Фантастический рассказ. Часть 5.
Мы все любили эксперименты в детстве. Делали батарейки из картофеля и цитрусов, и прочие изобретения. Но что если пойти дальше в своих поисках?
«Так таблички, он обязан тут быть».
Бокс за боксом, дверь за дверью, табличка с названием элемента за табличкой. Он шел по проходу, осторожно ставя стопу на ребро, рассматривая указатели над дверями и прислушиваясь к каждому шороху. Каждую секунду он был готов броситься к любой из дверей, если кто-нибудь еще войдет на склад. И почти в самом конце коридора он нашел то, что искал. Одинокая латинская буква с цифрами в степени. Точно такая же дверь, как и в том боксе, где он прятался. Щелчок замка и створка двери открылась почти бесшумно. Рядом с дверь он увидел переключатель и щелкнул его. Под потолком зажглись трубки люминесцентных ламп, залив белым холодным светом множество контейнеров с веществом. Открыв первый вертикальный ящик, Кир увидел небольшие контейнеры с веществом. Размером с пачку молока. Он точно не знал, сколько ему понадобиться, поэтому решил взять полный рюкзак. Когда мальчик уложил последний контейнер, на его плечо опустилась рука.
- Что это мы тут делаем?
Слова над головой прозвучали как приговор. Сердце Кира на секунду остановилось, спазм перехватил диафрагму и не сдавил легкие. Мысли заметались в голове.
«Бросить портфель и бежать! Вырваться. Нет, нельзя бросать! Что делать? Меня посадят в тюрьму? Что, что дальше делать?!»
Кир продолжал сидеть над открытым ранцем, остолбенев от ужаса. Высокий худощавый мужчина, с легкой проседью в бороде и синем халате поверх костюма не убирал руку с его плеча. Все застыло, словно кто-то остановил течение времени. Вдох. Воздух с трудом прорвался в легкие ребенка и так же тяжело вышел обратно. Кир захотел двинуться, но руки и ноги сковало оцепенение, он почувствовал себя мухой, прилипшей к ленте-ловушке под потолком.
- Не желаете объясниться молодой человек? - Мужчина развернул Кира к себе лицом, и он в ответ что-то невнятно промычал.
- Так ладно, пройдем со мной.
Крепкая рука подняла его с земли под руку как игрушку. Подняв с земли портфель и взяв за предплечье ребенка, незнакомец вышел из бокса и выключил свет. Они пошли по коридору в сторону административного корпуса. Люди, попадающиеся по пути, учтиво здоровались с мужчиной, он в ответ коротко кивал головой и продолжал вести мальчика. Кир впал в подобие ступора, он не знал, что с ним будет дальше, и безвольно подчинялся, понимая, что в данной ситуации он ничего не сможет сделать.
В главном корпусе людей было намного больше, некоторые провожали их удивленными взглядами, но мужчина продолжал идти, как ни в чем не бывало. Они остановились возле тяжелой металлической двери с табличкой « Игнат Витальевич Приштин, начальник исследовательского отдела».
Мебели в кабинете было по минимуму. Большой прозрачный стол с экраном персонального компьютера. Высокое вращающееся кресло на колесах, пара бюро у стены, и массивный сейф в углу. Возле стола стояли два стула, на один из которых хозяин кабинета положил портфель, а на другой указал Киру.
- Присаживайся.
Мальчик забрался на стул и опустил глаза в пол.
- Как ты сюда попал вопрос, скорее, не к тебе. Об этом я потом пообщаюсь с охраной. Мне интересно другое. – Игнат Витальевич сел в свое кресло, скрестил пальцы и опер руки локтями на стол. – Зачем тебе понадобилось это вещество?
Кир смотрел в пол и не знал, что ему ответить.
- Ты можешь посмотреть мне в глаза? – Голос Приштина звучал без нотки угрозы, а наоборот, успокаивающе.
Кир поднял голову и посмотрел в глаза. Глубокие, со спокойным, уверенным взглядом. Нет, он не сможет соврать вот так, прямо в глаза,
- Он мне нужен. – Тихо, почти шёпотом произнес он.
- Ну, если бы он был тебе не нужен, ты бы вряд ли сюда залез. Что ты собирался с ним делать?
- Эксперимент.
Брови Игната Витальевича удивленно поднялись вверх.
- Эксперимент? А какого рода? Термоядерную бомбу собрался сделать.
- Нет, мне нужен. Я уже почти закончил.
- Что закончил? – Приштин чуть привстал из-за стола, с каждым словом мальчика его лицо становилось все более удивленным.
