Фотографии милых мигрантов, которые заполонили Европу. Может, зря мы так боимся приезжих?

Чем мне нравится National Geographic Россия, где я работаю – гениальными фотографиями, причем на любую тему. Неважно, что нужно снять – золото, мусор, африканских бандитов или королеву Англии. Фотограф отправляется в далекие земли и выжимает из темы все и даже больше, позволяя взглянуть на привычные вещи и ситуации с другой стороны. Посмотрите на эту фотосъемку мигрантов, которые заполонили Европу. Европейский миграционный кризис, самый большой со времен Второй Мировой войны, начался в 2015 году и с тех пор не кончился, а только увеличивается. Мы инстинктивно привыкли бояться неизвестного – чужаков людей из других стран, но поглядите на эти фото, послушайте, что они говорят – они такие же люди как и мы. Вот, например, типичный мигрант – школьная учительница Шаранжит Падда, живет в Лондоне.

«Я здесь родилась и выросла, я настоящая жительница Лондона. Я никогда не ощущала себя здесь чужой. Возможно, моя профессиональная деятельность накладывает какой-то отпечаток, я не знаю».Шаранжит на момент съемки было 26, она хотела, чтобы мигрантов принимали такими, какие они есть, а те, чтобы, в свою очередь, уважали британскую культуру: «Во всем нужно уметь находить баланс». Фото: Робин Хэммонд

А вот что говорит 11-летний Обада (слева). На фото он с 8-летней сестрой Байласан и братом Амером, которому на момент съемки было 10.

Обада говорит: «Некоторые местные жители относятся к нам хорошо, а некоторые на дух не переносят. Твердят, что арабы им не нужны». Байласан нравится школа в Берлине, учитель говорит, что она делает успехи. Их отец остался в Сирии. Фото: Робин Хэммонд

Вот Мохаммед Джумма, уборщик из Дамаска, с десятилетней дочкой по имени Фара на плече.

«Вот так я нес свою девочку, когда мы добирались сюда», говорит Мохаммед. Фото: Робин Хэммонд

«Я думаю, я могу быть на 100 процентов французом и на 100 процентов алжирцем», – убеждает меня десятилетний Массиль Мозауи (справа). Ильяс, которому всего восемь, соглашается с братом. Вот они, на фото:

Они живут в уютном пригороде Парижа со своим натурализовавшимся отцом-алжирцем и матерью-француженкой. Отец говорит, что он помогает «строить Францию». Фото: Робин Хэммонд

На следующем фото – 23-летняя (на момент съемки) Икрам Чахми-Чейден. Спасаясь от терроризма, ее семья нашла приют в Париже – ей тогда было всего восемь.

Икрам Чахми-Чейден. Фото: Робин Хэммонд

«Я не ношу хиджаб постоянно – надеваю его, только когда покидаю территорию университета или когда иду в мечеть».

В Париже Икрам чувствует себя как дома, зная, что находится в безопасности, но сохраняет бдительность: опасения по поводу мигрантов в обществе продолжают расти.

Россия, кстати, на втором месте по количеству проживающих в стране мигрантов (на первом – США). Мне это немного странно, но каждый пост на моем канале в Дзен, который касается людей из стран бывшего СНГ (стран, откуда в Россию традиционно приезжают мигранты) вызывает у читателей большую злость. "А нам-то зачем про них знать?" – пишут мужчины и женщины. Между тем, я бы не был столь уверен в нашем оседлом существовании. Мир настолько быстро меняется. Кто может дать гарантию, что кто-то из нас не окажется в другой стране – в качестве чужака?

Вот тут много разной информации про европейский миграционный кризис. А тут инстаграмм фотографа Робина Хэммонда, который собирал материал и фотографировал мигрантов из этого поста.

Zorkinadventures. Опыт и истории, тесты очень нужных вещей, рассказы о местах, событиях и героях, интервью с лучшими в своем деле. А еще – подробности работы редакции National Geographic Россия, где я работаю.