Сегодня в России отмечают День военного автомобилиста Вооружённых сил… довольно странно, что при очевидной важности и многочисленности (чего стоит один девиз: «Автомобильные войска всегда готовы для броска!») …так вот – вспомнили о них почему-то лишь в 2000-м… И это – при более чем столетней истории!.. Впрочем – по порядку.
…За точку отсчёта взято 29 (по нов. ст.) мая 1910 года – дата выхода на основании Высочайшего соизволения приказа по Военному ведомству о формировании Первой Учебной Автомобильной роты – однако, началось всё несколько раньше… Ещё в 1876-м для армейских нужд были куплены два английских паровых тягача – через год их число достигнет дюжины (включая, кстати, два отечественных – русские умельцы времени зря не теряли!) – после чего «Особая команда дорожных паровозов» отправится на очередную русско-турецкую войну. Здесь они таскали осадные орудия – вроде бы, успешно, но бурного развития не случится… Генералы относились к техническим новинкам с опаской, предпочитая привычных лошадок!..
…Первое боевой выезд автомобиля в современном понимании (то есть – с двигателем внутреннего сгорания) мы находим двадцать лет спустя. На Белостокских манёврах появляется один-единственный – но зато шестиместный – «Делаж»… эксплуатанты тоже его хвалят!.. (Заметим, что французская фирма «Delage» специализировалась на гоночных и представительских машинах – не иначе, высшее начальство и возили…)
…Дальше – вновь затишье, вплоть до Курских манёвров 1902 года, в которых, помимо уже знакомых нам паровых тягачей «Фаулер», были задействованы несколько французских легковушек «De Dion-Bouton» и отечественных грузовиков «Лесснер». (Отечественными их можно назвать с некоторой натяжкой – машины делались, так сказать, «в кооперации» с «Даймлером» – хотя конструктор Борис Луцкий не только много чего для немцев разработал, но и входил в их правление). Так или иначе – по мнению источников, двенадцатисильный и двухтонный грузовик Луцкого (был ещё один – на две тонны четыреста – но тот, за маломощностью двигателя, едва мог перевозить сам себя)… одним словом – «Лесснеры» на отечественном бездорожье показали себя более-менее прилично, а «французы» – постоянно ломались.
…В русско-японской войне тоже фигурирует несколько автомобилей (в основном – иностранных, но есть среди них и наш «Фрезе») – однако всё это были легковушки для командующего и его штабных офицеров… Таким образом, к 1909 году на всю армию числилось каких-то два с половиной десятка разномастных авто… (Между тем прогресс не стоял на месте – «Руссо-Балт» уже выпускал по сотне с лишним машин в год!..) Итак, в феврале 1910-го появляется распоряжение Военного совета «О придании пятых автомобильных рот ряду европейских железнодорожных батальонов»… по двенадцать машин на роту, итого – сто восемь… Причём – только для начала …однако, всё это кто-нибудь должен был научиться водить…
…Так появится Первая Учебная Автомобильная рота, с которой мы начали – её командиром назначили капитана Петра Секретёва.(Впоследствии он дослужится до генерал-майора и станет первым начальником первой же Военной автомобильной школы… именно здесь по протекции Горького будет служить в годы войны Маяковский – и даже удостоится от Секретёва медали «За усердие»… Увы – уже в марте 1917-го революционный поэт придёт генерала арестовывать!.. Отсидев полгода в Петропавловке, Секретёв уедет во Францию… будет там работать в автопроме и преподавать – а ещё устроит в Париже для соотечественников «Казачий Дом». Впрочем, мы сильно забежали вперёд).
…Пока же он (уже – подполковник) энергично берётся за дело – думается, принятые на обучение «нижние чины» старались изо всех сил – ведь водители по тем временам были, практически, такой же элитой, как пилоты… даже экипировка одинаковая – вплоть до шлемов!.. Но дело не только в людях… Вскоре после открытия, Секретёв собирает всю наличную автотехнику (как мы помним – каких только марок там не было!) – и гонит этот пестрый гараж на автопробег… от Питера до Москвы – и обратно. Через двадцать три дня до финиша доберутся только «Опель» и «Руссо-Балт»…
P.S. …Именно эта отечественная легковая марка будет признана единственно пригодной в качестве штабной машины после другого автопробега, в 1912-м – однако, выяснится, что мощности «Русско-Балтийского Вагонного завода» армейские потребности не закрывают. Пришлось заказывать за границей – тем не менее, Первую мировую будущие автомобильные войска встретят в составе пяти рот – и почти трёхсот пятидесяти автомобилей… К семнадцатому году их количество дойдёт до десяти тысяч (французы на тот момент имели в девять раз больше, а немцы – в пять с половиной). Возможно, проблему со временем решило бы строительство шести автозаводов, на которое замахнулись в 1916-м – но… Впрочем, это – совсем другая история.