Моя любовь к сельскому хозяйству зародилась в самом детстве, в деревне Глебени, что находится в Тверской области, куда я с бабушкой ездил каждое лето.
У бабули был только огород, где мне была выделена грядка, в которую я каждую весну сажал морковку. А вот животные были только у соседей и в ещё неразвалившемся колхозе, где я помогал с уборкой, родителям подруг, в коровнике.
Тогда, в колхозе, было нормой брать детей на работу, чтоб помогали. Для моих деревенских сверстников это было рутиной, а для городских-диковинкой.
Таких городских нас было двое. Я и Наташка, моя ровестница и соседка по деревне.
Пока взрослые доили, кормили, воровали зерно, мы убирали за коровами.
На нашем вооружении были скребки на длинных палках. Запах никого не смущал, даже наверное стал для меня главной ассоциацией с деревней.
Но больше всего меня привлекали брошенные комбайны "Нива"
Деревенские мужики считали своим долгом, помимо запоя, гонять нас каждый раз, когда увидят на старой технике, хотя в отличии от деревенской детворы, у нас не было цели украсть что-либо.
После смерти бабушки, я лишь три раза приезжал в деревню на пару недель. Вся деревенская молодёжь стала сильно выпивать, а я же продолжал тяготеть к тракторам, комбайнам, косилкам и другой технике, за что стал общедеревенским изгоем. Зимой мой дом переодически обваровывали, вскоре обворовали окончательно. В доме неосталось буквально ничего, ну только что обои не ободрали. Забор и тот украли на дрова. Удивительно, что не тронули решётки на окна, при том, что снчли всю проводку в доме.
В дальнейшем, загородня жизнь меня коснётся через десять лет, но об этом в следующей статье.