Сначала вспомним, как все было. Прошло ведь много лет, и не все знают, что в октябре 1962 г. мир чуть не погиб в ядерной войне.
В 1961 г. США развернули в Турции ракеты средней дальности «Юпитер», угрожавшие западной части Советского Союза, способные долететь до Москвы и основных промышленных центров. В ответ на эти меры, а также для недопущения новых вторжений антикастровских повстанцев-«контрас» (или даже американских «маринес») на Кубе были размещены советские ракеты средней дальности Р-12.
14 октября 1962 г. самолет-разведчик U-2 ВВС США в ходе облета Кубы обнаружил в окрестностях деревни Сан-Кристобаль советские ракеты. По решению президента США Джона Кеннеди был создан специальный Исполнительный комитет, в котором обсуждались возможные пути решения проблемы. 22 октября Кеннеди выступил с обращением к народу, объявив о наличии на Кубе советского «наступательного оружия». Был введен «карантин» (блокада) Кубы.
Вначале советская сторона отрицала наличие на острове советского ядерного оружия, затем - уверяла американцев в сдерживающем характере размещения ракет на Кубе. 25 октября фотографии ракет были продемонстрированы на заседании Совета Безопасности ООН. В Исполнительном комитете всерьез обсуждался силовой вариант решения проблемы: его сторонники убеждали Кеннеди немедленно начать бомбардировки Кубы. Однако очередной облет U-2 показал, что несколько ракет уже установлены и готовы к пуску, так что подобные действия привели бы к войне.
Кеннеди предложил Советскому Союзу демонтировать установленные ракеты и развернуть все еще направлявшиеся к Кубе корабли в обмен на гарантии США не нападать на Кубу и не свергать режим Кастро. Хрущев, настояв на выводе американских ракет из Турции, согласился. 28 октября начался демонтаж ракет. Последняя советская ракета покинула Кубу через несколько недель, и 20 ноября блокада Кубы была снята.
Что это? Победа СССР, как заявила Москва? Торжество американского миролюбия, как считают в Вашингтоне? «Боевая ничья»? Ни то, ни другое, ни третье. Это была политическая катастрофа для Советского Союза, это был не первый и не последний проигрыш в нелепой и ненужной советскому народу «холодной войне». Американцы ничего не приобрели, но ничего и не потеряли. В реальном же выигрыше остался только один человек – Фидель Кастро.
Описывать конфликт между «революционным» режимом Кастро-Че Гевары и США в данной работе неуместно, но обозначить его причины и основные вехи необходимо. Официальная советская (и кубинская) точка зрения на конфликт такова: революционеры во главе с Кастро свергли проамериканский режим Ф.Батисты, чем обозлили американских империалистов, в 1960 г. они еще и экспроприировали американскую собственность, что превратило США в их злейшего врага, а также начали налаживать отношения с СССР. Это стало причиной американской блокады и вторжения кубинских эмигрантов-«контрас» на Кубу при поддержке ЦРУ в 1961 г. После этого и начались переговоры между Москвой и Гаваной о вводе на Кубу советских войск и размещении там советских ракет и военной авиации.
Эта версия событий, как и все советские мифы, не просто полностью лжива - она вообще никак не связана с реальностью. Кастро и его сторонники вели повстанческую войну под лозунгами восстановления демократии. Сам Фидель не уставал повторять, что после победы он не будет претендовать на власть и вернется к адвокатской практике. Но делать этого он не собирался. К обычной жизни не желали возвращаться и другие лидеры повстанцев. Они прекрасно понимали, что, стоит им лишь заявить о том, что они собираются править Кубой вечно, поддерживавший их народ восстанет, а главный политический и экономический партнер Кубы – США - отвернется от них. Поэтому у группы Кастро был единственный выход: отменить демократию, вступить в конфликт с США и найти мощного союзника, который военной силой прикроет узурпацию власти.
