Поколение

Портфель я сложил и повесил на плечи,
Тетради в нем, книги, гордиться то нечем…
Гордится Есениным, Пушкиным, Блоком
Пегас на истоптанном склоне высоком,
Я – школьник всего, для чего мне высоты
Ступнями утюжа асфальтную твердь,
Не нужен мне мерин с кольцом шестисотый,
Мне нужно, сгорая в огне, не сгореть.
И прах обратится в искрящийся пламень,
А он, приближаясь к Голгофской горе,
Разбудит Пегаса, который, как камень,
И в вальсе сойдутся и ямб, и хорей.

Привет Маяковскому скажут Володе
На флейте сыгравшему собственных труб
Ноктюрн поэтических рифм и мелодий,
Жаль, зуб не попал поколений на зуб.
А где-то Пегас умиляюще дремлет,
Обитель найдя на Голгофской горе,
Я вылизал стопами русскую Землю
И после любовных стихов не сгорел.

Портфель тяжелее становится,
Плечи ссутулены, вот бы не слиплись совсем,
Товарищ Пегас, не теряйте дар речи,
Промчавшись теперь по извилинам всем
И там, прочитав Сыроватского книги,
Поймете души стихотворный портфель,
Не сдавшись хваленому, модному игу
Стреляю классической лирикой в цель.

Теперь все равно, что там скажут, докажут
И сколько плевков мой потерпит крестец,
Услышал я вновь безыдейную лажу,
В которой есть предки, не Мать и Отец.

Поэтому всласть, революции внемля,
Что в год перестроичный стерта была,
Готов целовать православную землю,
Готов для нее я кострами пылать.

Сгорели Костры? – нет, Они не сгорели,
Их имя осталось во веки веков,
Услышат Угодник, Христос и Аврелий
И верю я Пушкин, Есенин, Тальков.

Теперь, когда искрами только осталось
Почтить молодежи вот Те имена,
Вулканом душа без Идей извергалась
Такой отговоркой не те времена.

Тот грузный портфель зачастую по фени,
Им сразу вложите в ладонь дипломат,
Дойдите до первой ближайшей кофейни,
Сложив с проституцией драки и мат.

Вот с Вами друзья до чего докатились,
Что сердце купить и продать за гроши
И в кассах народных мы им расплатились,
Надеясь мораль на корню задушить.

Любовь для нас мука, отрава и яды,
Что травят классически модную кровь
И новые флирты, и пылкие взгляды
Сказали, что страсть – это та же любовь.

Забыли они, что Христос был распятым,
Забыли, что грани есть небо / земля,
Слыть лучше овечкой иль лосем сохатым
И вальсы любви всем подряд задымлять.

Но, если от классики их отвернуло,
То, что же о будущем грезить теперь,
Когда настоящего сердца акула
Не терпит мелодию ласковый зверь.

И только лишь писки изящества моды
Навязчиво-скверной и недорогой
С поклоном приветствуют эти народы…
Великое прошлое, это ль изгой?

Вы все перепутали, брось дипломаты,
Возьми ты портфель, окаянный народ,
Совсем налегке куролесишь когда ты,
Тогда ты попутаешь с вальсом фокстрот.

В портфеле бери белоснежные крылья
И к щуплым лопаткам своим пригвозди,
Не бойся питаться ты снежною пылью,
Ты бойся, когда не услышишь дожди.
И бойся, когда ты заплаканным тучам
Не сможешь бессмертного слова сказать,
Финансово мысля, а сколько получим -
Нисколько, когда вдалеке благодать!

Мое поколение станет свободным,
Величие Разума - в наших руках,
Взойдя на Голгофскую гору Господню,
Живем мы и жили и будем в веках!