В звонок усердно продолжали звонить. Не то чтобы назойливо, но как то настойчиво - бзынь-бзынь остановятся, бзынь-бзынь пауза. После вчерашнего обильного возлияния, из-за очередного неудачного разговора с новым издателем, вставать совсем не хотелось. Сергей Максимович повернулся на другой бок в надежде, что это прекратится. За дверью, видимо считали иначе. Потянувшись, хозяин квартиры не спеша сел на краю дивана:
- Раз меня вынуждают встать, то пусть причина окажется достойной, - ногой нащупал тапки, поднял с полу халат и направился к дверям. Там не спрашивая повернул ключ и толкнул дверь.
- Здрасьте… - произнёс с обворожительной улыбкой, совсем уж странного вида, мужчина, - пустите… больно холодно сегодня.
С этими словами и, не дожидаясь приглашения, незнакомец протиснулся мимо хозяина в прихожую.
- А Вы собственно кто?
- Я? Проигравший чёрт! – последовал ответ с безукоризненным очарованием. Сергей Максимович несколько опешил:
- Кто, простите?
- Чёрт! – Повторил он, - мне нужно согреться и приодеться. Да закрывайте же дверь - холодно.
Сергей Максимович прикрыл дверь и неловким движением руки обозначил приглашение в направлении кухни; наполнил чайник, зачем-то открыл и закрыл холодильник, после чего тот зарычал с удвоенной силой, будто от возмущения, что не вовремя и беспричинно разбудили, и растерянно, несколько раз произнёс:
- Ах да, где-то были спички! – Но они никак не находились. Неожиданно его взгляд упал на мусорное ведро. В нём, сверху лежал коробок. Обрадовавшись находке, Сергей Максимович, схватил его вместе с газетой, в которой были завёрнуты остатки, вчерашней скумбрии горячего копчения, газета развернулась, и всё содержимое полетело на пол.
- Да не стоит так волноваться, - стал успокаивать гость, до этого момента сидевший молча, на ближайшем к выходу из кухни, стуле. - Тем более в коробке спичек нет – он пуст!
Произнося всё это чёрт, встал, подошёл к плите, щёлкнул пальцами – газ вспыхнул и вернулся на своё место, по дороге, одним ловким и быстрым движением, сгрёб выпавший мусор и отправил назад в ведро. Всё произошло на глазах изумлённого хозяина, к тому же, он только сейчас рассмотрел гостя более внимательно. Мужчина оказался совершенно голым, но это не сразу было заметно, поскольку волосы присутствовали не только на голове, бороде и щеках, а и на всём остальном теле при этом у него был настоящий хвост!
- И в правду чёрт! – Мелькнула мысль.
- Что ни на есть, настоящий! – подтвердил чёрт, сам бы не поверил, что тут могу оказаться, в мороз то такой, а ещё и после наших подземных печей огненных – из тепла, да в холода.
- Как же ты, любезный, попал то к нам? – понемногу приходя в себя, спросил Сергей Максимович.
- Проиграл вот, поездку сюда, вашему… этому, Кириллу Никифоровичу, тому, что неделю назад к нам поступил.
Сразу в памяти всплыл День похорон издателя – Кирилла Никифоровича. Было также холодно как сегодня. Долго жгли дрова чтобы отогреть землю под могилку - неглубокой получилась - засыпать пришлось мёрзлыми комками. Решили весной в порядок привести. Народ перемёрз, водка быстро закончилась, вдова пригласила копщиков домой и раздала вещи мужа: два пиджака с подкладными плечами из шевиота, несколько широченных брюк с манжетами, свитера и трикотажные безрукавки, кто-то выпросил себе вдобавок, белые рубашки, от мужских повязок для носок, почему то все отказались. Сергея Максимовича пригласили тоже, так как он был вхож в дом усопшего на правах лучшего поэта из тех, кого когда-либо издавал Кирилл Никифорович. Со словами: «Это лично Вам!» Анастасия Васильевна выделила ему полупальто - они, к тому времени, только вошли в моду. За этим полупальто закрепилась любимая фраза издателя: «Время Хемфри Богарта прошло – пересаживаемся в полупальто!» Почему «пересаживаемся», никто не знал, но ему фраза нравилась, считая её остроумной он, выгуливая свою обновку, при каждой встрече с кем-то из знакомых, произносил именно её.
