"Какие странные вещи случаются сегодня! – сказала она. – А ещё вчера всё шло как обычно. А может, это я сама вдруг стала какая-то не такая?Мне кажется, утром я была немножко другая. Кто же я теперь? Вот в чём загадка"
"Алиса в стране чудес", Льюис Кэролл, английский писатель, поэт, математик и человек, который видел хорошее во всем.
В серо-черной толпе её пальто было ярким желтым пятном. Марта напоминала испуганную канарейку. Она неслась по улице чуть ли не бегом, словно опаздывала на судьбоносную встречу, но на самом деле даже не знала, куда идет.
Такие прогулки галопом Марта совершала, когда ей не давала покоя какая-нибудь мысль или идея.
Улица, случайные прохожие, рекламные щиты, обрывки чужих разговоров, которые она слышала, проходя мимо людей, - все это помогало развеяться. Марте нравилось так бродить. Она была не из тех, кого напрягают люди вокруг. Наоборот, ей хотелось как можно больше цеплять из толпы интересных персонажей, запоминать их мимику и жесты. Придумывать им истории, а после делать удивительные для самой себя выводы. Марта сама не понимала, каким образом находила своих героев. Не было ни типажей, ни ориентиров. Они просто появлялись и оставляли в ее памяти след, сами того не зная.
В одном из парков прошлый летом она увидела девушку. Незнакомка сидела на скамейке под развесистым тополем. Лучи июньского солнца, проскальзывавшие между дрожащими от ветра листьями, устраивали танцы в ее светлых волосах, едва касавшихся плеч.
Тень вела свою игру на лице героини - плавно перемещалась с носа на щеки, обнажала или скрывала от солнечного света то левый, то правый глаз.
Все эти мелочи заворожили Марту. Случайно. Внезапно. И она решила продолжить наблюдение за тем, как природа ласкает молодую женщину в центре парка. Марта села на лавку с противоположной стороны от новой героини. Их разделяла широкая клумба, которая длинными пунктирными линиями пронзала аллею "анютиными глазками", пахучими гиацинтами и неприхотливыми бархатцами. Еще полметра дистанции прибавляла небольшая пешеходная дорожка. Вероятность, что слежку разоблачат, была крайне мала.
Марта уселась и достала яблоко. Надкусив сочный плод, она впилась взглядом в "новенькую".
Девушка поймала прядки у лица и плавным движением ото лба к затылку откинула их назад, проведя по волосам пальцами, словно гребнем. Ветер тут же вернул все на место. Сначала она пыталась с ним спорить, но после сдалась и лишь время от времени смахивала волосы с глаз.
После, положив левую ногу на правое колено, незнакомка ненадолго повернула голову в сторону. Марта заметила горбинку на носу. Ей даже захотелось погладить эту небольшую неровность. Графичности профилю добавляли четкая линия челюсти и аккуратные скулы.
Частично "разобрав" на составляющие лицо девушки, Марта начала, словно под лупой, рассматривать мелочи в поведении. Ее героиня была явно чем-то огорчена - руки сжаты в замок, пальцы отстукивают хаотичный ритм. Иногда она хмурилась и медленно выдыхала воздух, задрав голову к небу. Марте нравилось, как это выглядит со стороны. Было в этом что-то волевое.
Спустя пару минут, незнакомка расцепила руки и уткнулась лицом в ладони. В этот момент Марта им - ладоням - немного позавидовала. Они могли сколько угодно и когда угодно прикасаться к красивому носу, к ровной, слегка розоватой коже и в меру пухлым губам.
Когда девушка подняла голову, Марта увидела, как по щекам, раскрасневшимся от сиюминутного пребывания в душном плену ладоней, катились слезы. Нет, они не лились градом, скорее, наоборот. Было ощущение, что она их вымолила всеми этими постукиваниями пальцами, вздохами и взглядами, устремленным вверх.
Марта вспомнила, что некоторые древние племена и те, что до сих пор существуют где-то, где цивилизация еще не убила веру в чудо, проводят ритуальные танцы и взирают в небо, прося богов, например, о небольшом дожде в засуху.
Способность плакать у девушки была заметно атрофирована, а потребность явно имелась. В таких случаях люди либо силой выдавливают из себя слезы, либо всухую воют дурным голосом, как раненные звери.
Марта готова была поспорить на что угодно, что за той парой скупых слезинок "грянет гром".
И, действительно, через каких-то пару минут острые плечи девушки начали вздрагивать от всхлипываний. Она опустила голову и беззвучно ревела.
Марту это обрадовало. Во многом в жизни она сомневалась, но точно знала, что нравоучения о том, что сильные не плачут или, что слезы - проявления слабости - полная чушь. Правда, до этого момента внятно аргументировать свою позицию она не могла. Но глядя на эту девушку, Марта пришла к выводу, что подавляя способность выплакаться, человек уменьшает себя.
В слезах нет ничего постыдного хотя бы потому, что это всего лишь одна из возможностей быть таким, каким ты можешь.
Догрызая яблоко, Марта вполне довольная своим умозаключением, ухмыльнулась и пульнула огрызок в мусорный бак, стоявший на расстоянии двух шагов от нее.
Попала.