- Я не мог получить стабильную плазму. Реакция выходила из-под контроля. Приходилось все глушить, что бы избежать разрушения контура. – Кир выпалил все на одном дыхании, первый раз он кому-то говорил про свои эксперименты и «Лимон». – Потом я понял, что мне нужно это вещество, а оно есть только у вас. Я думаю, точнее, знаю, что с ним «Лимон» заработает.
- Подожди, ты, что построил реактор на управляемом ядерном синтезе? – Мужчина удивленно потряс головой, отказываясь верить своим ушам.
- Почти. Я построил магнитную ловушку и ускоритель, вакуумный контур, даже плазму получил, но не мог найти стабильное топливо для реакции. – Мальчик перебирал в голове этапы строительства «Лимона».
- Сколько тебе лет? – Игнат Витальевич подошел к ребенку и присел рядом с ним на корточки.
- Одиннадцать. – Очень странно, но почему то этот мужчина не вызвал у Кира такого страха как другие люди, может быть благодаря обстоятельствам их встречи, или потому, что он понимал о чем он говорит.
- Тебе кто-нибудь помогал?
- Нет. Я сам делал.
- Как? Ты же еще совсем мальчишка! – Приштин удивленно вскинул руки.
- Я прочитал все работы Сахарова[1] и Тамма[2]. Но больше всего мне помогли работы Олега Александровича[3]. Правда, у него были некоторые конструкционные просчеты. Я их исправил.
- Да это уму непостижимо. Как ты вообще понял, что прочитал? Не говоря уже о том, что что-то сделать! Ты, наверное, меня дуришь? – Игнат Витальевич встал и начал ходить кругами по кабинету.
- Нет, я сказал вам правду.
- А что на это говорят твои родители?
- Папы у меня нет. Мама не разговаривает.
- Как это не разговаривает? Она немая? – Приштин остановился и посмотрел на ребёнка.
- Нет, раньше говорила, сейчас перестала, она вообще в себя ушла. Не говорит, не работает, только кушает и спит.
- А родственники? Почему ты никому не скажешь, что у неё проблемы со здоровьем?
- Нет родственников. Ее смотрел врач давно, когда все только начиналось, сказал что-то с психикой. Сказал, если станет хуже, то ее в больницу положат. А меня в приют.
- Понятно, а ты в приют не хочешь. То есть ты живешь один с больной мамой, сам за собой ухаживаешь и строишь дома реактор на термоядерном синтезе?
- Получается, так. – Кир согласно пожал плечами.
- Послушай, мальчик. Над созданием такого реактора трудились сотни ученых по всему миру. Это передовая цель мировой энергетики, в его разработку были вложены сумасшедшие деньги. А ты мне говоришь, что сделал его дома? И ты думаешь, что я тебе поверю?
- Нет, не думаю. Это ваше право верить или нет. Я сказал как есть.
- Если я об этом кому то скажу, люди посчитают, что я сошел с ума! Я разговариваю об устройстве термоядерного реактора со школьником! – Мужчина нервно встрепал волосы на голове и опять сел в свое кресло. – Ладно, парень, скажу прямо, ты меня очень удивил. Сначала я думал ты простой хулиган, ведь это вещество не такое дорогое, да и не продашь ты его никому. Но то, что ты сказал…
Игнат Витальевич снял трубку со стоящего рядом большого телефона и нажал кнопку селектора. Из динамика громкой связи раздалось несколько гудков, а затем ответил молодой женский голос.
- Света, пусть Миша подъедет к главному входу, у меня для него есть поручение.
- Хорошо, Игнат Витальевич, подождите. – На другом конце трубки раздались звуки набора номера, короткий разговор и затем девушка опять вернулась на линию. – Сказал, через три минуты будет. Еще что-нибудь нужно?
- Нет, спасибо. – Приштин положил трубку. – Как тебя зовут?
- Кир, Кир Лесной.
- Забавное имя. Хорошо. Содержимое твоего портфеля я оставлю у себя. Будем считать, что тебя тут не было и этот инцидент исчерпан. Где ты живешь?
- В Альфе.
- Это то село, что в девяноста километрах отсюда?
- Да. – Кир чуть удобнее сел на стуле и посмотрел на свой рюкзак. – Может быть, вы дадите мне хоть немного вещества?
- Далеко же тебя занесло. Нет, сейчас я оставлю все у себя и о твоем реакторе мы поговорим позже. Я думаю это наша не последняя встреча. – Он подошел к рюкзаку и выложил контейнеры к себе на стол. – Мой водитель отвезет тебя домой. О том, что ты тут был никому не слова, и о своем реакторе, если таковой есть, тоже.
- Хорошо. – Если бы Кир умел испытывать грусть то сейчас бы он, наверное, расплакался, но он оставался сидеть на стуле без каких либо эмоций.
- Тогда пойдем. – Игнат Витальевич снял халат и повесил его на небольшую настенную вешалку у двери.
