Маша мечтала о собаке с тех самых пор, как ее Денис ушел к той длинной шлюхе с лицом карпа. Вообще-то карполицая сама себя называла моделью и блогером, но Маша не видела между этими понятиями разницы. У той было несколько десятков тысяч подписчиков, фотки в нижнем белье и маленькая собачка. Они с Денисом работали в одном офисном здании, кажется, модель-шлюха состояла при бухгалтерии какой-то ИТ компании. Маше это рассказали "подруги".
"Да какая она модель, снялась в рекламе шуб, которая висит в лифтах, и все!! Ноги кривые, сиськи накачаны, и рост всего то 170 с чем то!.."
Но больше всего ее бесила маленькая собачка, сопровождавшая ту почти на каждом посте в инсте. Собачка была с кривым языком, который вечно висел набок изо рта, делая выражение морды псины совсем уж тупой.
"Почти как у хозяйки!" - злорадно думала Маша.
Раздражение переросло в зависть, зависть - в навязчивую идею. Маша стала мечтать о собачке.
Воспаленные мозги брошенной женщины - благодатная почва для иллюзий.
Иллюзии влезли в жизнь, началась "классика": винишко с подружкой по три бутылки на двоих в понедельник после работы, гадания на картах таро, бесконечные сообщения Денису во все соцсети, пьяные звонки ночью из клуба, установка Тиндера, пара случайных свиданий, после которых на утро было стыдно, и мечта купить собачку. Ей казалось, что будь у нее собачка, Денис бы не бросил ее. "А может даже и вернулся бы!" Воспаленные мозги пылали.
На начало осени Маша купила себе той терьера, такую же маленькую, суетливую, вечно мерзнущую собачонку, как у Той.
Назвала Лапой.
Лапу она полюбила. Вся ее женская любовь, надкушенная, но не съеденная Денисом, вылилась на Лапку.
Приближался новый год. Дениса начала забывать, нового парня не нашла, нежила и тискала мерзнущую Лапочку, Лапа стала ее лучшей подругой.
Поехала к второй лучшей подруге на кальян и винишко.
Лапку она посадила на переднее сиденье, пристегивать не стала. Собачка обычно ездила спокойно, иногда перебиралась на заднее сиденье и копошилась там.
За рулем Маша глянула в телефон, писал Денис, отвечала, смотря на дорогу и мимолетно в телефон. Впрочем, быстро баланс поменялся: много смотрела в телефон, а на дорогу бросала мимолетные взгляды.
- Привет, Маш, с настцпающим! Как дела, встретимся?
- Ахахах! что шлюха тебе больше не дает?
- я хотел подарок подарить :*)
- нафига!
- и есть важные новости
- какие, ты залетел? бывшим обычно поэтому пишут через 3 месяца.
- серьезно, подъезжай к моему офис
Маша бессознательно ехала уже по району около офиса Дениса.
"Судьба сама ведет меня к нему!" - глупо подумалось ей.
"Какие еще важные новости...", но глаза и руки уже не могли оторваться от телефона, набирала одной рукой, второй рулила, поглядывая на дорогу.
- Ладно могу ненадолго пересечься напротив твоего офиса в уофейне...
Блин! Стерла последнее слово, не хотелось портить красоту момента.
Но слово "кофейне" все не хотело получаться, превращалось то в кофейные, то в кофейге, она стирала последние буквы, но опять не попадала, еще раз...
Есть! Отправить!
Маша поднимает глаза на дорогу... Черт!
Откуда на дороге люди, белые полосы на асфальте, никого же не было только что впереди!
Все вокруг замедляется как фильмах, растягивается во времени и пространстве : красный фонарь светофора горит уже вечность, на переходе замедляет ход Она, шлюха-модель, растянув рыбий рот и распахнув глаза, собачка, сидящая у нее на руках, прячет кривой язык в рот (ага, может-таки!), облака затормозили и поплыли медленно, никуда не спеша, визг клаксона проезжающей мимо тачки растягивается в низкое ууууу, машино время тоже тянется, тянется ту вечность, пока горит красный сигнал светофора.
Маша тянется ногой к педали тормоза, нажимает педаль, но она не дается.
В уши врезается тонкий визг.
Маша сильнее давит на тормоз, он не поддается, пружинит, скрипит, пищит...
"Лапа! Это кричит Лапа!"
Визг собачки все выше и жальче!
"Я же давлю на нее, Лапка под педалью!" - мелькает в Маше.
А лицо шлюхи приближается быстро, рывками, как в суперзуме инстастори. Не хватает зловещей музыки.
Машина упрямо катит на переход, на шлюху и тупую собачку шлюхи, Маша давит на педаль, она упирается в мягкое, упругое. Лапа воет.
"Надо надавить сильнее!"
"Но Лапочка, она такая маленькая, я ж сломаю ее, убью!"
"Но иначе..."
Она представляет, как шлюха смачно ударяется о капот, трескаются лобовуха и лоб, через секунду сзади глухой удар...
Лапа воет глуше.
"Нет, я не могу!.." Маша приотпускает педаль.
Рот шлюхи заслоняет почти весь экран лобовухи.
И вдруг вспомнился Денис, ее любовь, его любовь, измена, горечь, боль...
Все пролетело за мгновение.
"Стоп! Нет, что за бред! Что это я?! Человек же..."
Маша со всей силы вдавила педаль в пол, внизу хрустнуло, Лапа заглохла, и сразу время ускорилось, понеслось быстрее прежнего, быстрее, чем когда-либо ощущала Маша.
Машина начала резко тормозить, Машу дернуло вперед, ремень сдавил грудь, она ударилась носом о руль и в голове сразу стало ясно и спокойно: "Все правильно, Лапа, прости меня!"
Не хватило какого-то мгновения. Все произошло, как Маша и представляла секунду назад - смачный удар тела о капот, арбузный звонкий треск, красная паутинка на стекле, глухой звук сзади машины.
Машина машина остановилась через пару метров после перехода.
Время затормозило обратно. И там осталось, плестись медленнее времени людей. Его бег уже никогда не будет прежним, ни для Маши, ни для шлюхи, ни для кого, кто проходил мимо этого перехода.
Маша сидела, глубоко, и быстро дышала. Одеревеневшая нога соскользнула с педали и вляпалась во что-то липкое и теплое.
Маша начала кричать и биться, пытаясь вырваться из машины. Хотя дверь была открыта, она почему-то не могла выйти, вставала с кресла, хватаясь за косяки двери, рвалась, но что-то ее кидало назад в кресло, к этой паутинке на стекле и молчаливой слизи под ногами.
Подбежал кто-то, отстегнул ремень безопасности, Маша вылетела из машины, пробежала куда-то, крик перешел в всхлип, и опустила глаза.
Она стояла перед переходом, за которым валялась груда тряпья с головой, беззвучно отрывающей и закрывающей рот.
"Совсем как рыба на берегу" - подумалось Маше. Вокруг этой рыбей головы расплывались красные остатки моря, из которого ее так невежливо вытащили.
"Задохнется же" - подумала Маша.
Рыба и вправду немного еще беззвучно подергала губами и перестала.
Вокруг рыбы бегала собачонка, не лаяла, а быстро лизала кривым языком красную жидкость, асфальт, лицо рыбы, и вся тряслась.
Маша взяла собачку на руки:
- Мерзнешь, Лапа?
Обняла и пошла в кофейню.