Закончив последнею игру второй сессии, я увидел, что опустился на десятоеместо, но сил анализировать ситуацию не было никаких. Смутно думалось, что увлёкся я ножевыми атаками, но конкретные причины были не понятны.Хотелось спать. Вялой цепочкой мы спустились на первый этаж, туда где стояли наши кровати и с "радостью" увидели там Петровича и Михалыча.
- Ну что, обучающиеся, стоило только вас отстегать плёткой, как результаты у всех подскочили. У некоторых даже на пятьдесят процентов. Не смотря на усталость,все демонстрировали лучшую реакцию, слаженность действий, тактическую гибкость. Перебарщивали, конечно, с личной инициативой многие, но в целом, повторюсь, все играли лучше, чем в прошлом месяце. И что же получается, орлы? - спросил он и уставился на нас. - Что мы были правы! Расслабились вы за лето, с трудом пришли в форму, а едва начав показывать достойный результат, опять упали вниз. Значит и дальше будем вас гонять! - после этих слов он подошёл к одной из кроватей. - Вот этонужно сейчас будет разъединитьи превратить из двухъярусных, в две одноярусных. А потом, как в столовой, расставить на отдалении друг от друга. На те же два метра. Правда,кому-то придётся спать прямо на входе, но ничего - это не на долго. Вы быстро сократитесь! На всё про всё даю вам сорок минут!
- Так точно! - ответил усталый хор. Мне показалось, или я услышал в нём нотки недовольства?
Мы принялись разбирать, а потом расставлять кровати. Казалось это всё очень лёгким, но выяснилось, что тут лишняя минутка, там лишнее движение, а отвёртки было всего три на всех нас, и вот: осталось пять минут, а у нас ещё две штуки не разобрано. Тут уже мы подбежали всё гурьбой и чуть ли не разорвали кровати пополам. Буквально за минуту до конца мы выстроили вдоль коридора в алфавитном порядке. Зашли Петрович и Михалыч.
- Что, еле успели, ленивцы? Да, это вам не гулебанить в туалете до утра, тут думать надо.
Сказав это он прошёлся между кроватей и осмотрел их.
- Молодцы, что скажешь. Всё ровно стоит. Теперь осталось понять, кто из вас, гениев и талантов, пойдёт сейчас переодеваться и поедет на автобусе домой.
Мы все замерли. В гнетущем молчании казалось, что воздух сейчас сгуститься около рта Петровича и пулей вылетит оттуда с именем выбывшего.
- Вищенко.
Раздался лёгкий шум. Перешёптывание. Все оглядывались и непонимающе смотрели на...
- Вищенко!
... меня!
Чёрт возьми, что происходит?! Почему я?! Я же был в конце вечера десятымиз тридцати шести, как это возможно?Жизнь была сломана в один миг.
- Вищенко, ... мать! Ты оглох?!
- Никак нет!
- А чего стоишь тогда? Собирай вещи и переодевайся! Потом ко мне в кабинет и адьё! Ясно?!
- Но товарищ...
- Отставить! Или охрану вызвать?
Я вспомнил утреннее звуковое ружьё, и решил, что не хочу к расшатанным нервам добавить ещё боль в ушах и тошноту.
- Никак нет!
- Выполнять!
- Слушаюсь!
Я опустошённо побрёл в раздевалку. Шкафчик мой находился прямо по центру, ровно напротив входа в душевую. Я складывал вещи в большую, местами рваную сумку и периодическиостанавливался, осматривая их. Да, униформу нужно было вернуть, так что я сейчас, холодным ноябрьским вечером, переодевался в лёгкие летние вещи. Отлично. Хорошохоть, когда мы возвращались сюда с каникул, то шёл дождь, и я был не в шортах а в джинсах. А-то с голыми ногами мне былосамое то сейчас последний автобус ждать. О, а вот и футболка любимая. С логотипом игры как раз. Я уставился на этот рисунок и чуть было не расплакался.
Всё, к чему я шёл, всё о чём я мечтал, оказалось разбитым. Всёэтооказалось ложью. Как так получилось, что меня выгоняют, не смотря на рейтинг? Это специально, чтобы протащить кого-нибудь? Значит нет никакой честности, нет никакой соревновательности. Кто сказал, что и раньше талантливых стажёров так не выкидывали? Они тащат своих. Этамысль со злостью пронзила меня. Я достал телефон, сунул его в джинсы и уставился на пустой шкафчик. Вот и всё. Мечта о карьере кибер-спортсмена лежала теперь аккуратно свёрнутой униформой возле шкафчика. Я взял её и выбросил в ведро.
После чего поднялся на третий этаж и решительно, без всякого стука вошёл в кабинет Петровича, предварительно врубив диктофон.
- Забыл как стучать? – проворчал он не отрывая взгляда от монитора.
Это был маленький,аскетично устроенный кабинет. Простой стол, на нём монитор, клавиатура и мышь. Даже стены были голыми.
- Как подставили, так всё забыл. – ответил я.
Он метнул на меня злой взгляд и ответил.
