Сегодня мне еще 59. Шестьдесят будет только в понедельник. А понедельник – день тяжелый, но в обеденный перерыв отметим. Наша офисная молодежь купит мне скромный подарок и цветочки, пожелает не стареть, не болеть и не унывать, потому что «у меня нет явно выраженных морщин», как утверждала одна дама. А потом молодые коллеги будут с наслаждением уплетать заказанные специально для них роллы с темным соусом, похожим на нефть. Я такое не ем и даже не решаюсь попробовать. Я давно закостенела в пищевых привычках и вообще без энтузиазма воспринимаю все новое. К примеру, на компьютере работаю, но смартфон освоила с трудом. Правда, обладаю «багажом знаний» советской закалки, что необходимо в нашей работе, а у большинства молодых с этим туговато. Поэтому - еще работаю, пока не выгоняют.
И это не я придумала, что в шестьдесят – страшно, хотя теперь тоже так думаю. Это сказала одна милая женщина, когда мне было 55, а ей шестьдесят пять. Еще она добавила, что первоначальный страх пройдет. Начнешь думать, что впереди еще много лет, ведь 70 будет нескоро, да и потом всего лишь начнется восьмой десяток...
А соседка сказала, что ей уже все равно, сколько лет. Я не поняла, как это - все равно, но переспрашивать не стала. Ей 74 года. Моему старшему брату в январе исполнилось 70, и ему не все равно, он даже не хотел слышать эту цифру. Весь вечер накануне твердил: мне еще 69, мне еще 69… На юбилейном застолье назвал свой возраст «серьезным» и выглядел вполне довольным. А теперь, кажется, и вовсе смирился, только иногда язвительно называет себя «юношей 70 лет».
Человечеству давно известно, что возраст – это больше внешние приметы. Тяжелая походка, морщины, седина, сапоги «прощай, молодость», керамическая улыбка и проездной как ветерану труда. Меняешься и внутренне, но все твои прежние «я» не исчезли и время от времени дают о себе знать. И ты все еще любишь, как в молодости, «шашлычок под коньячок»… но все чаще под вино, ценишь хороший юмор, с удовольствием поешь песни в компании, замечаешь красивых мужчин. (Только бы не забыть – для чего). Изменилось и время, люди стали позже стареть. Моя мама пела частушку: «Ой, подруга дорогая, мы с тобой удалые: нам всего-то 40 лет, а сказали – старые…», а теперь в сорок лет – молодки.
В юности я много общалась с одной 80-летней женщиной. Вот кто умел стареть с достоинством! «У меня 12 болезней», - улыбаясь, говорила она по утрам, доставая из холодильника глазные капли и прочие лекарства. А потом о них забывала на весь день. Не пропускала ни одной юмористической передачи по телевизору, любила долгие пешие прогулки по парку, где к ней время от времени подходили знакомиться кавалеры лет на 20 моложе, дезориентированные ее живой искоркой в глазах. Сколько смеху было потом, когда она рассказывала об этом! А однажды сказала серьезно: «Ну почему жизнь так уродует человека?! Пусть бы люди жили только до 80-85 лет, но оставались в теле 30-летнего».
Знала я и вовсе уж старожила, 95-летнего местного поэта. В стихах он признавался, что человек в его возрасте может любить отчаянно и сильно, но стесняется своей дряхлости и неуклюжести, не хочет отталкивающим внешним видом портить это прекрасное чувство.
Так есть ли предел молодости и точное начало старости? Ровесники, отзовитесь! Как нам преодолеть 60-летний порог и жить дальше со спокойным сердцем?