Умер Юрский. Который читал Евгения Онегина так, как будто сам написал его... У него есть немыслимо прекрасная фраза "Эпоха всеобщности Пушкина закончилась. Пришли новые люди. Для них теперь это просто поэт прошлого времени...". Это приговор всем сегодняшним нам. Ведь это и быть не может в России..... Или может?
А вот просто прикиньте на себя его ситуацию. Как бы поступили? Ведь сегодня повод задуматься.
29 января (10 февраля по новому стилю) 1837 года в 2 часа 45 минут пополудни в доме на набережной Мойки, 12, остановилось сердце Александра Сергеевича Пушкина.
Поэт умер через 46 часов после дуэли, которая произошла 27 января за Черной речкой близ так называемой Комендантской дачи.
Одно из самых последних стихотворений Пушкина:
Воды глубокие Плавно текут. Люди премудрые Тихо живут.
А вот немного неожиданный мой Пушкин, маленький пост, а то вдруг кто не знает:
Ложь Пушкина и очищение
На озаренный потолок
Ложились тени,
Скрещенья рук, скрещенья ног,
Судьбы скрещенья.
(отнюдь не Пушкин, по почти…)
В школе пацанами мы все зачитывались Гаврилиадой. Невинной похабщиной по нынешнему времени. А ведь во времена СССР – нам Познер открыл эту тайну – секса не было. Поэтому мы так жаждали найти:
Меж милых ног супруги молодой
Заботливый, неловкой и немой,
Адам искал восторгов упоенья,
Неистовым исполненный огнем…
У меня в ПСС Пушкина Гаврилиада была, а учебник говорил: быть того не может, эти строки принадлежат князю Горчакову. Мы не знали кому верить. Только ПСС издавали совсем не те люди, что разрешали печатать наш учебник, а мы КПСС уже не верили совсем.
Я стал копаться в истории поэмы. Всё оказалось проще пареной репы, но крайне важной для менталитета Пушкина. Он сначала соврал следователям, что не он писал, а умерший Горчаков. Взял страшный грех на душу. Врал и друзьям тоже. Вряд ли был в его жизни момент большего в собственных глазах позора. Он сперва считал самым большим позором не за декабристов в ссылку пойти, а за похабные стишки. Потом понял – ложь страшнее!
И написал письмо Императору, где признавался в авторстве.
Граф П.А. Толстой посоветовал ему не запираться. И Пушкин пишет царю письмо, в котором признаётся в «шалости столь же постыдной, как и преступной». И царь не только простил его, он оставил историю в тайне и даже письмо Пушкина уничтожил. Не зря Николая Первого звали «царь-рыцарь». И Пушкин везде в своих письмах столь восторженно отзывался годами об Императоре, а тот факт что Николай стал единственным цензором Пушкину, вселило в него гордость подобно большому ордену на груди.
Пушкин испытал огромное сотрясшее его душу облегчение. Бывают очищения слёзные, очищения страданием, очищения смехом, а бывает — очищение стыдом. Стыд — одно из сильнейших чувств: он способен провоцировать физиологические реакции от покраснения ушей до обморока, стыд может мучить долго, как рана, и заживать, исчезая из эмоциональной памяти без следа.
Самое интересное – и здесь «англичанка гадит»! Впервые текст поэмы, опубликованный Н. П. Огаревым в Лондоне в 1861 г. в сборнике «Русская потаенная литература XIX столетия», именно из Англии пришёл в Россию. Именно поэтому я долгое время был склонен считать, что это враги всего русского приписывают Пушкину авторство! А в России только большевики решились полностью её издать - издание В. Брюсова вышло в 1919 г.,
А меня поэт научил главному:
Одной рукой цветочек ей подносит,
Другою мнет простое полотно
И крадется под ризы торопливо,
И легкий перст касается игриво
До милых тайн…
Всё для Марии диво,
Всё кажется ей ново, мудрено, —
А между тем румянец не стыдливый
На девственных ланитах заиграл —
И томный жар и вздох нетерпеливый
Младую грудь Марии подымал.
… и томный жар потом был и мне наградой! ))
По данным «Словаря языка Пушкина», Александр Сергеевич во всех своих сочинениях, например, слово «тьма» употребил 87 раз, а «свет» - 127, «ненависть» и «ненавидеть», вместе взятые - 61 раз, а «любовь» и «любить», тоже вместе - 1244 раза.
Злосчастный 1828 год заканчивался. В декабре 1828 или январе 1829 на детском балу у танцмейстера Иогеля Пушкин впервые видит юную Наташу Гончарову. Начинается, как принято говорить, «совсем другая история».
… Мело весь месяц в феврале,
И то и дело
Свеча горела на столе,
Свеча горела.