После нападения на Навального все чаще стали звучать призывы остановить проект трубопровода. Все смотрят на канцлера Ангелу Меркель: что бы она ни решила, политика и бизнес последуют за ней.
Меркель не была бы Меркель, если бы не сомневалась. Что бы она ни решила: Германии и России и дальше придется ладить. Пока что германо-российский газовый бизнес пережил все политические потрясения.
Напомним, что с самого начала, в 1970-х, американцы выступали против этого: как Германия могла быть настолько близорукой, чтобы снабжать "врага иностранной валютой", критиковали они. В конце десятилетия канцлер Гельмут Шмидт и президент США Джимми Картер поссорились из-за сырьевого бизнеса Германии с Востоком. И его преемник на посту Рональд Рейган не позволил этой сделке хорошо развиться на саммите G7 в Оттаве в 1981 году. Как сегодня поступает и Дональд Трамп.
На протяжении десятилетий суть аргументов Белого дома оставалась неизменной: любая зависимость от Москвы ослабляет Запад. Гельмут Шмидт однажды резюмировал ответ федерального правительства на это: «Те, кто торгует друг с другом, не стреляют друг в друга».
В эти дни Москва снова отмечает эту верность договору. Выражаясь цинично, Кремль надеется: «Даже если мы будем преследовать противников режима, это не будет иметь никаких последствий для бизнеса». Но те, кто соглашается с этим расчетом на Западе, становятся союзниками Путина. Москва же пока не стала отрицать атаку на Российского оппозиционера. Россия уверена в том, что Германия, как это часто бывает, только угрожает последствиями, но в конечном итоге не предпринимает никаких действий.
Риск, на который, по мнению Кремля, он должен пойти в данный момент: из-за демонстраций на Дальнем Востоке или в Беларуси, постоянно падающего уровня жизни. Москва опасается, что в Москве также могут быть массовые демонстрации. Именно поэтому режим преследует оппозиционеров, которые могут быть для него опасны больше, чем когда-либо. Алексей Навальный самый главный, но только один из многих.
Прекращение «Северного потока 2» будет иметь сигнальный эффект далеко за пределами этого проекта: экономика Германии уйдет с российского рынка еще больше, чем раньше. Попытка Путина модернизировать страну с помощью Запада окончательно провалится.
