Мой приятель, с которым мы попивали кофе, сидя на кухне, казалось, был чем-то озадачен. На его лице как будто мелькала невысказанная мысль. Я, конечно, не имел психологического образования, но догадывался: сейчас что-то будет. Животрепещущая тема или проблема, волнующая его уже давно… Словом, тишина повисла многообещающая.
— Знаешь, у нас с женой давно уже нет такого взаимопонимания, как раньше, — произнес наконец он.
— Ну, все проблемы в отношениях можно решить, — изрек я, отставляя кружку с недопитым кофе. — Что там у вас?
— Она совершенно не ценит мою помощь по дому. Вот она приготовила что-то для меня. А я, дай, думаю, помою посуду, оставшуюся в раковине. А жена — ни слова. Ни благодарности, ни улыбки. Нет, я не говорю, что это подвиг, но я же старался для нее… — видимо, он заметил мой неоднозначный взгляд.
— Послушай, — начал я, но приятель тут же меня перебил:
— Да-да, я все понимаю, но, знаешь, как-то неприятно, что она стала перебрасывать на меня часть своих дел. Ей стало внезапно лень включать стиральную машинку. Стиральную машинку, понимаешь? Да там две кнопки нажать!
— Да, две кнопки. А еще разобрать бельё. Выбрать порошок и кондиционер. Настроить нужную программу. Забрать бельё из машинки и развесить так, чтобы потом его не пришлось отглаживать час.
Приятель нахмурился.
— Раньше она справлялась сама, значит, не так уж это сложно.
— Да, раньше она не просила тебя о помощи, ведь ты считаешь, что домашние обязанности — исключительно женская забота. Или просила, но ты был слишком «уставшим» или «занят». Все это время она либо пыталась быть хорошей женой для тебя ценой своего отдыха, либо пыталась достучаться до тебя, но так и не смогла. И в момент отчаяния она вдруг осознала, что ты взрослый мужчина, который точно так же, как и она, может освоить сложное искусство мытья посуды и стирания своих, — подчеркиваю, — своих вещей. Разве ужин она готовила не для вас двоих? Так почему же то, что ты помыл посуду, должно вызывать у нее такую огромную благодарность? Вы пачкали эту посуду вместе. Несправедливо, что моет ее только она.
Я встал, чтобы налить еще кофе. Кажется, мой монолог получился слишком эмоциональным и нужно было хоть как-то разрядить обстановку.
— Но я же работаю… — неуверенно возразил приятель, наконец обдумав мои слова.
— Да, но и она тоже работает. Только после рабочего дня у нее еще и рабочий вечер, неоплачиваемый. Откуда у нее возьмется благодарность для тебя, если ты сам вряд ли когда-то ее благодарил за такие, по твоему мнению, обычные вещи? К тому же, разве должна она благодарить тебя за то, что ты постирал свои же носки?
Мы вновь помолчали.
— Знаешь, пойду, наверное, к жене. Я обещал повесить полку в ванной, да и вообще там накопилось много дел, которые давно уже надо было закончить.
Я пожал ему руку и одобрительно кивнул. Кажется, взаимопонимание в их отношениях не так уж сложно будет вернуть. Я улыбнулся и отправился на кухню, чтобы убрать за нами грязные чашки.