- Дерзишь, смелый стал. Следи за разговором…
- А-то что? – перебил я его. – Ещё раз подставите меня? Или охранникам скажите отметелить меня?
- Могу и сказать, щегол. И прежде, чем ты начнёшь выкаблучиваться тут, вспомни лучше, много ли ты историй раньше слышал про то, что происходит в таких интернатах?
- Нет, не особо. – честно ответил я.
- Это потому, идиот, что мы контролируем информацию. Ничего из того, что здесь происходит не выходит за пределы интерната, понял?
Я промолчал. Ведь так и есть. Даже если они меня и вправду подставили, то как я это докажу? И кому поверят: руководству, которое штампует профессионалов или неизвестному парню, который говорит, что его выгнали не справедливо. Я всё же решился спросить:
- Такпочему вы меня подставляете?
- Подставляем? – искренне удивился Петрович. – С чего ты это взял?
- Ну как же, яведьсмотрел на рейтинг прямо после второй сессии. Я был на десятом месте!
- А, это, - откинувшись на спинку стула сказал он, - так, обычный баг. Мы пересчитали всё. Оказалось что ты стал последним сегодня.
- Даже с учётом утренней пробежки? Я же был в середине!
- Да, представляешь, ты так плохо играл в конце, что опустился на самое дно.
Меня вдруг осенила догадка.
- Но парень-то, как его, Рыков, который рядом со мной играл, он же прибежал после меня!
- А играл лучше, в чём проблема?! – уже начиная закипать спросил Петрович.
- Да мы в одной команде были! – выпалил я. – Почему тогда вы меня убираете?!
- Потому что так надо! - сорвался Петрович. - У тебя нет перспектив! Ты обычный, за тобой не пойдут спонсоры! Обычная внешность, обычная семья, обычная биография. Ничего особенного у тебя нет, понял? Доволен? – сказал он подходя ко мне.
- Но я же хорошоиграю!
- Десятка – это твой потолок! Через год сольёшься в первую лигу и будешь там бултыхаться!
- Ну так и что! Это же лучше, чем выбросить меня на улицу! У меня сейчас рейтинга не хватит даже на третью. А если пойдё вчетвёртую, то не выберусь оттуда никогда.
- Оно и лучше! – сказал он, уже практически вплотную подходя ко мне. – Лучше сразу найти себе нормальное занятие и не трать время на игры. У тебя полно времени устроиться, а начнёшь играть – так и будешь всю жизнь в болоте бултыхаться. Так что скажи спасибо. Мы тебе одолжение делаем.
- Спасибо, блин! Выкинули меня без рейтинга на улицу – одолжение! Будущего лишили – одолжение. Вот уж не знаю, чему радоваться!
- Идиот, кто тебе сказал, что мы тебя выкидываем?
- Не понял? – удивился я.
- А надо бы думалку включать, прежде чем орать как резаный! Правды ему захотелось. Нет правды! Она у тех, у кого деньги. Не нравиться – извини, другого мира у меня для тебя нет сейчас. А есть возможность устроится. Видишь, сидел искал варианты, хотя оно мне надо? Ваше отстранение на наше усмотрение. Мы даже объяснять ничего не должны.
- Супер, блин. – сказал я, уставившись в пол. И чего он мне сейчас предложит?
- Ну кукся как младенец. Так жизнь устроена, что кто платит, тот музыку и заказывает. Значит есть два варианта. Завтра можешь сделать тестовые задания, потом обмозгуешь и сам уже примешь решения. Первый – это иди тестировщиком, а второй- спарринг партнёры.
Чёрт, выбор мягко говоря не очень. Или тестировать недоделанное, ломающееся каждую секунду ...овно, или становиться грушей для битья у какого-нибудь топа. Но всяко лучше, чем ковыряться в четвёртой лиге.
- Хорошо. – буркнул я. – Разрешите идти?
- Иди. На проходной такси будет стоять, довезёт до дома. – как-то отрешённо сказал Петрович. Потом вроде собирался сказать что-то ещё, но передумал и махнул рукой.
Идя по территории интернета, я задумался о своём будущем. Что же это получается: с самого раннего детства я вкладывался в игру. Не просто играл ради удовольствия, а пыталсяв ней развиваться. Другим заняться было нечем:на секции у родителей денег не было, в школе никаких занятий дополнительных тоже не предусматривалось. А глядя по сторонам я видел, что если буду зарабатывать столько, сколько окружающие меня люди, то закончу свою жизнь в какой-нибудь коробке два на два, умеревот сердечного приступа в ночи. Как наш сосед, дядя Игорь.