Вообще, надо заметить, Кирилл Никифорович не жалел денег на-разного рода покупки для себя и милейшей Анастасии Васильевны - невероятно доброй и хрупкой женщины. Капроновые колготки по 90 рублей с рынка, модные безразмерные чулки, разнообразные обтягивающие блузки, китайские шарфики всего этого было в изобилии, а халат с рисунком дракона, особо любимый им, ей приходилось надевать, опять же по требованию мужа, ежедневно т.к. в нём она выглядела невероятно соблазнительно.
Деньги он тратил также легко, как и зарабатывал. Кирилл Никифорович любил играть в карты, а издательство помогало находить и поддерживать необходимые знакомства, через которые налаживались связи, доставались импортные вещи и решались многие вопросы. У него было особое чутьё настоящего игрока.
- Неужели и у вас там играют в карты? – Обратился Сергей Максимович к чёрту.
- Играют, - протянул он в ответ, причмокнул чайку и снова широко улыбнулся, - в приёмнике, пока определяют кого куда, всё так же как наверху - людьми обуревают те же страсти, и чем сильнее человек проявляет свойственную ему, тем больше вероятности, что его посадят в котёл к тем, кто несёт телесное и духовное наказание именно за эту греховную природу.
Привели Ангелы Кирилла к нам, так он тут же общий язык со всеми нашёл, говорит: «раз уж гореть мне в неугасимом пламени, так дайте насладиться вдоволь пороком своим - сыграем в Тысячу?». Мы и согласились. Какой силы его грех то – нам как оказалось не переиграть, а он заводит нас и заводит! Платить нечем, пришлось на выполнение желаний партию расписать, так вот и получилось, что я проиграл.
- Чего же он хотел то получить от вас? – Заинтригованно спросил Сергей Максимович.
- Странное было желание, но уговор есть уговор. Даже мы – черти не нарушаем слова. Вернуться к житию мирскому лишь всевышнему под силу, а вот туда-обратно слетать мы для него можем. Попросил Кирилл принести полупальто новомодное. Мы посмеялись, конечно, этому – мол, у нас и так не холодно, но выполнить пришлось.
Сергей Максимович был удивлён не меньше странному выбору своего издателя, однако принёс одёжку. Накинул чёрт пальтишко на плечи – стоит перед зеркалом - крутится, а потом запустил руку за пазуху, рванул подклад и давай доставать из нашивных карманов кремово-розовые 100 рублёвые купюры образца 1947г., затем цепочки золотые, кольца с перстнями в подоле прихваченные ниткой, бриллиантики в маленьких мешочках, на пол бросает и приговаривает:
- Слышали мы от людей про ценности эти, вот только кроме как тут наверху они никому не нужны – в котёл с собой не возьмёшь. Пусть пальтишку радуется, потом на огне вместе с ним сожжём.
Вытряхнул чёрт всё что можно, застегнулся и добавил:
- Надолго не могу отлучаться… пора мне, - широко улыбнулся и вышел за дверь.
Завывающая всю ночь вьюга не умолкала и утром. Через щели в окнах она пыталась проникнуть в комнату, упиралась в шторы от чего они приходили в движение, это немного вызвало беспокойство и создавало эффект чьего-то присутствия. Сергей Максимович встал с тяжёлой головой, прошёл на кухню, поставил чайник и открыл коробок спичек – он был полным! - О, чёрт! – Воскликнул он, - неужели всё приснилось?! – И быстро шагнул в коридор. На полу у зеркала валялись разбросанные купюры и золотые украшения.
Буду благодарен за лайки.