Я совершила тяжёлый грех, который входит в 10 заповедей. Не убий. Был ли у меня выбор? Могла ли я поступить по-другому? Эти мысли до сих пор в голове. Всегда противница абортов, сама совершила преступление.
2015 год, Омск. Я замужем второй раз, от первого брака трое сыновей, которых второй муж растит уже 3 года. Детям 10, 7 и 6 лет.
Мы узнаём о беременности, радуемся и планируем. У мужа это первый ребенок, он очень волнуется. Хочет девочку, ему кто-то когда-то сказал, что будет две дочери. Да и сыновья уже растут вовсю.
На УЗИ в 12 недель на старом аппарате городской женской консультации мне говорят, что не видят кости черепа ребёнка. Это патология и она несовместима с жизнью. Я не верю, не может быть. В 2008 при беременности вторым сыном также говорили, а он родился здоровым. Тогда УЗИ не подтвердилось. Меня отправляют на дообследование.
Частная клиника, хорошие аппараты. Мы с мужем приехали вдвоём, но он боится зайти и остаётся в коридоре. Я захожу одна, ложусь и готовлюсь к осмотру. Мы молчим. Врач начинает проверять ребёночка, я слежу за её лицом. На секунду оно замирает, врач смотрит на меня, на монитор, просит прощения и говорит, что необходимо пригласить ещё одного специалиста. Выходит, а я смотрю на экран перед собой, как пульсирует сердце малыша. В тот момент я поняла, что диагноз поставили верный. Ещё держусь.
Возвращается врач в сопровождении коллеги и они вдвоём смотрят на монитор. "Да, всё верно!" - говорит коллега моему узисту.
"К сожалению, у вашего плода анэнцефалия, отсутствует мозг и кости свода черепа. Эта патология не совместима с жизнью. 50% таких беременностей заканчиваются выкидышем. Вам нужно срочно к вашему лечащему врачу. Мне очень жаль". При этом всё остальное было в норме, крохотное сердечко уже билось вовсю, все пальчики были на месте.
Я сказала, что мы к ним пришли для проверки диагноза после городской клиники, врач в курсе.
Выхожу и смотрю на мужа, реву. Он говорит сразу понял, что диагноз подтвердился, когда увидел как вышла врач и пошла за коллегой.
Мы молча идём в машину и уже там начинаем рыдать. Я звоню сёстрам-врачам, они обе настаивают на прерывании - если плод умрёт внутри и не произойдёт выкидыш, то я могу потерять здоровье.
Я попросила дать отсрочку. Неделю ходила с моим ребёнком, зная, что ему не суждено жить. Перечитала всё, что могла на эту тему, много молилась. И ревела, ревела, ревела. Всё пыталась разобраться в причинах, где я и в чём допустила ошибку. Как выяснилось позже, - на самом раннем делении клеток я пила антибиотики, несовместимые с беременностью. Я тогда ещё не знала о своём положении.
Врачи торопили - закончился срок для раннего аборта, шёл срок позднего (по особым показаниям). Параллельно готовили документы. Родные переживали, детям мы уже успели сообщить, что ждём малыша. Как было им сказать, что никого не будет? Я смотрела на детей и снова ревела.
Пришла к врачам и сказала, что готова. Но только на условии, что сама приму своего малыша, - не хочу, чтоб его мешали с мед.отходами и прочее. Он желанный и любимый. Также это было бы для меня доказательством, что УЗИ показало правду. Я до последнего сомневалась.
Таблетки были разделены на две части: первая спровоцировала внутриутробную гибель плода, а вторая на следующий день - сам выкидыш. После принятия второй части начались схватки, как обычно слабые с моим высоким болевым порогом. Никого не подпускала до себя, рожала в лоточек. Солнышко моё действительно было без половины головы. С закрытыми глазками и целыми ручками-ножками. Я ещё полчаса не могла его отдать, прощалась. Попросила отдать похоронить. Сказали, чтоб не изводила себя и заботилась о живых. Я им сейчас больше нужна.
Когда дети узнали, что беременность прервана, то сильно плакали, - очень хотели сестрёнку. Утешали меня, целовали.
Спустя время я думала, может лучше бы доносила? Даже если бы умер при рождении - он мог своим новорожденным тельцем, органами, спасти жизни других деток, кому нужна пересадка. Сёстры ругали меня за это, за неоправданные риски. Говорили, что мучилась бы всю беременность и неизвестно как бы чем всё закончилось.
В 2018 у нас родилась двойня, дочери-близняшки. И я думаю, что одна из них вернулась ко мне по милости Бога.
Люблю своих детей и никому не желаю пройти через такой ужас. Больше не осуждаю женщин, которые идут на аборт. Нет у меня такого права, я с ними одинакова в этом.
Благодарю, кто дочитал, простите за эмоции. Другие мои истории заканчиваются хорошо, читайте ещё. Всех благ вам.