При наступлении в Волоколамском направлении, наша телефонная станция размещалась в деревне Возмище, недалеко от Волоколамска. А авторота нашего полка стояла на льнозаводе за Волоколамском. По городу линия связи была постоянная, на столбах, а на станцию и автороту, связь шла кабельная.
Во время моего дежурства на станции, не стала работать линия автороты. Дежурный по станции послал нас двоих, линейных надсмотрщиков, на исправление этой линии связи. Вторым номером со мной был солдат — еврей Зилинович. Не привыкший к труду, был какой-то вялый и нерасторопный. Дошли мы по кабельной линии до постоянки, включили телефон, станция отвечает, а авторота нет. Значит порыв и повреждение где-то на постоянке или от неё до автороты.
Мы заприметили провод, к которому прикручен наш кабель и пошли по городу, не спуская глаз с этого провода. Но когда дошли до середины города, проводов стало там больше и мы свой провод потеряли. Стоим, думаем, что делать теперь, идти обратно, или до конца города к кабелю линии автороты, где он соединен с постоянкой. Сочли правильным идти туда, и пошли.
Подходим к краю города, видим, что два солдата работают у крайнего столба постоянки. Один сидит на столбе, а другой у телефона на земле. Мы быстро сообразили, что эти солдаты телефонисты автороты. Сами же задержались долго, а линия связи нужна, как воздух, так как идут боевые операции, и начальство автороты послало своих телефонистов.
Подошли мы, напротив, к домику, остановились и решили покурить. Посматриваем на них и слышим, что они ведут разговор с авторотой, значит, исправили повреждение, которое было на этом столбе. Солдаты закончили свою работу видят, что мы курим, подходят к нам, поздоровались и попросили покурить. Я очень был рад, что они нам помогли. Табак у меня был, дал им обоим закурить и спросил:
— Какую линию исправляли?
— Мы с автороты, исправляли свою линию. Вот на том столбе разъединился кабель, не было контакта, мы быстро исправили и линия начала работать. А вы куда пришли? — спрашивают они нас. Я ответил:
— Идем в свою часть, устали решили отдохнуть и покурить.
А связисты автороты говорят:
— Нам не охота было идти, но со станции послали каких-то разгильдяев, а их до сего времени нет. Начальство наше ждали, ждали, вот нас и послали. А они подлецы где-нибудь заблудились в городе не иначе.
Стоим мы с Зилиновичем, как ошпаренные и не знаем, что и говорить. Я все-таки набрался духу и говорю:
— Вполне возможно, что заблудились, всякое у вас связистов бывает. Хорошо, что вам так скоро удалось найти повреждение и исправить линию. Дал я им еще табаку мы распрощались, и они пошли в свою автороту. Мы подождали, когда они подальше отойдут, а потом я забрался на столб, присоединил провод телефона, вызвал станцию и доложил о проделанной работе. Дежурный по станции поблагодарил нас за то, что линия работает хорошо, и мы пошли в обратный путь. Идем, а Зилинович и говорит мне:
— Вот придем мы на станцию, ты будешь докладывать дежурному, что задание мы выполнили. А всё за нас сделали солдаты, мы только табаком от них отделались. Докладывай один я не пойду с тобой, могу не удержаться.
Я согласился с ним, доложил один, дежурный остался доволен нами, линия работает хорошо. Хотя, некрасиво выходит сознаваться в своем бессилии, но поскольку это было, греха таить нечего.