Женитьба инопланетянина. Попытка №3.

Жракель сурово и решительно смотрел в иллюминатор летающей тарелки. Правда, особо разглядывать там было нечего – обзор заслоняла огромная глыба гранита, привязанная стальным тросом к носу тарелки. Глыба олицетворяла твердость намерений Жракеля, а так же служила визитной карточкой - он направлялся на планету Коррундия, а там твердость ценилась очень высоко, поскольку все живое и неживое состояло исключительно из корунда. А еще его там ждала ненаглядная Коррундильдия, так же прекрасная, как и гранитная глыба, и такая же твердая, если не больше. На сей раз Жракель даже не знал, какому сословию принадлежит его невеста. Их последняя, и пока единственная встреча, закончилась так быстро, что Жракель не успел спросить: после первого же упоминания о свадьбе, Коррундильдия в умилении прижала его к своей обширной груди, после чего Жракеля в бессознательном состоянии и с многочисленными переломами срочно отправили в больницу. Не прошло и нескольких месяцев, как Жракель, кое-где еще обмотанный бинтами и загипсованный, отчаянно рванулся навстречу судьбе и сексу.

Посадка на этот раз прошла несколько неудачно. Игнорируя знаки космического движения, Жракель по привычке плюхнулся на планету в первом попавшемся месте, и это место оказалось вымощенная корундом большая площадь посреди города. Гранит на носу тарелки сыграл роль амортизатора и от удара рассыпался в пыль, зато тарелка осталась в относительной целостности, хотя и стала больше напоминать квадратную картонную коробку. Поспешно наложив предусмотрительно запасенный гипс на новые переломы, Жракель отправился на встречу с возлюбленной.

Встретили его радушно. К Коррундильдии, правда, не пустили, сославшись на то, что она взволнована и стесняется, а навстречу вышел ее отец. Здоровенный мужик, больше смахивающий на обломок скалы, радушно встретил его на пороге дома. Пока обменивались любезностями, Жракель выяснил, что его суженая дочь булочника. Неплохо, подумал Жракель, булочки я тоже люблю!

Пока невеста примеряла наряды из кованной стали, да развешивала украшения и помощью небольшого подъемного крана, Жракеля пригласили перекусить, на что он охотно согласился. Стол, заставленный большими, отлитыми из базальта, вазами выглядел весьма привлекательно. Бесчисленные пирожки, плюшки, вареники, пирожные, и еще черт знает чего, наполненные творогом, вареньем, кремом и прочим, разбрасывая разноцветные тени, обильно наполняли вазы и даже вываливались на стол.

Жракеля охватило предсвадебное возбуждение. Постукивая гипсом по полу и под одобрительные взгляды отца Коррундильдии, он устремился к яствам. Ухватив симпатичный и хорошо прожаренный пирожок, Жракель сжал клешню. Раздался хруст и на пол упал кусок отломившейся клешни, а рядом совершенно неповрежденный пирожок. В душе Жракеля зародилось смутное сомнение.

Распахнулась дверь, и в комнату, громыхая как перегруженный самосвал, ворвалась Коррундильдия.

- Дорогой! – воскликнула она и распахнула объятия.

Жракель рефлекторно упал на пол, и любовь пронеслась мимо, с грохотом врезавшись в папашу. Жракель подхватил еще оставшиеся конечности и стремглав бросился в своей летающей тарелке.

Все-таки любовь это тяжелое испытание, подумал он, стартуя с максимальным ускорением.