Таким союзником мог стать только СССР (Китай тогда был слишком слаб, хотя «зубастый» режим Мао всегда был кубинским «революционерам» милее, чем «беззубый» Советский Союз). Для союза с ним необходимо было объявить о социалистической ориентации нового кубинского режима, что и было сделано в 1960 г. – через год после свержения Батисты. Но уже до этого действия кубинской власти носили крайне радикальный характер. На Кубе собрались латиноамериканские революционеры всех мастей – коммунисты, троцкисты, националисты, анархисты, просто авантюристы и уголовники. Их обучали на военных базах кубинской армии, обеспечивали оружием и деньгами, а затем высаживали с судов или самолетов в тех странах, откуда они прибыли на «остров свободы» за оружием и деньгами - во главе с кубинскими офицерами.
Уже в апреле 1959 г., через четыре месяца после захвата «барбудос» Гаваны, кубинский десант высаживается в Панаме. В июне кубинцы и местные революционеры вторгаются в Гондурас, Гватемалу, Никарагуа и Доминиканскую Республику, в августе - высаживаются на Гаити. Все десанты разгромлены, в руки армий и полиций стран, подвергшихся агрессии, попадают десятки кубинцев, а также оружие и документы, свидетельствующие о военном вмешательстве режима Кастро во внутренние дела латиноамериканских стран. И тем не менее бессмысленные акты агрессии продолжаются: кубинские военные атакуют – с аргентинской территории – далекий Парагвай и, что уж совсем политически необъяснимо – поддерживавшую их социал-демократическую, совершенно не зависящую от «империализма» Венесуэлу.
А что же американцы? Они ограничиваются протестами – и не предпринимают ничего. Однако долго так продолжаться не может: США в рамках Организации американских государств (ОАГ) официально отвечают за порядок в Латинской Америке, а страны региона требуют поставить на место зарвавшегося кубинского агрессора. Агрессор тем временем национализирует американскую (и всю остальную) собственность и начинает получать военную, экономическую и финансовую помощь от СССР. У американцев просто не остается выбора: если бы и дальше ничего не предпринимали, латиноамериканские страны обвинили бы Вашингтон в нарушении уставных принципов Организации американских государств (ОАГ), согласно которым США обязаны защищать страны – члены организации от агрессии. Американцы прерывают все контакты с режимом Кастро и начинают готовить его свержение.
17 апреля 1961 г. в заливе Кочинос высаживается десант кубинских эмигрантов, вооруженный и обученный ЦРУ. После 72 часов боев десант был разгромлен, но напуганный вторжением Кастро начинает переговоры о вводе на Кубу советских войск.
Высадка «контрас» в заливе Кочинос – операция более чем странная. Высажена была полноценная легкая пехотная бригада: четыре пехотных, один моторизованный и один парашютно-десантный батальон, рота танков, бронеотряд и артдивизион – всего 1500 человек с 5 танками М41 «Уокер бульдог», 10 БТР, 18 орудиями, 30 минометами и 70 гранатометами. С воздуха десант поддерживали 12 боевых самолетов. На первый взгляд, немалая по латиноамериканским меркам сила. Однако ей предстояло сразиться с 60-тысячной регулярной армией Кубы, на вооружении которой была бронетехника, многочисленная артиллерия, авиация, флот и сотни тысяч резервистов. Далее: залив расположен в безлесной, равнинной и болотистой местности, через которую вглубь острова ведет лишь одна дорога. То есть десант был обречен на массированные авиационные налеты и артиллерийские удары. А зачем ему были танки в болотах и при единственной дороге – вообще непонятно.
То есть десант был обречен с самого начала - теми, кто его готовил: американскими офицерами и работниками ЦРУ. Вместо высадки бригады следовало перебрасывать на Кубу небольшие группы хорошо вооруженных и обученных диверсантов с целью организации и подготовки повстанческих групп в горах Эскамбрай, Съерра-Маэстра и дебрях Пинар-дель-Рио, где к тому времени действовали многочисленные отряды «барбудос» - тех, кто сражался с Батистой за свободу, а не за тиранию Кастро, и восставшие против нее. Но они нуждались в оружии (но ни в коем случае не в танках!), средствах связи, инструкторах… Можно ли поверить в то, что в ЦРУ работают вопиюще некомпетентные люди?
