Немного гипотез и мифов
Продолжаю копаться в песчинках маскульта: в преддверии «Аладдина» Гая Ричи пересмотрел мультфильм 1992-го — и меня заинтересовала довольно броская рифма между исполинское тигриной головой и домашним стражем женской независимости в лице тигра по кличке Раджа.
Ключевое объяснение, скорее всего, банально: тигр — в восточной мифологии царь зверей (выкуси, лев) и лучший страж, защищающий от зла. Вместе с тем в онейрокритике ему приписывают значение скрытых/подавляемых инстинктов, а в некоторых древних культурах (каракалпакской; сегодня, как понимаю, Узбекистан и Казахстан) мясо тигра использовали, чтобы лечить бесплодие.
Учитывая, что лейтмотив мультфильма — освобождение вообще и от оков разума в частности, то неудивительно, что Аладдин преодолел тигриную защиту сначала в области магического (экзистенциального) переживания, а потом и более интимного (романтического), хотя и первый, и второй тигр признали его сразу — по едва уловимым человеческим достоинствам.
Остается загадкой только мифическая мода на образ огромной головы: что у Пушкина в «Руслане и Людмиле», что в былинах Руси, что в американских мультфильмах (вроде «Стального гиганта»). Можно, конечно, предположить, что голова без тела символизирует примат разума, мол, она гораздо мудрее тела с головой, но это тоже скучновато.