часть пятая
Как-то давно, когда я еще училась в школе, даже наверно в начальной, до пятого класса, мне казалась очень страшной мысль о смерти, мне даже не нравилось смотреть в небо, звезды меня угнетали. Да потому, что тебя уже не будет, а все будет и звезды все так же спокойно будут светить в вышине, мне от этого было так жутко, что хотелось плакать, но поскольку слезы не решали этой проблемы, плакать было бесполезно. Я старалась не думать на эту тему, мне было очень одиноко и казалось, что меня никто не понимает. Я была очень чувствительным ребенком, просто прятала это глубоко, а внешне я была настоящим сорванцом, правдолюбом и революционеркой. Когда мы стали немного по старше, мы срывали уроки, тем учителям, которые, как нам казалось были не объективны к нам. Уже в девятом классе меня вообще выбрали комсоргом, давно забытое слово, в общем старшая в своем классе за работу с комсомольцами. Больше всего мне не нравилось ходить на сборы комсоргов, где разбирались все проблемы связанные с учебой и общественной нагрузкой. Короче, гора непонятных слов, просто отстаивать права своих одноклассников. Да, все тоже правдолюбие. Я всегда стояла на стороне слабых, и не только людей. Вот такая история была в моей жизни.
В классе у нас была компания девчонок, которые были самые активные, участвовали во всех мероприятиях, спортивных, смотре художественной самодеятельности, сборе макулатуры, ну и конечно же если требовалось сорвать урок или по хулиганить, они тоже в первых рядах. Я конечно была там же. Вот однажды зимним вечером мы гуляли возле клуба, происходило это все в северном Казахстане, в военном городке под названием Державинск, или как его еще называли, поселок городского типа Степной. У нас даже улиц не было, просто двадцать пять пятиэтажных домов, клуб, школа, детский садик, кафе для взрослых, мы тогда считались детьми, и несколько магазинов, ах да еще общежитие для вольнонаемных. Так вот, мы замерзли, а зима там надо сказать суровая, климат резко континентальный, иногда до минус сорока градусов доходит. Вот мы и зашли погреться в клуб, домой то идти не хочется, а когда выходили нам на встречу попался местный участковый милиционер, прямо скажем далеко не лучший представитель доблестной милиции. Мальчишки его называли Васькой, не шибко уважительно, видимо заслужил. Так вот, о чем это я, в тамбур вместе с ним попыталась войти замерзшая собака, он пнул ее ногой, собака завизжала, у меня сорвалось:"Живодер." Он погнался за мной, девчонки пытались меня отбить, он схватил меня за капюшон, дернул, отлетела пуговица от пальто. Я пыталась хорохорится, кричала, -" Кто мне будет теперь пуговицу пришивать?" Он потащил меня в участок. В комнате было тепло, я старалась вести себя независимо, он начал меня пугать, что за оскорбление должностного лица при исполнении должностных обязанностей дают год колонии или штраф, мне стало страшно. Я старалась не подавать вида и продолжала возмущаться. Мальчишки узнав о происшествии, сказали, что надо бежать за родителями, будто он может сделать так, что я буду как будто пьяная, у него такая трубочка есть и что за ним много числится не чистых дел. Девочки помчались ко мне домой... Конечно все закончилось хорошо, но нас еще долго таскали на допросы, как мы это называли, мы даже этим гордились, на допросах мы издевались над его безграмотностью... Обидно было, что учителя встали на его сторону... Нам всем поставили неуд по поведению за четверть, мы чувствовали себя героями. Это было событие школьного масштаба. К стати, потом этот милиционер получил по заслугам, приезжала комиссия и разоблачила его не добросовестное отношение к обязанностям и он был снят с должности, правда восторжествовала! Безграмотный не далекий человек дорвался до власти над подростками и их родителями, грустно... Я думаю, потом этим учителям было стыдно, что они поверили ему, а может и нет. ..Ну да ладно, дела давно минувших дней...