В камеру к матерым уголовникам приводят старичка. Старичок дряблый совсем, лицо доброе, улыбается даже. Сидельцы обступили новенького, расспрашивают, мол за что тебя, божий одуванчик к нам? Дед отвечает - приколист я. Те еще больше удивляются, как так, что это и т.д. Дет соглашается продемонстрировать свое умение. Идет к параше, макает туда веник и к двери. Стучит. Открывается окошко, через
В камеру к матерым уголовникам приводят старичка. Старичок дряблый совсем, лицо доброе, улыбается даже. Сидельцы обступили новенького, расспрашивают, мол за что тебя, божий одуванчик к нам? Дед отвечает - приколист я. Те еще больше удивляются, как так, что это и т.д. Дет соглашается продемонстрировать свое умение. Идет к параше, макает туда веник и к двери. Стучит. Открывается окошко, через которое еду подают. В окне сердитое лицо капитана виднеется. А дед возьми и веник туда с дерьмом, прямо в лицо капитану.
Через 30 секунда дверь камеры распахивается и врываются полицейские с дубинками во главе с капитаном. Мощной рукой капитан отодвигает деда в сторону:
- А ну ка дедуля в сторону, а то заденем ненароком!
