«Отправляю вам что поприличнее». Примерно такими словами Василий Поленов сопроводил свой «Московский дворик», когда посылал его на выставку передвижников.
Москва — большая деревня. Вот и весь сюжет. На полотне изображен вид из окна дома, где жил Поленов.
«Я ходил искать квартиру. Увидал записку, зашел посмотреть, и прямо из окна мне представился этот вид. Я тут же сел и написал его». Раз-два и готово. А тут как раз выставка передвижников подоспела. «К сожалению, я не имел времени сделать более значительной вещи, а мне хотелось выступить на передвижной выставке с чем-нибудь порядочным».
В итоге его порядочную картинку полюбили все, а Третьяков купил.
После «Московского дворика» Поленова окрестили мастером интимного пейзажа. Здесь слово «интимный» предстает в своем истинном значении, то есть «глубоко личный, задушевный, сокровенный».
Сам Василий Дмитриевич, считая себя историческим живописцем, не шибко ценил картину. Но в среде передвижников она была новаторской, как вдох-выдох.
Поленов родился в Петербурге и был абсолютно городским человеком. Но писал сердцем — о природе.
Сегодня зритель помнит Поленова в основном как автора элегических сюжетов с тургеневским настроением. Действительно, у кого не защемит сердце при виде «Разлива на Оке» или «Золотой осени»?!
А между тем, художник писал и на религиозные, и на военные, и на античные темы. Например, во время русско-турецкой войны он состоял официальным художником при главной квартире наследника-цесаревича — будущего императора Александра III.
Впоследствии Поленов как заслуженный мастер делал, что хотел. Практически полная свободна творчества. Хочешь — по твоим эскизам дом построят. Хочешь — оперу твою поставят. Хочешь — благотворительность устроят. Все, что душе Василия Дмитриевича угодно.