- Вот новая рубашка, брюки, пиджак, а это тебе, мамуль, держи,- торопясь говорит любящий сын, спешно выкладывая на стол новые покупки и мамин подарок.
Мой муж родился сразу после войны. Мама привезла его с фронта. Отвоевала 4 года и в награду получила сына. Так одна его и воспитывала. Голод, холод, нищета- через все прошли мать с сыном. Но не сдались. О детском доме никто не думал. Вдвоем, плечо к плечу, росли, мужали, крепли и закалялись духом. Мать- справедливая и прямолинейная женщина. Сын- характерный, своевольный, резкий, но до безумства уважающий мать. С малолетства привыкший тащить весь дом на себе, мать вечно на работе, носивший воду из колодца, собиравший замерзший картофель с поля, воровавший елки в лесу для продажи, ходивший пешком несколько километров в один конец за керосином, вечно голодный и в делах. Такое детство было у моего мужа. И таким был он сам. Маленький большой хозяин.
Учиться, конечно, мужу было некогда. Да и зачем? По дому полно работы и маму нужно накормить, ведь она с ночной смены. Мать, кстати, не раз в школу вызывали. Прогулы сына, сплошные двойки, и к тому же, неслыханное дело, отказался вступать в пионеры. Вот так, вышел из строя и честно сказал, в пионеры не пойду. Уже тогда, будучи, по сути, еще ребенком, увидел в пионерстве бесперспективность и бессмысленность. Удивительная детская прозорливость.
Став подростком, муж осознанно и с намечающейся выгодой решает идти учиться на мясника. Желание, с детства не дававшее мужу покоя, буквально пронзившее его насквозь, проросшее и пустившее корни на всю жизнь- наесться, вдоволь, досыта, от пуза, наконец- то должно вот- вот исполниться. Он будет мясником и решено. Наестся сам и накормит маму. Вкусно накормит, отборным мясом, вырубленным собственными умелыми и любящими руками.
И вот он мясник. Закончил училище и получил распределение на мясокомбинат. Вот так удача.
Первые дни на работе были конечно обжорными. Отъедался за все свое голодное детство. Это дозволялось. Специальные короба с бракованным товаром стояли в отведенном месте и оттуда можно было брать и кушать. Отдельные цеха со спецзаказами для правительства были вообще вожделенным и лакомым местом, где все готовилось натуральнее, вкуснее и свежее. Муж теперешнюю продукцию вообще не кушает, не может, говорит, что ее нельзя кушать. Все вспоминает какая вкуснятина была раньше, особенно снятая горячей с решетки, где запекались все карбонаты, шейки и прочие прелести мясокомбината.
Да, отдельно следует упомянуть о гематогене. Это сейчас такие батончики чего- то сладко- коричневого, слепленного в форму прямоугольника. А раньше гематоген готовился самый настоящий. У подвешенных бычьих туш вскрывались артерии и кровь стекала в подготовленные фляги, которые впоследствии обрабатывались, закупоривались в бутылочки и отправлялись в продажу.
На проходной при выходе из мясокомбината стояли охранники. Муж рассказывал, что они умудрялись и тут бизнес свой устроить. Один из молодых ребят пробегал мимо проходной, отвлекая на себя внимание охранника, а остальные ребята, пока охрана догоняла убегающего, спокойно выносили по 2-3 батона колбаски и продавали их тут же, около мясокомбината, их уже поджидали знающие и тоже голодные люди, готовые заплатить чуть больше, чем в магазине, но зато покушать свежей мясной продукции.
И так каждый день. Перепробовав все мясные деликатесы, запивая натуральным гематогеном, ребята ехали домой в троллейбусе, боясь прислониться ненароком к женщине, потому как от такого питания ширинка едва застегивалась, простите за физиологически подробности, но это правда.
- Мамуль, тебе подарок, а тут вкусненького всего много, пригласи подруг, вот бутылочка водочки, посидите, покушайте, попойте песни, как ты любишь, мамуль,- радостно и щедро сказал сын и уехал на новенькой машине. Любящий сын...
Если вам понравилась статья, поставьте класс, пожалуйста.
Жду вас к себе в подписчики.
До новых встреч!