом.

А на этом канале я познакомлю тебя с буднями нашего Санатория - глазами его пациентов, моих друзей. Все мы, естественно, страдаем какими-то психическими расстройствами, но, как я тебе уже сообщил, мы научились использовать их во благо человечества (в отличии, увы, от вас). И начну я с Записок моего соседа, через лесок от меня. Я не могу назвать тебе его настоящего имени, потому что наверняка произойдет сдвиг пространственно-временного континуума. Но назову его именем весьма созвучным ему, хотя и неузнаваемым. Таким же образом я вынужден поступить и с другими именами в его Записках - несколько изменить их.

Аркадий Гаврилович Левашов - так назовем моего друга, автора этих записок - надеется, что он, и его друзья из 2019-го прочитают эти Записки, и тем самым подготовятся к тому, что впереди. Чтобы не промахнуть мимо Прекрасного Далека. Привожу записки профессора Левашова в том виде, в каком он их мне предоставил - в виде Повести. Повести, написанной в 2025-ом году. А если точнее - он все еще ее пишет, свою Повесть из будущего, которой он дал странное название - Далила. Пишет, по мере того, как разворачиваются события в 2025-ом. Вы увидите, что изменилось у нас. А что, увы, не изменилось. Ведь не в Раю пока живем, а всего лишь в 2025-ом.

Машина Памяти

«Далила? Кому пришло в голову такое название?» спросил Владимир Петрович (ВП) широко и уверенно шагая по длинному белому коридору лаборатории в сопровождении сравнительно небольшой свиты из телохранителей, секретарей, ассистентов, ну и, конечно же, руководителя проекта, директора лабораторией Новейших технологий, и нескольких научных сотрудников, которые занимались непосредственно проектом «Далила», а потому удостоились находиться теперь в свите ВП. Надо сказать, что ВП не нуждается в представлении, но предпочитает оставаться анонимным героем этого скромного и короткого литературного произведения. Позволим ему это. Все могут, как поется в старой песне, короли, «и судьбы всей земли вершат они порой», но вот такой роскоши, какая есть у нас, простых смертных – погулять по улице, раствориться в толпе, сходить в магазин – такой величайшей роскоши у них нет. За все надо платить, и за высокое положение – плата тоже высока.

Так что, еще раз, позволим ВП хоть на этот раз остаться неузнанным, вдали от критики и покушений, равно как и венков славы. А если кто и узнал его, то... просто делайте вид, что не узнали. Мало ли на свете ВП? «Это все Аркадий Гаврилович выдумывает», - объяснил директор Лаборатории, с трудом поспевая за широко шагающим ВП. – «У нас хотя и, понятное дело, конъюнктура, и соперничество, но этот проект по праву принадлежит Аркадию Гавриловичу, и никто из нас, смертных, на него не посягает».

ВП улыбнулся. Ему понравилось это признание. Он уже давно понял, что директор Лаборатории – никудышный ученый. Зато он и не играл в эту роль, а оттого атмосфера в коллективе была в целом здоровая. «Далила – это такое образное указание на историю Самсона и Далилы», объяснил Аркадий Гаврилович, руководитель проекта, высокий и сутоловатый старый академик советской еще закалки. Впрочем, его внешний имидж с трудом походил на профессорский, поскольку волосы профессора Левашова, тонкие и уже редеющие, были аккуратно причесаны назад и переходили в довольно длинный хвостик. Это делало профессора Левашева похожим скорее на иностранца, чем на профессора советских времен.

«И в первую очередь – это указание на ключевую техническую особенность нашего проекта», заключил он. В этот день у ВП было приподнятое весеннее настроение – ему удалось только что закончить одну затейливую игру, которая, как он знал, давала сразу несколько козырей другим более важным играм, которые ему приходилось вести. И чтобы отметить эту маленькую победу, ВП решил нанести визит в Лабораторию. Он давно уже не баловал себя ею. К тому же, это был его долг, его работа. Работа верховного модератора. Все было его работой. Даже развлечение. Это была просто жизнь, но жизнь не простая.

У ВП Лаборатория была на особом счету – в каком-то роде это был для него большой и дорогой магазин игрушек, первым пользователем которых мог быть, если бы только пожелал, он сам. Ведь хотя он давно вырос, ребенок в нем все же остался, и даже в последнее время разыгрался, только вот игрушки изменились. На смену самопалам и велосипедам, которые в детстве с ребятами собирали из выброшенного на помойку лома, пришли игрушки, которые существовали в единственном экземпляре, игрушки, над которыми годами трудились исследовательские лаборатории и институты.

Но, конечно, это были не просто игрушки – это были технологии, которые должны были опережать технологии других корпораций и даже стран, а потому – обеспечивать умелому игроку превосходство в целом ряде игр. Раз в неделю ему на стол клали папку с грифом «Совершенно Секретно», в которой давался краткий, на одну-две странички, отчет о работе над некоторыми ключевыми проектами – над новыми, и над теми, работа над которыми продолжалась иногда десятилетиями, но иногда давала резкие прорывы. Так было и на этот раз.

