Из жизни в Тридевятом Царстве: Согласие на освобождение
— Я думала состарюсь в этой башне, — проворчала Царевна, собирая вещи. — Повезло же мне с Драконом: мало того, что сам травоядный, так ещё и мне ежедневно всю прелесть свёклы расписывал. Сумку возьми, чего встал, как вкопанный?
— Не торопитесь, Ваше Высочество, — улыбнулся Богатырь, — я ещё не приступил к вашему освобождению.
Царевна медленно повернулась
— Что это значит? А когда ты приступишь к моему освобождению? Меня, вообще-то, охраняет Дракон! Нужно убраться поскорее, пока его нет. Ты не смотри, что он травоядный - приложит так, что неделю верх от низа отличить не сможешь!
— Учту. Приступлю к освобождению сразу же, как только мы проясним некоторые моменты.
— Да получишь ты свою награду! — Царевна закатила глаза. — Мой отец обещал кучу золота за моё освобождение. А он у меня слов на ветер не бросает.
— В этом я не сомневаюсь, — Богатырь вынул из-за пазухи несколько листов. — Мне нужно ваше согласие на освобождение.
— Ты дурак?
— Буду им, если освобожу вас без вашего согласия.
— Алё, любезный! — Царевна помахала рукой перед лицом Богатыря. — Я два года в этой башне кукую! Неужели я могу не согласиться?
— Вот и замечательно! — кивнул Богатырь, протягивая Царевне один из листов. — В таком случае, вас совсем не затруднит подписать этот документ.
Царевна вырвала лист из его рук, быстро пробежалась по нему взглядом и отошла к столику, где, взяв в руку перо и обмакнув его в чернила, поставила свою подпись.
— Доволен? Теперь хватай сумку и пошли.
Богатырь, виновато пожав плечами, протянул Царевне ещё один лист.
— Да ты издеваешься! — возмутилась Царевна. — А это что ещё?
— Отказ от претензий, — пояснил Богатырь. — Своей подписью вы подтверждаете, что я не несу ответственность за порчу вашего имущества, потерю зеркальца или гребешка. В дороге может всякое случиться, вы должны это понимать.
— Я это прекрасно понимаю! Пусть я хоть последнее платье потеряю, главное домой вернуться.
— Вот и подпишите, Ваше Высочество.
Царевна вздохнула, взяла лист и вернулась к столику. Поставив подпись, она подняла глаза на Богатыря:
— Если есть что-то ещё, требующее моей подписи, давай сразу. Чего я туда-сюда бегать буду.
Богатырь молча положил на стол оставшиеся листы.
— Кошмар, — вздохнула Царевна. — И зачем вот это всё нужно?
— Случаи бывали, Ваше Высочество, — развёл руками Богатырь. — Освободит кто из наших Царевну, вернёт отцу, награду получит. А на следующий день оказывается, что Царевна по своей воле у Дракона находилась. И тому у неё обязательно два-три свидетеля есть.
— Что делается! — удивилась Царевна. — И что потом?
— Награду возвращаешь, да ещё столько же, если в темницу попасть не хочешь. Вот и приходится всюду с этими бумажками ходить, мало ли.
— Да уж, неприятная ситуация. У вас и без того работа не сахар, так ещё и это! Кошмар! У меня даже слезинка от жалости к вам потекла! Подожди, я сейчас схожу умоюсь, а как вернусь, закончу с подписями.
Царевна вышла из комнаты, быстро спустилась по лестнице и вышла в сад.
— Что там? — поинтересовался Дракон. — Чего так долго?
— Лети к моему отцу, — велела Царевна, — скажи ему и остальным, что накрылась наша лавочка.
— Как накрылась? Почему?
— Поумнели наши Богатыри. Я же говорила, что надо ещё запретить об этом рассказывать! Теперь слухи о нас во все уголки Тридевятого Царства дошли!
— Так надо было запрещать, — пожал плечами Дракон. — Моё дело-то маленькое — летай вокруг замка, развешивай объявления о Царевне в заточении, да прячься, когда надо. Чего дальше делать будем?
— Завтра что-нибудь придумаем, — вздохнула Царевна. — Сейчас не выкрутиться, у этого Богатыря на каждый возможный случай бумажка имеется. Откажусь подписывать — догадается, что это он про нас историю слышал. А там кто знает, чего от него ожидать, Богатырь, как-никак. Эх, такую золотую жилу потеряли!