То ли от алкоголя, то ли работая из года в год по триста часов в месяц, просто взял однажды и не проснулся. И не было у него ни жены, ни детей, ни собачки даже какой-нибудь. Только попугайчик бился об клетку, когда его обнаружили. Да так сильно, что сам в конце концов кончился. Вот и увидел я, нечаянно посмотревв открытую дверь его квартиры, как сидит дядя Игорь в кресле с закрытыми глазами, а вокруг него пух и перья летают. И понял тогда, что не хочу так закончить. Не хочу, чтоб родители так закончили. А в нашем мире, мире реальных людей, а не нарисованных персонажей, было очень мало возможностей подняться стогодна, где мы обитали. Я даже не задумывался о таких вещах, как армия, полиция, или, преступность. Видел,как живут обычные ребята, что занимаются там делами. Не особо-то и лучше нас, а вот шанс экстренно прервать свою жизнь велик. Да и жили он в постоянном напряжение. Вот и выходило, что дальше путь наверх был связан с тем, чтобы хоть как-то прославиться. И подумалось тогда мне, совсем ещё маленькому мальчику, что это можно сделать через компьютерную игру. Известные кибер-спортсмены зарабатывают многоболее обычных людей. Ястал не просто играть, я стал вкалывать. Как же радовался тогда, что мне пришло приглашению сюда, хоть и странноватое немного, как мечтал ночью, не в силах заснуть от волнения. И что же…
Словно под дых меня сегодня ударили. Нет, то что путь к известности лежит через адские тренировки и военный режим – это мы все готовы были принять. Но то, что нас так нагло будут подставлять, что всё наше обучение в конце превратиться в пшик - мало кто готов был услышать.
Когда я пришёл к этой мысли, то обнаружил, что стою у выхода из здания. До проходной отсюда меньше километра. Я стоял и думал. Может сказать ребятам? А что они сделают? Что изменят? Буду искать крысу среди нас? Так мы все и так прекрасно знаем, у кого водятся деньги. Устроить бунт? Какой? Нас же всех выкинут от сюда и закроют рты. Да и никто за меня что-то не заступился, хотя все видели, что это всё несправедливо. Но что же тогда, нужно простой уйти и ничего не сделать? Даже не сказав им?
В задумчивости я медленно брёл к проходной. Вот ведь и спросить не у кого. Родители, постоянно занятые работой, как-то и не дали мне особых советов на такой случай, бабушка вот… Вот бабушка дала как раз. Я остановился. Бабушка-то бы сказала, что даже если и ты сам не можешь изменить ситуацию, то расскажи другим, может вместе решите. Да и не решите даже, то хоть банально не промолчишь, как крыса. Уже подходя к проходной, я отправил файл тем парням, чьи контакты знал. Прочтут-не прочтут, это уж я не знал.
Словно сделав что-то опасное, я мигом выбежал с территории, прыгнул в такси и мы поехали домой. По началу я даже начал собой гордиться. Вон, мол, какой я молодец. Но уже около дома подумал, что этот вот мой «пук» получился максимально дурацким. Такой вот «мамкин протестун». Ничего не сделал толкового, а навонял будто мир перевернул. Уже поднимаясь по лестнице на этаж, так как лифт который год не работал, я понял, что не хочу, не могу ограничиваться такими вот бездумными действиями. Намведь ломают жизни, а в ответ мы нажимаем звонок, хихикаем и убегаем. На этих мысляхподошёл к такой родной и знакомой двери. Она как всегда не была закрыта. Я приоткрыл её, чтобы тихо пройти и сделать всемсюрприз, как услышал тихие голоса из кухни. Я прислушался:
- Опять урезали ставку. – грустно сказала мама. – Третий раз за год уже.
Отец недовольно хмыкнул. Бабушка спросила:
- Надо же, а в новостях передают, как выручка у них растёт постоянною
Папа саркастически усмехнулся. Мама ответила:
- Так потому у НИХ и растут выручки, что у НАС ставки сокращаются.
Батя одобрительно крякнул. Бабушка поинтересовалась:
- Так и что же мы с интернатом делать будем? Ещё ведь полгода им заниматься там, где деньги на обучение взять?
Я оцепенел. Вот он, «выигрыш». Это что же получается. Уже полтора года они платят деньги за моё обучения, а я и не в курсе? Хотя что это, конечно меня посещали мысли о странности «конкурса», думалось, что не бывает у нас уже ничего бесплатного. Но эйфория затуманила разум, а попав туда я настолько сильно погрузился в монотонность процесса, что ни о чём другом и не думал. Даже и на летних каникулах только и делал, что спал. А они ничего не сказали.
- Спокойно. – прохрипел отец. Какой-то странный у него был голос, болезненный. – С моих денег перечислим!
- Но ведь операция… - начала было мама.
- Подождёт! – сдавленно гаркнул он и я даже услышал удар кулаком по столу. – У парня всё получается, пусть развивается, пусть из болота вырвется! А мы потерпим.
Словно разорванный этими словами, я стремительно побежал в низ. Слёзы лились рекой. Они буквально жертвуют свои здоровьем, чтобы я мог учиться. А эти свиньи меня выгнали. Нужно срочно устраиваться на работу.
Выбежав из подъезда я наткнулся на каких-то бугаев, что заходили в него. Опять коллекторы будут вытрясать из кого-то долги. А чтобы не повторить судьбу их клиентов, чтобы моя семья не скатилась на дно, я засунул своё эго в одно место и поехал в компьютерный клуб, чтобы прямо сейчас пройти тестовое задание.
Осталось только придумать историю для родни, чтоб он не платили дальше. Но с этим я как-нибудь справлюсь. Главное - разорвать цепь порабощения.