Заговаривание, или заклинание, означает произнесение магических слов, обладающих, согласно представлениям древних славян, колдовской или целительной силой, что является действенным способом воздействия на сознание и состояние человека. Трудности изучения заклинаний как языкового феномена связаны с их социальной нераспространенностью и табуированием в области средств выражения.
По тематике и назначению заговоры бывают связаны с хозяйственной деятельностью человека (охотничьи, сельскохозяйственные, от пожара, нечистой силы и др.); против болезней, также связанные с семейным и общественным бытом (любовные, судебные, от «врагов» и т. д.). Так, впервые наиболее полное собрание белорусских заговоров (850 текстов) находим в «Белорусском сборнике» 1891 г. нашего земляка Е.Р. Романова.
Генезис мистической силы имеет непосредственную связь с мифотворческой деятельностью первобытного человека: получает свое выражение в заговоре как «высказанном словами пожелании, которое должно обязательно исполниться» (Н. Крушевский).
Нами исследованы особенности языка двух десятков лечебных заговоров и заклинаний, записанных в Гомельском р-не (д. Телеши, на границе с Речицким и Буда-Кошелевским р-ми), выявлен ряд приемов их использования для исцеляющего воздействия на человека.
В текстах заговоров данного региона наличествует большое количество религиозно-культовых единиц: Бог-отец, Иисус Христос, Сын божий, ангел-хранитель, святой пророк, всенепорочная владычица, пресвятая дева, чудотворец, раб(а) божий(ья); божий престол, крест, слава, праведный; во имя Отца и Сына и Святаго Духа, отныне и вовеки веков (и довеку), аминь; часто упоминаются имена святых и угодников: Дева Мария, Святой Михаил, Креститель Иоанн Святой, Апостол Иоанн Богослов, Святитель Николай, Храбрый Егорий, Архистратиг Божий, Серафим Саровский Чудотворец, Отец Иаким и Анна и другие, причем некоторые заговоры строятся на обращении к какому-либо лицу (лицам): «Царь морской да царь Двинской\ Дай воды на живот, на здоровье раба божьего…» (На красоту и здоровье ребенка). В развернутых обращениях в начале ряда ставится имя главного святого: «Господи Иисусе Христе, сыне Божий, огради нас святыми твоими ангелами…» и далее идет перечисление имен (Страждущим от недуга); иногда обращения направлены на неодушевленный предмет: «Вода ты, вода, ключевая водаі» (От тоски).
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзене и будете в курсе новых публикаций и исследований!
Возможные способы целительного воздействия на сознание основаны на применении ряда как языковых, так и выходящих за рамки языка приемов. Среди них прием перечисления – вообще частый в заговорах – использован здесь для называния разных болезней: «… снимите с рабы божьей (…) наговоры, уроки, призоры, страхи, переполохи, колотье, ломоту, озевыш, хомут, грыжу, радикулит, лихорадку со всех жил ее, со всех костей, крови» (От всех болезней) или определений болезни: «Заговариваю худую болезнь, приговорную, радостную, земляную, ветряную, с когтей, с ногтей, с буйной головы, с черных бровей» (От падучей болезни).
Смысл называния болезней состоит в использовании природной магии имени, поскольку «именем мы называем энергию сущности вещи… Знать имя – значит уметь пользоваться вещью… быть в состоянии общаться и других приводить в общение с вещью. Ибо имя и есть сама вещь» (А.Ф. Лосев).
Наряду с перечислением, обычным является прием градации синонимов: «Поди прочь, родимец, от раба божьего (…) в зеленый лес, в дремучи болота, в пенья, в колодья, в горьку осину… Там тебе место» (От родимца), здесь последний компонент ряда (горькая осина) несет самое негативное содержание (отсюда: вбить осиновый кол) и по народным представлениям ассоциируется с нечистой силой.
Мощным приемом воздействия выступают сравнения: «Земля чистая, вода светлая, и так же раб божий (…) был здоров и весел» (От ураза); «Как смываешь ты, вода, круты берега, пенья, коренья, так смывай тоску-кручинушку с белого лица, с ретивого сердца» (От тоски). Помимо сравнений, к образным средствам оформления лечебных текстов относятся эмоционально-экспрессивные образования, напр.: «Не играй моим дитяткой, играй лучиком и стрелочкой» (От бессонницы); постоянные эпитеты: синее море, белый лебедь (тело, лицо, камень), желтые пески, черные брови, зеленая трава, красная девица, острый нож, широкая улица, чистое поле, быстрые реки, буйная голова, ретивое сердце, ясные очи, кровавые раны, святые ангелы, пресвятая дева, нечистые силы; тоска-кручинушка, ангелы-хранители и др.; лексические синонимы: «Родимец скорбный, сердцевой, жиловой, дремучий, трясучий, спесивый, ересивый, исподняшний, исподжильный, костчявый, ломовой, сонливый»; слова-символы типа горькая осина, серый камень, золотые замки, серебряные ключи, обладающие, по суеверным представлениям, колдовской или целебной силой, то есть играющие важную роль в процессе исцеления: «Ключи в сине море бросаю. Как у синего иоря тех ключей не достать, так рабу божьему худой болезни не бывать» (От падучей болезни).
Особую роль в создании образной картины играют начальные (зачин) и заключительные слова, – обычно выражения сказочного характера: «На море, на острове Буяне…» (На остановку крови), «…в чистом поле, на Океан-море» (От всех болезней), «… Тем моим словам ключ в море, замок в роте» (На жабу, или астму).
В целом лечебные заговоры, собранные в Гомельском р-не, отличаются поэтичностью, то есть особым созвучием, ритмом и даже рифмой, широким использованием религиозно-культовой и профессиональной лексики, поэтико-стилистических приемов и выступают как феномен применения магической силы слова, относящийся к отмирающим явлениям, но представляющий собой составную часть бытующего самостоятельного «обряда шептания». Заговорные заклинания применяются как своеобразный «выброс» человеком энергии, которая заключена в слове-пожелании, и выступают одной из форм приспособления человека к жизни в огромном хаотичном мире, действенным средством его воздействия на существующие в мире стихийные силы и на свою судьбу.