С самого утра во рту стоял противный привкус металла. Ужасный, надоедливый, мешающий любому приему пищи. Он сидел где-то там между языком и небом, можно сказать - восседал как старый обрюзгший король на троне. Только к чему это - было абсолютно неясно.
Дорога до двери моей кухни походила больше на безумную пляску чертиков и множества другой нечисти, где отовсюду лезли надоедливый администратор, глупые официанты и, конечно же, мои "любимые и прекрасные повара". Божественные люди, если не считать их способность превращать качественные продукты в биомусор. Именно это им удавалось лучше всего.
Вечно приветливые подхалимы глядели на меня как на божество, с уважительным тоном обращались по любому поводу, но так и не научились по-настоящему готовить. От этого появлялся громадный груз внутри, который зачастую пропадал, как начиналась работа.
Не знаю и не ведаю кто набирал этих идиотов мне в помощники, заместители и прочие рабочие места, но было жутко видеть их рукоплескания и непонятные действия за оборудованием, глаза непонимающие абсолютно ничего, даже того, что они видят.
Игра в дураков, идиотов и бездельников началась с первого дня, как мне повезло сюда попасть и остаться на прекрасные три года, потраченные на нее самую. До работы шеф-поваром мне долгое время приходилось перебиваться низкосортными работами и изредка радовать знакомых тортами, деликатесами и прочим на заказ. Именно один из моих клиентов предложил сей выгодный вариант - быть главным в его ресторане.
Желание остаться здесь навсегда заметно улетучилось со временем и теперь уже просто держалось на добром слове, что когда-нибудь желаемый результат будет достигнут. А пока ждать повышения зарплаты, ждать признаний в любви от хозяина данного, ждать, когда кто-то придет мне на смену и прочее, прочее, прочее.
***
Слушай, баран! Ты когда-нибудь видел, чтобы так использовал профессиональный инструмент? - ревел от злости внутренний голос наружу. - Ты что дешевая кухарка в доме обедневшего боярина? Возьми нормально и режь по-людски! Не буди во мне зверя!
В такие моменты действительно тяжело держать себя в руках. Даже не держать, затыкать самому себе рот любым доступным образом. Жалко порой, некоторых, стараются и по ним это видно, но веришь им до первой провинности. Дальше летят головы, стремглав и цепляя за собой остальных.
А как быть иначе? Как быть тем хорошим учителем, который верит в своих дурачков и дает им все знания, но не получает ни результата, ни безупречного блюда хотя бы раз. Как прощать то, что они ни за что простили бы, будь они клиентами, людьми со здравым смыслом и верой мне, настоящему шеф-повару. Каким образом? Каким? Они абсолютно необучаемы и ни к чему не стремятся, только тратят драгоценное время, которого иногда не хватает на все и на всех.
Злость переполняла тело с головы до ног и оттого хотелось поскорее взять что-то потяжелее и бросить куда подальше. Бросить так, что пусть и стену пробьет, пусть разобьется стекло, пусть меня, наконец, уволят - пусть случится что угодно.
Кто-то из обслуги подошел ко мне и начал успокаивать. Следом за ним стали подтягиваться вместе с ним, но шестое чувство давало знать о себе. Они все боялись очередного срыва. Быть может этого и добивались, чтобы меня выкинули куда подальше, а они на лаврах победителей имели бы в душе спокойствие и благодать. И катился в пропасть замечательный ресторан.
Резкий удар по столу отогнал всех в сторону. А уже затем последовала темнота, чьи-то крики и долгая история, от которой теперь уже тяжело было отказаться. Не помогли даже справки и врачи.
***
Тот парень, в которого с безумной силой была брошена сковорода, не доехал до больницы. Оставил меня здесь, а сам отправился на незаслуженный отдых. А мне же повезло поболее. Попался отдых, от которого сейчас отказаться не появилось никакой возможности.
Одежда повара сменилась обыкновенной робой из грубой ткани, а безупречно чистая кухня - вонючей камерой. Горько осознавать, что теперь предстоит долгий путь исправления, как и прежде крокодиловы слезы матери, удары и крики вертухаев. Это ли не то, о чем столько приходилось мечтать.
Прекрасный отдых от идиотов и дураков вокруг, таящий в голове, как сахар в кастрюле, который вскоре станет петушком. И такой же сладкий, приятный на вкус.
Назовем его просто "Сладкой полынью"...
