Ещё каких-то 10 лет назад здесь проходил путь от метро «Савёловская» до завода с романтичным названием «Борец», где работал наш с Катей и Пряником дипломный руководитель по фамилии Шульга, со своей вечной присказкой «Вот так-от вот», которому мы носили на подпись последние перед сдачей чертежи с принципиальными электрическими схемами. Сегодня от завода осталось одно название на единственном дореволюционном доме, который сохранят посреди новостроек. Не осталось и этого пути от метро, у железнодорожных путей он закрыт для прохода рваным стальным листом. Остался крытый закуток с забегаловками, парикмахерскими и магазинчиками друг напротив друга, и, став глухим, он окончательно превратился в уголок своеобразного уюта для всех работников близлежащего Савеловского рынка и прочих полузабытых территорий вокруг. Тут и там в окнах торчат шапки на манекенах телесного цвета без рук. В кафе «Уют» нет свободных мест, внутри довольные люди поедают лагман. В парикмахерской напротив довольный клиент надевает на свежевыбритую машинкой голову плоский ярко-синий козырёк бейсболки с клеткой гоночного флага, купленный в соседнем ларьке. По всем правилам надуманной столичной ксенофобии мне должно было стать неуютно в этом эпицентре диаспоры, да и в наушниках играла не самая умиротворяющая группа Salem десятилетней давности. Но как ни странно, ощущения были прямо противоположными. Поняв, что в тупике, я спросил у двух бородачей, кивая в сторону профнастила: «К метро не пройти там, да?» Один из них тепло посмотрел на меня взглядом бывалого пригородного зайца и сказал: «Нет, брат, там только через дырку в заборе если перелезать». Его добродушие передалось мне, я повернул назад и по пути снова осмотрел этот тайный для таких, как я, закуток, и понял, что вот она — воплощённая концепция «третьего места», которая существовала здесь задолго до любого антикафе и вне всякой связи с модными изданиями. После трудового дня на рынке сюда приятно прийти, обменяться новостями, поесть домашней еды, привести себя в порядок, отдохнуть, не встречая осуждения, и в составе небольшой группки с неизменными пакетами в руках направиться к своей дальней платформе — скрытый от чужих глаз уголок дома вдали от родины.