Они зашли в большое лабораторное помещение в центре которого стояло кресло похожее на те, что стоят обычно в парикмахерских, с сушкой для волос. Только сама «сушка» была в несколько раз больше обычной, а от кресла в разные стороны расходились толстые кабели, а все остальное пространство Лаборатории наполняли гигантские ультра-современные компьютерные блоки, способные за считанные минуты перерабатывать чуть ли ни всю накопленную в мире электронную информацию. Но в этой лаборатории компьютеры подключались не вне, а внутрь человека.

«Уникальность, нет, прямо скажем – гениальность этого проекта заключается в том, что мы смогли найти такое подключение к человеческому мозгу, которого не мыслили себе даже фантасты», объяснял тем временем директор Лаборатории.

«Проблема считывания головного мозга состоит в том, что ученые снимают всего лишь самую общую, примитивную картину. В то время как нам удалось напрямую связаться практически с каждым участком мозга, и считывать информацию одновременно с десятков и сотен тысяч ключевых участков – пересечений всех крупных электро-магнитных магистралей головного мозга».

«И подсказка пришла к вам из истории Самсона и Далилы», улыбнулся ВП.

«Сила Самсона была в волосах, а она выдала Самсона врагам и обрезала его волосы. Коварная женщина», добавил он, оглядев участников проекта.

«Вот!» - подхватил директор Лаборатории. – «И сила нашего проекта – в волосах. Мы обнаружили, что каждый волос – это как проводок, ведущий непосредственно к мозгу. И каждый волос – это своего рода антенна, связанная с четко закрепленным участком мозга, магистральным пересечением нейронных путей. Если грубо сказать – то обыкновенный электрод, подсоединенный к головному мозгу, способен услышать и считать с него серию ядерных взрывов, происходящих в мозгу, как на солнце, постоянно, в то время как электрод, закрепленный за каждым отдельным волосом, способен считать... шорох ветра, шепот губ...»

«Да вы просто поэт», - улыбнулся ВП. - «Ну а на что на деле способна эта машина? Я так понимаю, вы не стали бы меня звать, если бы это ни было что-то особенное. Как я понял из вашего краткого отчета, вы нашли способ восстанавливать в человеке память?»

«Мы нашли нечто гораздо большее», - отозвался Аркадий Гаврилович. «Мы нашли способ проигрывать в сознании человека его память. Всего, что человек когда-либо видел и слышал, читал или даже думал. Все это записано в нас каким-то образом. Мы еще не поняли, находятся ли все эти записи внутри мозга или вне его, в том поле, которое он образует... я в этом не силен, я занимаюсь больше вопросами внутримозговой деятельности».

«Это как клауд-компьютер, когда железо служит всего лишь в функции получателя», - пояснил один из более молодых сотрудников. – «И если обычные электроды это облако видят лишь в качестве помехи, для нас оно – безбрежное информационное поле».

«Которое мы научились читать», подытожил Аркадий Гаврилович.

«И вы можете мне это продемонстрировать?» - спросил ВП глядя в упор на академика.

«Мы сочтем это для себя честью», - ответил тот.

«Хорошо, я жду, демонстрируйте». «Но... Как вы хотите, чтобы мы это сделали? Мы можем продемонстрировать вам, как работает машина. Мы можем посадить за нее любого человека и настроить его память на любой день, любой даже час его жизни, и этот день и час проплывет перед его памятью – как наяву».

«Вы так говорите», - внимательно посмотрел на него ВП, «как будто вы и сами не раз совершали на ней путешествие в свое прошлое?»

«Какой бы я был ученый, если бы я не проводил опыты на самом себе?», - улыбнулся тот.

«И как вам?» ВП пристально вглядывался в серые глаза профессора. Старый профессор тоже посмотрел на ВП и глаза его вдруг затуманились слезами.

«Я... я не могу вам этого описать... Это... это как будто ты опять побывал там... Нет, это что-то большее, это... ничего на земле не может сравниться с этим».

ВП внимательно смотрел на него и кивнул. «Я верю вам, профессор. Вы можете подключить к ней меня?» скорее скомандовал, чем спросил ВП.

«Вас??!!» В одно мгновенье Лаборатория наполнилась как будто электричеством. Все и без того были сосредоточены и напряжены, но последняя ремарка ВП все таки застала их врасплох. Начальник охраны что-то стал нашептывать на ухо ВП, секретари стояли в полной рассеянности, директор Лаборатории демонстративно схватился за сердце.

Здесь мы остановимся, чтобы дать вам время, друзья, переварить услышанное. И если вам понравилось получать Записки из Прекрасного Далека, то не пожалейте лайка и подписки. Самое интересное и главное - впереди. Все еще у нас впереди.

_______

Понравилась статья? Не пожалейте сил нажать "палец вверх", поделиться статьёй с друзьями или прокомментировать!
А чтобы не пропускать новые статьи на разные темы, подпишитесь на мои каналы на Дзен:
"Открытая Семинария",
"Открытое Будущее",
"Открытая Библия",
"Открытая Церковь".
Заходите на мой сайт "Духовный миллионщик". Там много интересного.
Не мало интересного вы найдёте на моём YouTube канале «Открытая семинария».
А на YouTube канале «Солёное радио» мы проводим прямы эфиры на разные темы.
Вступайте в группу "Открытая семинария" в ВК.