Создание вооруженных сил – задача непростая. И редко кому в истории удавалось с одинаковым успехом развивать гармонично все рода войск. Обычно наблюдался перекос в ту или иную сторону. Как иллюстрация тезиса: в эпоху наполеоновских войн Бонапарт долгое время не знал поражений на суше, но на море его то и дело лупил британский флот, и корсиканец при всех своих стараниях так и не смог переломить ситуацию. Или совсем уж древние времена, когда греки делили между собой ойкумену. Афины отличались мощным флотом, от которого доставалось всем и на дальних, и на ближних рубежах, но не менее амбициозная Спарта громила соседа на суше со страшным счетом. Средневековые турки долгое время располагали отличной конницей, ощущая при этом острый недостаток пехоты. А вот в имперском Риме упор делался на пехоту, поскольку конница годилась, по сути, только для рейдов и мало чего могла в серьезном сражении.
Тем не менее, правильно применяя сильные стороны своих вооруженных сил, у иных военачальников получалось выигрывать там, где вроде бы они не имели никакого шанса на успех. Хотя цена победы, порой, оказывалась немаленькой.
Когда Рим из провинциального захолустья стал превращаться в пуп земли, ему приходилось избавляться от соперников, вставших на пути, по всем правилам и законам империалистической политики. Без признаков жалости. Впрочем, его соседи поступали точно так же. Поэтому этическая сторона вопроса выглядела как дилемма "или ты, или тебя". Словом, так уж получилось, что война с Карфагеном была неизбежна. И полумер среди ее итогов просто не предусматривалось – миру требовался один победитель.
Сложность, конечно, имелась. Карфаген населяли финикийцы – моряки природные. А римский флот ничего из себя не представлял – его корабли могли использоваться как транспортники и купеческие, но для ведения войны вовсе не годились.
Конечно, в теории может показаться, сто римская проблема была не так уж и велика. В конце концов имелся не только свой, но и соседский опыт греков. Но это все к тому времени устаревшие технологии. Карфаген же придумал технологическое новшество, позволявшее доминировать ему на море безоговорочно – нечто подобное столетия спустя возьмут на вооружение венецианцы и на несколько веков узурпируют всю морскую торговлю в регионе.
Суть карфагенского подхода была в том, что его боевой флот представлял собой, по сути, конструктор. Который можно было в виде отдельных элементов хранить на складе, а при необходимости оперативно собрать массу однотипных образцов с минимальными доработками по месту. То есть Карфаген придумал некий прообраз стандартизации.
Финикийцы разработали способ сборки кораблей, кардинально отличающийся от современного нам. Они первым делом монтировали не силовой набор корпуса, а его обшивку. Которую потом уже оснащали внутренним скелетом.
Обшивка соединялась вгладь при помощи системы потайных врезных шипов и клиньев, расположенных в шахматном порядке. И при таком способе потребовалось всего-то придумать несколько типовых конструкций и разработать несколько шаблонов, позволявших массово заготавливать однотипные доски обшивки и элементы для их крепления. Поэтому, случись потребность резко увеличить численность флота, ее увеличивали – строительство не вели с нуля, а просто брали на складе готовые наборы и собирали из них корпуса.
Римляне до такого не додумались, но они развили в себе очень полезный и практичный навык легко воспринимать чужие новшества, подчинять их своим задачам и доводить до совершенства в кратчайшие сроки. Поэтому вопрос заимствования технологии был только делом времени. И случай быстро подвернулся: им удалось захватить карфагенский корабль, по случайности севший на мель.
Тут остается лишь восхищаться находчивостью римлян. Они не включили трофей в состав флота, чтобы временно повысить его мощь. Они поступили дальновиднее – разобрали корабль до основания, до дощечки. И обнаружили, что все элементы корпуса пронумерованы и имеют индивидуальную маркировку. Соответственно, осталось только понять, зачем эти коды нанесены. И римляне догадались быстро, наладив производство своих кораблей по карфагенской матрице.
× Поддержите подпиской наш телеграм-канал: @battlez
Безусловно, первое время римские "копии" сильно проигрывали финикийским прототипам – наиболее ощутимым было отставание в скорости и маневренности. Но упорных римлян это, конечно, остановить не могло. Впоследствии они сначала достигли уровня флотилии карфагенян, а потом и вовсе превзошли их на море.
Обязательно делитесь статьей и ставьте "пальцы вверх", если она вам действительно понравилась!
И не забывайте подписываться на канал - так вы не пропустите выход нового материала.