Про независимость. Часть 5 Женское лицо борьбы за независимость

Когда началось восстание в Мерате, описанное в прошлом посте, королева попросила у британцев позволение завести и обучить крошечное войско для защиты от разъяренных сипаев, ведь она слабая женщина с малышом, а ее фрейлины такие утонченные и нежные, что на них даже страшно взглянуть – сразу появится синяк на коже. Что же будет, если сипаи ворвутся в Джанси? Упоминать вслух о своей военной выучке она благоразумно не стала. Британцы, которые и в своих-то женщинах не всегда видели полноценных людей, не стали отказывать Лакшмибаи, посмеиваясь над ее изломанными в ужасе бровями.

Между тем, для того, чтобы вселить в джансийцев уверенность и показать, что колонизаторы погоды не делают и, да помогут нам боги, ненадолго здесь, бывшая королева проводит с пышностью женский праздник Халси Кумкум (иногда пишут Халди). Это праздник – отмечается до сих пор – замужних женщин. Приглашают в гости подруг, соседок, родственниц. Все богато украшается цветами, религиозная служба – понятное дело, а потом обмениваются подарками (ткани, одежда, браслеты, бинди, помады) и посыпают друг друга желтым (халси) и красным (кумкум) порошками на счастье. Не как на холи пригоршнями, а безымянным пальцем сперва желтым по точке ставят на браслет, лоб и пробор, а потом красным. И желают, чтобы муж жил вечно. Обед, само собой, плюс горы сладкого. (Мне в разное время дарили пару раз помаду для пробора, браслеты километрами, точки в лоб разные и котелок для варки чая – традция не меняется).

Видя кружащих женщин в длинных неудобных одеждах из драгоценных тканей среди желтых цветов, британцы утратили бдительность окончательно. Что она и ее фрейлины смогут сделать против Ост-Индской Компании? Громко расплакаться? Убежать в башню? Наесться с горя сладких ладду?

Халди-Кумкум было последним публичным событием, когда Лакшмибаи видели томной барышней. В ближайшее время махарани отомстит колонизаторам за то, что они посмели нарушить данное слово не аннексировать землю.

Когда к вспыхнувшему восстанию присоединились джансийцы и ворвались в британский гарнизон, то застали там около 60 офицеров с семьями. Индийцы хитростью убедили европейцев сложить оружие, пообещав неприкосновенность. И тут же показали, как неприятно, когда договоренность, достигнутая в присутствии свидетелей, становится дымом и фикцией, если дело идет о власти. Индийцы убили всех и каждого из британцев, не пощадив даже детей, а Лакшмибаи вошла в историю Империи, где никогда не заходит солнце, под именем индийской Иезавель. (Была такая израильская царица в библейские времена, которая правила огнем и мечом, который то и дело обагрялся кровью. Конец ее оказался незавиден: толпа разгневанных последователей еврейской религии выбросила Иезавель из окна, где ее затоптали всадники, а внутренности съели собаки. Имя ее стало нарицательным для обозначения женского коварства в военных стратегиях и политических вопросах.)

После резни в Дженси Лакшмибаи предложила Британии сделку, по которой земли остаются ей, и передаются по праву наследования, как было условлено еще пару поколений назад. Но Ост-Индская Компания была в бешенстве, что около сотни британцев полегли от руки женщины, и объявили ее вне закона. Так Лакшмибаи примкнула к восстанию сипаев окончательно.

В марте 1858 года она возглавила оборону Джанси от британцев, которую держали около двух недель. Несмотря на невиданное геройство королевы и ее народа, британцы прорвали осаду и Лакшмибаи вынуждена была бежать в ночи с сыном, засунув его в подобие слинга. Люди выжили, а лошадь – нет. Она примкнула к генералу индийского восстания Тантии Топе и в мае того же года участвовала в обороне города Кальпи, которой командовала сама. Но вновь британцы одолели индийцев в силу тактического преимущества.

Последняя схватка Лакшмибаи случилась при городе Гвалиор. Британцы организовали убийство пятитысячной армии индийцев, а также каждого тамошнего мужчины старше 16 лет, чтобы некому было мстить. В битве за освобождение города королева была тяжело ранена одним из британских гусар.

Умирая, она попросила местного бабу (отшельника) сжечь тело после смерти, чтобы оно не досталось британцам.

Ее часто изображают верхом на коне, с мальчиком в котомке за спиной, одетую в блузу с кушаком и шаровары и с воинственно поднятой кривой саблей над головой. Махарани Лакшмибаи остается симоловом воинской самоотдачи персоны, которая жила ради страны и ради страны погибла.