Зайдя в метро, я увидел сгорбленного старика, который осторожно спускал по рельсам свою поклажу на колесиках. От слегка полноватой девушки 20 лет исходили волны сострадания. Она подошла к нему и спросила: "Вам помочь?". Но от пожилого человека я ощущал энергию закрытости и сухости - он не хотел помощи и просто игнорировал. Девушка вновь и вновь задавала вопрос, пытаясь достучаться до него, но что было дальше - мне не ведомо, так как я шел не задерживаясь.
На одной из узловых станций, во время перехода от одной ветки к другой, прямо перед моими глазами повторилась ситуация, но уже с другими людьми. Впереди меня шагала девушка с габаритной сумкой, вдруг к ней, обгоняя меня, подошел молодой человек в повернутой назад кепке с надписью "New York".
— Привет. Тебе помочь? — обратился к ней так, словно они уже были знакомы.
— Да. Было бы хорошо. — промолвила девушка. И парень тут же протянул руки и взял груз.
— Тяжелая сумка. Тебе до какой станции? - спросил парень, спускаясь на эскалаторе.
Девушка сказала до какой ей надо, и они еще обмолвилась несколькими фразами. Она, как я понял, не прочь была еще что-нибудь сказать, но со стороны парня я почувствовал уже какую-то отчужденность и дальнейшего диалога не было. Потом он донес сумку до нужной ветки, вручил девушке и сразу же устремился куда-то вдаль. Мне даже показалось, что он едет в том же направлении, но почему-то предпочел самый дальний вагон поезда.
Войдя в состав, я услышал, что было какое-то странное оживление — сидящие молодые люди о чем-то громко и весело болтали на весь вагон. Я встал спиной напротив этой шумной молодежи и стал наблюдать. Нет, у меня нет глаз на спине, но окно в темном туннеле становиться пусть искаженным, но зеркалом, которое может скрывать тех кто пристально наблюдает. В этом плане я мог оглядеть многих окружающих меня людей.
Видел, как у большинства читалось на лицах лишь усталость и безразличие. Им было все-равно что происходит, или же они просто не подавали виду. Вероятно, ближе полуночи желание у многих только одно - быстрее вернутся домой в теплую постельку и спать. Но это не относилось к этим бунтарям! Кроме меня еще один человек наблюдал за молодежью и делал это открыто, периодически улыбаясь и порой чуть не ухохатываясь. Мне стало любопытно, что происходит. И чуть позже по репликам, изредка членораздельно доносившихся из-за грохота движения, стало понятно, что они познакомились только что в этом самом вагоне. А инициатором этого действа был долговязый парень, который вел себя весьма вызывающее: кривлялся, вскакивал со своего места и танцевал, виляя попой. При этом сильно экзальтировал от музыки в наушниках, всячески ее восхваляя давал слушать новоиспеченным компаньонам. На одной из станции этим ребятам надо было выходить и они душевно и шумно на весь вагон попрощались. Тут один стоящий коренастый и лысый мужик не выдержал и начал говорить все, что он думает о поведении молодого человека. Тот сначала насупился, но затем предложил сесть, стал сыпать комплиментами и предложил слушать музыку.
Сидящий напротив уже ржал от происходящего. Я предположил, что он эту сцену наблюдает не одну станцию — алгоритм действий долговязого парнишки повторялся. Мужик вроде как успокоился и по умерил пыл. Со стороны могло показаться, что это хорошие знакомые. Так и доехали до станции на которой мне надо было выходить.
Весьма занятно наблюдать различные ситуации и поведения людей:
— Кто-то искренне хочет помочь, но не может;
— Кто-то помогает и уходит вдаль;
— А кто-то пытается хорошо провести время с людьми, склеивая пространство так, как считает нужным. Но всем ли это нравится?
Метро словно уменьшенная копия самой жизни — объединяет людей хотят они этого или нет. Оно дает ощущение единства пути, но у каждого из нас своя станция...