Но это еще не все. По плану кампании перед высадкой десанта американские самолеты должны были авиаударами уничтожить кубинские ВВС. Однако тех на аэродромах не оказалось – кубинцев кто-то предупредил. А авианосец «Эссекс», авиация которого должна была бомбить кубинские войска… не учел разницу в часовых поясах (!!!), и его самолеты появились над Кубой тогда, когда все было уже кончено. Кроме того, вблизи зоны высадки «совершенно случайно» оказались советские танки, САУ и тяжелая артиллерия калибра 122 и 152 мм. Никто, кроме самых высокопоставленных цэрэушников, передать эту информацию кубинцам не мог.
«Контрас» банально «подставили». США должны были показать странам – жертвам кубинской агрессии, что стоят на страже их интересов, а кубинским эмигрантам и американскому общественному мнению – что борются с коммунизмом. Но на самом деле воевать они не хотели, даже чужими руками. О войне собственными силами и речи быть не могло – по закону 1934 г. на такую войну нужно было решение обеих палат Конгресса. После операции ЦРУ 1954 г. в Гватемале (в 1954 г. ЦРУ организовало вторжение в Гватемалу контрреволюционеров, которые свергли левое правительство Х.Арбенса) аргументы для сенаторов и конгрессменов, достаточные для благословения на военную операцию, должны были быть более чем убедительными. Конфискация американской собственности на Кубе таким аргументом не являлась: американские активы были национализированы в Мексике в 1938 г., в Коста-Рике в 1950 г., в Боливии в 1953 г.; это привело к большому шуму в американских СМИ и требованиям компенсаций, но не к военным акциям. А безрезультатные кубинские десанты в страны Центральной Америки, Венесуэлу и Парагвай могли подвигнуть Конгресс США разве что увеличить военную помощь этим странам.
Кроме того, в то время правительство Южного Вьетнама изо всех сил давило на Вашингтон, требуя введения в свою страну американских войск для отражения агрессии со стороны Северного Вьетнама – США были обязаны защищать Сайгон согласно Парижскому мирному соглашению 1954 г. О том, насколько США не хотели никуда посылать войска, свидетельствует следующий факт. Президент Южного Вьетнама Нго Динь Зьем в 1961-62 гг., обеспокоенный масштабами вторжений северо-вьетнамских войск, предлагал Кеннеди помочь ему подготовить отряды для ответных вторжений на Север (этот план был разработан советником п Нго Динь Зьема, русским эмигрантом, членом Народно-трудового союза российских солидаристов Р.Редлихом). Кеннеди решительно отказался. Разгневанный генерал Зьем заявил, что его армия будет действовать самостоятельно.
В ответ США прекратили финансовую поддержку Южного Вьетнама, а в 1963 г. в Сайгоне произошел военный переворот, возглавленный поддерживавшим деятельные контакты с посольством США генералом Дьенг Ван Мином. 2 ноября, по возвращении с вечерней церковной службы, президент Зьем был захвачен путчистами Мина, перевезен в подвал генштаба армии и убит выстрелом в затылок. Через 20 дней вдова Зьема, с полным основанием считавшая, что ее муж убит по приказу Кеннеди и узнав о гибели ненавистного предателя-американца, воскликнула: «Есть Бог!». В 1981 г. бывший директор отдела планирования ЦРУ Колби признал, что подготовку смещения Зьема санкционировал лично президент Кеннеди…
Столь подробно рассказывать кубино-американском конфликте стоит потому, что все события того времени показывают: американцы не могли и не хотели высаживаться на Кубу, так что защищать советской армии друзей-«барбудос» было просто не от кого.
По получении информации о появлении советской армии на Кубе и в особенности советских ядерных сил американцы не столько испугались или разозлились, сколько поразились идиотизму и безответственности Хрущева и его окружения. Советские вооруженные силы начала 1960-х – это Моська против американского слона. У США было 6000 боеголовок, у СССР - 300. У США было более 1300 бомбардировщиков, способных единовременно доставить на территорию СССР около 3000 ядерных зарядов, у СССР – всего 100 «стратегов». У американцев было 150 стратегических сверхзвуковых бомбардировщиков В-58: они могли взлететь позже советских «коллег», а достигнуть целей и нанести удары гораздо раньше. Ничего подобного у СССР не было вообще. А уж зачем перебросили на Кубу устаревшие бомбардировщики Ил-28, которые в то время уже вовсю снимали с вооружения – вообще не понятно: разве чтобы насмешить американцев.
