Изучая общественное мнение россиян, социологи из «Левада-центра» обнаружили усилившееся сожаление о распаде Советского Союза. Доля тех, кто сожалеет об этой «крупнейшей геополитической катастрофе века» (с), достигла рекордных за последнее десятилетие 66%. Соотечественники жалуются на распад единой экономической системы (52%), потерю чувства принадлежности к великой державе (36%), рост взаимного недоверия и ожесточенности (31%), и разрушение связи с родственниками, друзьями (24%).
Смотря на эти показатели, надо понимать, что они демонстрируют не реальные воспоминания о бонусах жизни в СССР (где хватало своих недостатков – от продуктового до информационного дефицита), а глубинные проблемы постсоветского общества – провал проекта ЕАЭС (без Украины, Грузии и Азербайджана), санкции и ресурсная экономика, углубление социального неравенства, конфликт с родственной Украиной (которую при всей своей симпатичности не заменит Белоруссия) и т.д.
При этом интересна констатация межпоколенческих различий: молодые люди менее склонны рефлексировать над трагедией распада СССР, чем население 55+, прямо ответственное за свой выбор. Однако, указывая на эти важные идеологические разломы, социологи «Левада-центра» выносят за скобки вопросы политической идентичности: в какой степени эта ностальгия ассоциируется с политическим предложением от КПРФ, «Единой России» или не соотносится с ними вообще (то есть требует формулировки, оставляя незаполненную нишу для других игроков)? Было ли протестное голосование в регионах частью этой ирреденты, или мы имели дело с недовольством актуальными проблемами (повышение цен, пенсионная реформа, регионализм)? И главный вопрос, который должен обрастать конкретикой: какой государственной политики ожидают все эти люди?