Это рассказ о странностях ученого, правоведа, непризнанного гения, который всю свою жизнь посвятил науке и труду. Александр Львович Блок-отец знаменитого поэта Александра Блока. Ученость и образованность в нем сочетались с жестокостью и властностью, гордость и самостоятельность мысли – со скупостью и жадностью.
Гордый отшельник
Жил Александр Львович одиноко, читал много книг, занимался наукой. Женат он был 2 раза. Но скупость и деспотизм, жестокость Александра жены его выдержать не смогли. Он остался совсем один.
. И хотя он был очень умным человеком, образованным мыслителем, отношения в Варшавском университете с сотрудниками у него не сложились. На собрании он всегда молчал. Излишняя гордость мешала ему высказать свои мысли перед профессорским составом. Поэтому многие из них, которые еще не знали ученого, считали его жалким существом, не знающим и безынтересным. Тем более, одевался он ужасно. В одном сюртуке он проходил десяток лет.
Нелюдимый, одинокий, он своим поведением и самостоятельным мышлением отталкивал от себя и начальство. В то время ,как другие сотрудники наслаждались званиями, орденами, деньгами, он продолжал свою деятельность в качестве экстраординарного профессора в течение 20 лет без повышения.
На самом деле Александр Львович был человеком с многосторонним образованием. С ним было интересно беседовать. На любой вопрос он мог дать подробное объяснение на всех европейских языках. Историю, литературу он знал в совершенстве. Он мог прочитать «Евгения Онегина» наизусть, начиная с любой строфы. Прекрасно играл на фортепиано.
Отношение со студентами
Студенты по-разному относились к нему. Одни, его ближайшие ученики, были благодарны за его научные знания. Другие ненавидели его. Экзамен он принимал очень долго-от полчаса до часа-полтора на каждого студента и сильно придирался. Он доводил студентов до исступления. Доходило до того, что студент в истерике кричал, бросал его лекции на пол, к ногам экзаменатора. Однажды ученики прислали ему раздавленную моль в письме, с ругательством и угрозами. В письме говорилось, что он будет раздавлен, как эта моль. Профессор воспринял это письмо спокойно.
Скупость и жадность
Александр был очень скуп. Он экономил на всем: на одежде, на еде, на освещении и копил, копил, копил. Сам он умер от истощения и чахотки от такого образа жизни. После его смерти полицейскими были найдены у него в квартире 80 тысяч рублей разными купюрами и монетами.
Он никогда не убирался, не приглашал к себе никого, кто бы навел порядок в доме. На его вещах, предметах, книгах лежал толстый слой пыли. Одежда была засалена, заштопана. Отопления у него не было. На него всегда были надеты 3 рубашки: нижняя была самая грязная, сверху более чистая и третья-только что одетая. Рубашки были с затертыми и ободранными воротниками. Три рубашки он надевал то ли потому, что не хотелось тратить время на деньги и стирку, то ли оттого, что ему было холодно Запонок на рубашке не было. В зимние вечера, когда у него замерзали руки при чтении книг, он открывал дверь в коридор, на общую площадку, чтобы оттуда шло тепло. Освещения у него не было. Чтобы прочитать книгу вечером, он выходил к газовому рожку на лестницу и стоял под ней, чтобы что-то почитать. Иногда он шел в дешевую харчевню, чтобы весь вечер пить чай и читать там книгу. Его часто обкрадывали. Так, у него украли шубу, и он ходил в коротком ватном пальто всю зиму. Он был рассеян, как любой ученый, погружен в свои мысли. Несмотря на свою скупость, вспоминается случай, когда Александр Львович не пожалел 100 рублей человеку, испытывающему острую нужду.
Ел он мало. Многие друзья и ученики жалели его и звали в гости, чтобы накормить, напоить чаем, заштопать ему рубашки. Но звали его не только из-за жалости. Он легко разгадывал шарады, пел, играл на фортепиано, делился мыслями. Был очень одаренным и талантливым.
И хотя семейная жизнь Бекетовой и Александра Львовича не сложилась, и Александр Блок жил вдали от отца, то в день его похорон, поэт не испытывал презрение к нему, жалел по-своему. Александр не сказал ни одного плохого слова об отце, ни в чем не упрекнул его.
Информация взята из книги Фокина Павла Евгеньевича « Блок без глянца»