- Случилось!!!
Проходко дышала, мощно и ровно, как призовая лошадь на ипподроме Внедорожска.
Скоробейников кинулся к тумбочке, налил из графина в стакан желтоватой тёплой воды.
- Ты, на, держи, пей, - сунул воду в руку пресс-секретарю.
Та быстро хлебнула, села, отодвинула стакан.
- Сейчас все пить будем...
- Да что стряслось?!
- Шнурюк в больнице.
- В больнице?!
- Да.
- Шнурюк?!
- Отравление.
- Отравление?!
- Да не повторяйте Вы за мной!
Скоробейников обиделся сел в кресло, придвинул документы, как будто ещё не подписал их.
Проходко наконец отдышалась.
- Ехал на автобусе из Горящих Шапок. Там у него митинг был. В Верхнем Белье на автостанции пошёл в туалет. А выйти не смог - кричать начал страшно. Вызвали врачей, они его в ЦРБ...
- Епа-пипа... - выдохнул Скоробейников.
Проходко открыла телеграм, показала экран губернатору.
- Пишут уже... «активист Шнурюк отравлен после выступления на митинге в селе Горящие Шапки. Шнурюк является лидером внедорожской оппозиции, которая сплотилась вокруг идеи протеста против строительства пристани на реке Гнилая Падла. Рейтинг губернатора...».
Скоробейников закрыл лицо руками. Посидел так 10 секунд и решительно выпрямился.
- Так. Минздрав ко мне. Шнурюка в областную. Быстро! Машину за ним мою. Нет, мою нельзя...
Проходко удивленно посмотрела на губернатора.
- Так уже поздно. Все знают. Завтра едут съёмочные группы - мне канал этот в телеге уже звонил, предложил видео купить...
- Какое ещё видео?! - удивился Скоробейников.
Пришёл черёд Проходко отомстить за сорванные отпуска и свидания.
- Нет, не то, не Ваше, где вы из комбайна выпадаете. Там очевидцы снимали, как он за дверью в туалете орет. Вот это.
Скоробейников нахмурился.
- Где Минздрав?!
...
- Отравился сам. По дороге поел в кафе. Я съездил - там конечно пиздец полный. Извините, - министр здравоохранения развёл руками.
Скоробейников махнул «продолжайте».
- В общем, съел солянку и беляш. В дороге его потянуло облегчиться. Ничего серьёзного, обычное расстройство желудка. Мы промыли его, как новенький. А зачем в областную переводить?
- А чего он орал так? На видео?
- А! Так он... в очко телефон уронил. Расстроился. И полез доставать. Вот и кричал ужасно. Мы его поэтому и госпитализировали - весь был...
Скоробейников засмеялся.
- А все-таки, - продолжил министр, - почему его в областную перевели? И машина эта из похоронного бюро... Зачем?! Он жив-здоров.
Губернатор посмотрел на Проходко и министра. Улыбнулся.
- Вы понимаете, что без меня оба пропадёте?
- Да! - хором ответили чиновники. - А почему?!
- Да потому, что у вас обоих... Вот смотрите. Завтра приезжает телевидение. «Отравление оппозиционера! Сенсация! Власть убирает неугодных!». Так?
- Так.
- И вот они в районной больнице берут у него этот...
- Анализы?
- Да нет. Какие анализы?! Ира, как это слово?!
- Комментарий?
- Да! Вот этот берут у него на фоне ЦРБ. А ты, Петрович, сколько с ремонтом тянул, а?
- Да я...
- Ты, глядь, целый министр, а я бегал по рынку и с Ашотом договаривался, чтобы он всю родню из Еревана привёз стенки штукатурить. Потому что если вы тендер сорвёте - а вы сорвёте! вы умеете! - то не видать нам в области томографа! Увидят, что ремонта нет до сих пор - и все! приехали! Скорые соседям уедут! А меня на правительстве... Ну как дети, епвашумать, одни на хозяйстве за день околеете!
Проходко вытерла холодный пот со лба. Министр покраснел, снял очки и спрятал в карман. Потом достал и надел.
Губернатор торжествовал. Областная больница стояла прямо напротив правительства, сверкая новеньким фасадом и гранитным крыльцом. От неё отъезжал катафалк, на котором в больницу привезли связанного Шнурюка. Катафалк удалось раздобыть в местном похоронном бюро: сверкающая торжественная машина все равно не пользовалась спросом у местных по причине высокой стоимости услуг. А вот изобразить транспорт таинственного спонсора и покровителя оппозиционера Шнурюка смогла легко и просто (по городу мигом поползли слухи).
- Ира! Ир, - улыбнулся Скоробейников, - слышь? Ты деньгами поделись.
- Каким деньгами?! - Проходко изобразила удивление, впрочем, неубедительно.
- Какие за видео заплатили.
- Это не я!
- Я знаю, это всегда не ты. С тебя бутылка. Попроси Серёжу-водителя, он сбегает. И пусть домой идёт.
Скоробейников ещё раз осмотрел подавленных подчинённых. Усмехнулся.
- Операция «Беляшок». До инфаркта меня доведёте.
...
Журналисты федеральных каналов пытались заснуть в густой атмосфере плацкартных вагонов скорого поезда «Москва - Внедорожск».