Об Америке
Образцом стало богатство Америки. Все другие нации завидуют американцам. От моих соотечественников я часто слышу, что нам надо достичь американского уровня процветания, но избежать применения американских методов его достижения. Я осмелюсь предположить, что такая попытка, даже если бы она состоялась, была бы обречена на неудачу. Мы не можем в одно и то же время оставаться мудрыми, умеренными и яростными.
Махатма Ганди, индийский политический деятель, зафиксировал в этих словах странную тенденцию, которая жива и ныне: США стали примером для каждого, кто был никем и жаждет стать всем. Пройдёт несколько лет, и Америку накроет Великая депрессия, но она имиджу американской культуры не навредит нисколько.
Сегодня подражание американцам отчётливо прослеживается во всех слоях общества: мы зачем-то боремся с США за мировое влияние, у президента в кризис - новый лимузин не хуже трамповского (ради интереса можно погуглить, на чём передвигаются главы, например, Франции, а президент Чехии и вовсе ездит на самой обычной серийной "Шкоде", подаренной самим автопроизводителем), а наши сограждане устраивают очереди за новыми iPhone, грезят быстрыми и лёгкими заработками и влезают в кредиты, чтобы поддерживать иллюзию западного уровня жизни. Не теряет актуальности и анекдот времён Хрущёва о том, что нельзя нам Америку обгонять - голую задницу станет видно.
О реформах
«Наследники общества, которое слишком много вложило в империю; люди, окруженные обветшалыми остатками тающего наследства, они не могли заставить себя в момент кризиса отказаться от воспоминаний о прошлом и изменить свой устарелый образ жизни. Пока лицо Европы менялось быстрее, чем когда-либо прежде, у страны, которая была когда-то ведущей европейской державой, не достало самого нужного качества – готовности к переменам».
Впервые эти слова появились в книге Джорджа Эллиота «Имперская Испания», затем публицист Энтони Сэмпсон взял их в качестве эпиграфа к своему труду «Новая анатомия Британии».
Что ни говори, а неприятие перемен либерального толка и ностальгия по былому величию почившей ныне империи свойственны и российским элитам: длинный список примеров достаточно начать с дискуссий вокруг тела Ленина и серпом да молотом, которые украшают здание Госдумы, продолжить неслучившейся приватизацией госкомпаний и непризнанием проблем в государственной медицине, а конца у этой истории пока нет. Из крайнего - осенний рост цен на топливо, причиной которого является закоренелая привычка решать проблемы на "ручниках": симптоматически, по факту и временными мерами.
Конечно, прошлое не может отпустить мгновенно, но всё же есть достойные примеры того, как либеральные ценности подружили с социалистическими без символов, идеологий и серьёзных потрясений - Скандинавия, например (к слову, в нефтедобывающей Норвегии и "голландской болезни" смогли избежать). Но про нас ли их истории? Ведь, что греха таить - мы, обычные граждане, и сами не прочь порефлексировать на тему "как классно могло бы быть, но коммунизм/коррупция/магнитные бури" вместо того, чтобы что-то поменять в своей жизни. Вон, во Франции тоже дорожает топливо, но там с этим мириться не собираются, хотя и могут себе позволить.
О молодёжной политике
«Теперь всем им хочется правды, все хотят верить, что в будущем они станут осуществлять идеальные начала, что всегда они будут на стороне справедливости и добра... Таково уже общее свойство молодежи, и страна, в которой молодежь утратила бы это чувство, несомненно должна разложиться и погибнуть».
Так высказался историк Владимир Чертков о студенческих бунтах, сотрясших Петербург в 1899 году.
Во все времена именно молодые люди являлись самым активным слоем общества - речь как об энергии, желании созидать, так и о стремлении к высоким идеалам и обострённом чувстве несправедливости. В общем, как говорит Жванецкий - молодые полны галлюцинаций. В СССР работа с молодёжью была сильно развита: точкой приложения их способностей были, например, всесоюзные стройки, освещавшиеся в том числе в массовой культуре (герои многих хороших советских фильмов не забыты и сейчас).
Сейчас со всем этим туго: рабочие профессии не в чести, да и нет особо работы в регионах, школа больше не в авторитете, с семейным воспитанием тоже не всё гладко, да ещё пятая колонна в Интернете. Даже на улицы стали выходить.
Но причина декаданса найдена и обнажена: "государство не просило вас рожать".
О "социалке"
"Все ждут от врачей и учителей чуда, а когда оно происходит, никто не удивляется"
Печально, что эти слова австрийского драматурга Марии фон Эбнер-Эшенбах для нас сегодня заиграли новыми красками: что в образовании, что в медицине далеко не всё гладко.
Чудом для ребёнка могут оказаться родители, которые действительно прилагают усилия и помогают сделать достойного члена общества из тупой болванки человека, а не обвиняют школу в том, что та "не видит в нём личности". В конце концов, школа - это не столько про знания, способности и оценки, сколько про социализацию: умение общаться, следовать правилам, найти своё место.
Чудом для пациента государственного медучреждения за МКАДом может оказаться даже наличие в отделении банального физраствора. И это в эпоху нейрохирургии и чудес фармакологии! Стоит ли говорить, что многие профессионалы, особенно молодые, работать в таких условиях не могут, особенно на голом энтузиазме. В системе остаются либо карьеристы, либо старая гвардия. Насмотревшись федеральных телеканалов, посетители больниц бьются за обещанные им высшими чинами права вместо того, чтобы биться с доктором против болезни и бюрократии всеми возможными средствами.
Как так сложилось, что мы скорее поверим государству, уже на раз "кидавшему", чем друг другу? Почему мы раз за разом забываем, что плывём все в одной лодке?
О церкви
"Я всегда чувствовал, что если религиозная организация имеет больше средств, чем ей необходимо, то она может утратить веру в Бога и уверовать в деньги. Как только у такой организации появляется гарантия финансовой стабильности, так сразу случается духовное банкротство"
Это снова Махатма Ганди. Он был индуистом, но в молодости изучал различные религии, в том числе христианскую, и остался несколько разочарован современной ему интерпретацией древних догм.
Раскол православной церкви, который сегодня происходит между Россией и Украиной, заставляет усомниться в чистоте намерений обеих сторон. Зависимость от политики и борьба за влияние над массами не может иметь ничего общего с христианскими добродетелями.