В начале 2010-х я подружилась на одной из работ с коллегами — Наташей и Машей, и мы стали ходить на концерты группы «Ландыши». Песни у них были хулиганские, но не лишённые смысла и юмора, поэтому одинаково привлекали и филологов, и ребят рабочих специальностей, и прочих весёлых людей.
Мы ходили на каждый концерт в разные клубы Питера, поэтому достаточно быстро изучили самых верных фанатов коллектива. Парень, упавший с Литейного моста, и его друг Коля, который жил в машине; человек в густой бороде и очках ростом около 150 см, прыгавший и кричавший два часа кряду; загадочный тип, даривший всем значки с Лениным; неистовые слэмщики у сцены — мы знали половину публики в зале. Одним из верных фанатов был Федя.
Про него было мало известно. Где-то жил, кем-то работал, ни к чему особо не стремился, внешность имел достаточно заурядную — был юношей бледным, но без взора горящего.
Ходили мы, ходили и доходились: Федя влюбился в мою подругу Наташу — комсомолку, спортсменку и просто красавицу. А ответных чувств не получил — слишком они с Фёдором были разными.
На очередном концерте мы с девчонками познакомились с парнями, приехавшими вслед за кумирами из Москвы. Они были навеселе и жизнерадостно рассказывали, как ходили в парфюмерный магазин и брызгали в рот туалетной водой, чтобы отбить запах перегара.
Концерт нас всех объединил в общем порыве любви к исполнителям: мы пели хором, танцевали, обнимались по-братски. На пике фанатского экстаза один из москвичей подхватил Наташу на руки и стал кружить, напевая главный хит «Ландышей». Тут откуда ни возьмись появился Федька, обуреваемый ревностью, и по-вампирски впился подруге прямо в ногу. Этого не ожидал никто.
Впрочем, Наташина нога не сильно пострадала и быстро зажила. И вампирские клыки у неё не выросли — Фёдор оказался обычным упырём в обывательском смысле. Она с ним потом серьёзно поговорила о невозможности такого мезальянса, и парень понял, что ничего ему тут не светит. И перестал ходить на концерты, делом занялся.