У главного входа административного корпуса их ждала черная иномарка. Кир таких еще не видел, но по дорогим элементам отделки и благородному профилю, понимал что авто явно не из дешевых.
- Миша! – Игнат Витальевич обратился к молодому парню, курящему неподалёку от автомобиля. – Отвези мальчика домой. Его к нам направляли, как победителя районной олимпиады по радиотехнике. Экскурсия закончилась чуть раньше, и я думаю, ему нет смысла ждать автобус. Адрес он тебе подскажет.
Нагнувшись к Киру, мужчина заговорил тихо, чтобы их никто не слышал.
- Запомни, тебя тут не было, и реактора у тебя никакого нет. Я скоро к тебе наведаюсь, надеюсь, ты меня не обманул и он действительно у тебя есть, тогда я смогу тебе помочь с ним.
Кир вскинул голову и посмотрел прямо в глаза собеседника. Мудрый отеческий взгляд, который, по странным причинам, действовал на него успокаивающе.
- Хорошо. Спасибо, что не отправили меня в тюрьму.
- Иди, давай, пока я не передумал. – Игнат Витальевич чуть подтолкнул мальчишку и еще долго провожал уезжающую машину.
Кир рассматривал серые голые деревья вдоль дороги и думал над тем, что ему делать дальше. В салоне автомобиля была почти полная тишина, даже шума колес по асфальту не было слышно. Приятно пахло дорогой кожей и каким-то ванильным ароматизатором приклеенным к парпризу. Водитель почти не обращал на него внимания, только один раз спросил адрес куда ехать. Кир же ушел с головой в размышления. Его вылазка обернулась фиаско. Без вещества «Лимон» он не запустит. Никак. Все остальное он уже перепробовал. Искать где то еще? Сегодняшняя неудача поубавила у него энтузиазма. Еще хорошо, что он не попал в милицию. И что подразумевал Игнат Витальевич под словами « не последняя наша встреча», может он решил наказать его самостоятельно? Он был в тупике. Работа над реактором встала и дамокловым мечом над ним висит кара за вылазку.
За размышлениями он не заметил, как они въехали в село. По-зимнему рано начинало смеркаться. Иномарка остановилась, не доезжая до их двора, Кир нарочно сказал другой номер, что бы его потом не нашли.
Мама почти не заметила, что он приехал позже, чем обычно. Все так же сидела на диване, почти неподвижно, безучастным взглядом уставившись в телевизор. Большая кукла с лицом его матери, кукла, которую нужно кормить и следить за ней. Иногда он одевал ее и выводил пройтись по улице, делая вид, что она с ним гуляет. Так бы соседи давно уже заподозрили неладное. Она не обернулась даже на звук открывающейся двери. О том, что она вставала, говорили только частично съеденные бутерброды на столе.
Кир разделся, убрал все со стола и поплелся в ванную. Сегодня не был никакого желания, что-либо делать. Скрип спички об коробок, вспышка, запах горящей бертолетовой соли, синие языки пламени в газовой колонке. Интересно, а если будет такой мороз, им смогут привозить газ? Или же они останутся не только без тепла, но и без горячей воды и без огня на кухне. Две недели назад им привезли заправленный красный баллон пропана и подключили к шлангу, выведенному на улицу рядом с кухней в специальный синий ящик с надписью «ГАЗ». Обычно им его хватало на месяц, готовили они не часто, а колонка в ванной много не потребляла, но если будут сильные холода, придется жечь плиту постоянно и надолго газа не хватит.
Горячие струи ударили по спине, расслабляя каждую мышцу. Вода обдала теплом ступни, и Кир только сейчас понял насколько замерзли его ноги. Он посмотрел на свой стопы – синюшные пальцы, покрытая вязью глубоких борозд и похожая на курагу кожа. Ботинки давно прохудились, и были не пригодны к таким долгим прогулкам под дождем. В душе он простоял раза в два дольше обычного, прогревая каждую косточку промерзшего тела. В лабораторию он сегодня не пошел, решил остаться дома и все обдумать, но домашняя суета съела весь вечер. Пришлось приготовить простой ужин, наколоть и натаскать дров, накормить и уложить маму. Плюсом ко всему сказалось сильное нервное истощение, и когда он добрался до постели, то рухнул почти без сил.
[1] Андрей Дмитриевич Сахаров - советский физик-теоретик, академик АН СССР, один из создателей первой советской водородной бомбы.
[2] Игорь Евгеньевич Тамм - советский физик-теоретик, академик АН СССР, лауреат Нобелевской премии по физике.
[3] Олег Александрович Лаврентьев – советский физик, заслуженный деятель науки и техники СССР, доктор физико-математических наук.
