Продолжение. Начало здесь.
- Какой магазин? У нас мало времени, Келлик.
- Делай как я говорю. Иди за мной.
Квентор сообразил, что друг что-то заметил, и без слов последовал за ним.
Они зашли в магазин, подошли к витрине, выходящей на нужную сторону улицы, и взяли в руки журналы с прилавка – для прикрытия.
- Что ты увидел? – Нетерпеливо спросил Квентор.
- Смотри туда, сейчас из-за угла дома выйдет человек.
Квентор пригляделся и вдруг глаза его вспыхнули недобрым светом.
- Это не человек. Это пикториец. Молодец, Келлик. Мали Игнис, я в тебе не ошибся! Спасибо тебе огромное. Значит, жертва где-то рядом. – Продолжал он рассуждать уже сам с собой. – Как называется улица?
- Старославянская. Дом номер…
Они оба взглянули на табличку на доме и в один голос произнесли:
- Двадцать шесть.
- Всё понятно. – Голос Квентора стал сухим и деловитым. Мальчики вернули журналы на прилавок и отошли от окна. – Мне нужно срочно вернуться в Академию и доложить о результатах. Эх, жаль, гуммиалана у меня нет – теперь надо самому в Меркурию возвращаться. По спектрофону боюсь передать информацию: она может быть перехвачена пикторийцами.
Квентор достал из-под рубашки цепочку, висевшую у него на шее. На ней матово поблескивал небольшой плоский аппарат в форме ромба – спектрофон. Келлик с любопытством осмотрел его – ни кнопок, ни экрана.
- Как им пользоваться?
- Просто произносишь персональный код абонента и можешь разговаривать. Связь голосовая – называй нужный номер, или имя, если он в памяти прибора, и всё. Но Спектрофоны пикторийцы уже научились нейтрализовать, а вот гуммиалан для них – пока неразгаданная головоломка. Профессор Кьюзак – умница! Он такую степень защиты для гуммиаларабиновых аналогов разработал – головы сломают, пока разберутся с ней! Увидимся позже, мне пора.
- Постой, Квентор. Возьми меня с собой, пожалуйста! Я очень хочу увидеть Меркурию! Очень-очень! Буду вести себя тихо, как мышка, никто и не заметит, что с тобой человек.
Квентор засмеялся:
- Мервинов не проведёшь: ты вздохнуть не успеешь, а они уже будут знать о тебе всё. Давай договоримся так: сейчас я возвращаюсь туда один, получу разрешение на твой визит и завтра, если всё будет складываться удачно, мы отправимся в Меркурию вместе. Хорошо?
Келлик сдержал вздох разочарования:
- Ладно. Удачи. А когда ты появишься?
- Скорее всего, завтра вечером.
- Квентор, а можно мне посмотреть, как будет проходить операция «Шторм»?
- Думаю, тебе ничего не удастся увидеть, даже если ты будешь очень сильно стараться. И успех операции сейчас зависит от быстроты и правильности наших действий. Мне пора, до встречи.
Квентор зашёл в примерочную кабинку в одном из отделов и исчез.
Келлик уныло вышел из магазина, и ещё раз украдкой бросил взгляд в сторону деревянного дома. И вдруг глазам его предстало странное зрелище: фигура в чёрном плаще отделилась от стены дома, и плавно поплыла низко над землёй, казалось, даже не двигая ногами. За спиной пикторийца висел большой чёрный мешок – очевидно, там и был спрятан похищенный мервин.
«Куда это он направился? Что его спугнуло? Неужели он заметил нас?» - с тревогой подумал Келлик. – «Эх, и с Квентором никак не связаться. Почему он не оставил мне спектрофон?! Что же делать?»
Выход был только один, и Келлик, не раздумывая, осторожно стал следить за удаляющейся фигурой. Он очень боялся, что террорист заметит его, и не знал, что можно ожидать в таком случае. Но он был полон решимости не упустить похитителя, ведь тогда операция была бы провалена.
«Что же делать? Что же делать?»- крутилась у него в голове одна и та же мысль, а тем временем ноги сами несли его вперёд. Келлику было страшно, но азарт слежки уже охватил его, и он незаметно продолжал следовать за пикторийцем, не сводя с него глаз.
Чёрная фигура двигалась очень быстро. Келлик никак не поспевал следом, ему приходилось бежать всё быстрее и быстрее, чтобы не упустить похитителя из виду.
Примерно через полчаса погони он едва переводил дыхание, спина намокла от пота, а ноги начали заплетаться от усталости. И только когда он уже был готов сдаться и упасть в снег на обочину, как фигура в плаще вдруг резко свернула с широкой тропы и медленно вплыла через открытые ворота на стоянку для автомашин.
Келлик поплёлся следом, еле переставляя ноги. От усталости он потерял бдительность и даже не удивился такому повороту событий. Зайдя за ворота, он опустился на землю за одной из машин, и услышал, как дверь сторожевой кабинки скрипнула, и чей-то голос громко крикнул:
- Эй, вы куда? Предъявите документы и распишитесь в журнале. Эй, мужчина, я с вами разговариваю, подойдите, пожалуйста, сюда.
Вдруг тишину нарушил свистящий звук и надвигающиеся сумерки пронзила яркая вспышка красного света. Сторож истошно закричал.
Келлик так испугался, что вскочил на ноги и выпрыгнул из-за машины. Картина, представшая его глазам, была ужасна. Сторож продолжал кричать, охваченный ярко-красным пламенем. Через мгновение пламя исчезло, а на снегу осталась только горстка пепла.
Келлик от ужаса не мог двинуться с места. Пикториец опустил мешок на землю и повернулся к мальчику. Вытянул в его сторону руку и из просторного рукава, подобно молнии, зигзагом вылетело такое же красное пламя. Не думая ни секунды, Келлик бросился за одну из машин. Огненная струя угодила в соседнюю машину, и её тут же охватило пламя. Келлик перебегал от одной машины к другой, а пикториец неумолимо посылал в его сторону один разряд смертоносного огня за другим.
Внезапно произошло что-то очень странное: красная вспышка словно развернулась от одной из машин и, поменяв цвет на синий, со страшной силой вонзилась в своего же хозяина. Пикториец, вспыхнувший, точно спичка, вскинул из языков ярчайшего пламени руки к небу, издал страшный, нечеловеческий вопль, и остался лежать на снегу рядом с мешком - такой же кучкой пепла, как и сторож. Несколько машин полыхали, охваченные огнём.
Келлик, считая секунды про себя, опрометью бросился к мешку, схватил его и какой-то круглый переливающийся предмет, лежащий рядом, перекинул мешок за плечи, сунул кругляш в карман и со всех ног бросился вон со стоянки. За его спиной прогремели несколько мощных взрывов, в воздух взметнулись языки пламени и то, что осталось от машин.
Келлик убегал прочь, что есть духу, не думая ни о чём, лишь на миг удивившись лёгкости, почти невесомости своей ноши за спиной.
Продолжение здесь.