Кроме того, у США на также 183 МБР «Атлас» и «Титан» и 144 ракеты «Поларис» на девяти атомных подводных лодках. Советские подводные лодки, вооруженные ядерными ракетами, в расчет можно было не принимать: они были несовершенны, шумны и имели надводный старт ракет, что их сразу демаскировывало.
Советское руководство отчего-то верило, что его вооруженные силы смогут доставить на территорию США около 300 боезарядов с помощью стратегической авиации и МБР Р-7 и Р-16, но в реальности удар мог быть нанесен силами всего лишь от 11 до 29 ракет. Почти все советские ракеты были типа Р-7 – устаревшие, несовершенные, с длительным временем подготовки и низкой надежностью, но и для них имелось всего 4 стартовых приспособления. Более боеспособных Р-16 было 25, хотя, по воспоминаниям советских чекистов, боеспособных из них было всего 7.
Все рода советских войск и виды вооруженных сил в начале 1960-х находились в плачевном состоянии. И американцы об этом прекрасно знали: до 1961 г. американские стратегические разведчики U-2 постоянно летали над советской территорией и фотографировали все, что им было нужно. После того, как самолет Г.Пауэрса был сбит советской ракетой, Кеннеди полеты запретил, хотя, по мнению как советских, так и американских специалистов, попадание в цель несовершенной зенитной ракеты С-75 было случайным, да и самих ракет такого типа на вооружении были единицы.
Отлично знали американцы и о стихийных бунтах, прокатившихся по СССР в 1961-62 гг., и о небывалом кризисе в советском сельском хозяйстве (к началу Карибского кризиса Москва уже обращалась к Вашингтону с просьбой о немедленных и масштабных поставках зерна). С большим удовольствием американцы наблюдали и развал просоветского военно-политического блока: Китай и Албания к тому моменту порвали отношения с СССР, а КНДР, Северный Вьетнам и Монголия заняли колеблющуюся позицию, но на тот момент больше склонялись к поддержке Мао Цзэдуна. На Польшу и Венгрию, в которых в 1956 г. произошли массовые антисоветские восстания, и на ГДР, откуда до момента строительства Берлинской стены на Запад успела удрать четверть населения, СССР особенно рассчитывать не мог.
Так что американцы и на Кубу вторгаться не собирались, и «советской угрозы» совершенно не боялись. Почему же они согласились на вывод ракет из Турции? Все просто: решение об их установлении было изначально воспринято неоднозначно самим Пентагоном; офицеры-ракетчики считали создание ракетной группировки в Турции избыточным из-за уже имевшегося сокрушительного превосходства США над СССР в возможности нанесения ядерного удара. Поэтому американские военные начали требовать у Белого дома принять решение о выводе ракет из Турции еще до Карибского кризиса, а вовсе не в результате его! Кроме того, у Вашингтона были причины и для некоторого испуга: с державой, пусть слабой, но обладающей ядерным оружием и управляемой либо умственно неполноценными людьми, либо слепыми фанатиками, иметь дело крайне неприятно…
США, «согласившиеся» не нападать на Кубу и решившие вывести ракеты из Турции, ничуть не поступились своими военно-стратегическими и геополитическими позициями в мире. А вот СССР, сначала кинувшись в безумную авантюру, а затем страшно испугавшись (Хрущев на заседании Президиума ЦК КПСС обреченно произнес: «Все, дело Ленина проиграно»), потерял лицо перед всем миром. Зато режим Кастро получил возможность в течении десятилетий безнаказанно грабить и гробить Кубу.
Карибский кризис 1962 г. отлично иллюстрирует авантюризм, агрессивность, предельный непрофессионализм и банальную глупость советского руководства.