Танечка шла из школы. Солнце светило ярко. Щеки пылали красным. Лёгкий мороз бодрил.
Танечка стала вором. Танечка у Тамарки спёрла зелёный ластик.
Ластик в кармане ныл.
Ныл, но не как Тамарка. Ныл, как коленка ноет. Ныл не переставая. Ныл, как душа болит.
Солнце светило ярко, Танечка шла из школы, ластик в ее кармане тяжким был, как гранит.
Танечка торопилась, чтоб никого не встретить. Чтобы никак не выдать свой никому секрет. Мимо шагали люди, рядом смеялись дети, Таня была серьёзной, будто ей много лет. Каждый, казалось Тане, видит в кармане ластик. Каждый, кто видит, знает: ластик-то, Тань, не твой!
Танечка торопилась. И никого, на счастье, не повстречала Таня в этом пути домой.
Только войдя в квартиру, Таня закрыла двери. Ей до сих пор казались там, за спиной, шаги. Таня снимала куртку, ластик кусался зверем, Таня снимала шапку, шарфик и сапоги. Ластик лежал в кармане. Таня помыла руки. Ластик в кармане жёгся. Мама звала за стол. Надо спросить у мамы, только не хватит духу - как ей теперь придётся? Если вернуть - позор, если оставить - стыдно перед самой собою. Как применить тот ластик, чтобы очистить честь?
Мама клала в тарелку окорочка с фасолью. Таню слегка тошнило. Ей не хотелось есть.
Таня с трудом поела. Села листать учебник. Ластик лежал в кармане школьного пиджака. Танечка так хотела, чтоб прилетел волшебник, чтоб превратил тот ластик в маленького жука. Чтобы он из кармана выбрался и помчался прямо домой к Тамарке, к ней чтоб залез в рюкзак. Чтоб в рюкзаке обратно ластиком оказался.
Только волшебник к Таньке не прилетал никак.
Время тянулось странно. Стрелки часов, казалось, вязли в густом и теплом яблочном киселе. Танечка так устала. Танечкина усталость с каждым движением стрелок делалась все сильней.
Таня легла пораньше, долго уснуть пыталась, но из кармана ластик ныл и уснуть мешал. Танино одеяло шерстью слегка кусалось. А под матрасом будто спину колол кинжал.
Так до утра лежала - мучалась и вертелась, мысли гудели роем, сна ни в одном глазу. Ближе к утру у Тани вдруг пробудилась смелость.
Таня была у школы где-то в восьмом часу.
Таня ждала Тамарку, может, чуть больше часа. Мимо шли мамы, папы, дети, учителя. Встретив Тамарку, Таня сразу вернула ластик. И показалось Тане, что замерла земля.
Только земля кружилась. Ластик исчез в кармане пуховика Тамарки. Надо поторопиться, первый урок - физ-ра.
Таня росла. Училась. Переросла все парты. И с той поры чужого Танечка не брала.
Мальвина Матрасова