Пляска смерти — средневековая аллегорическая драма, сюжет которой намекает на смертность всякого человека. Ее корни уходят в глубь веков и давно уже затерялись среди произведений древности, многие из которых, если и сохранились до наших дней, то уж точно не выставляются на всеобщее обозрение. Она начала приобретать всенародную популярность на рубеже X и XI веков, когда в Европе ожидали конца света. Но он так и не наступил, а вот Макабр продолжил свое существование в форме музыкальных произведений, поэзии и, конечно же, живописи.
Смерть настигнет каждого. Именно поэтому Ватикан официально одобрил изображения, которые стали появляться в оформлении католических храмов и на полотнах выдающихся художников той эпохи.
Сам термин — Макабр — обязан своим появлением сценам "Плясок смерти" с участием семи братьев-Маккавеев. Сами "Пляски смерти" изначально являлись драматическим представлением, в ходе которого персонифицированная Смерть преставлялась в стихотворной форме.
"Пляски смерти" исполнялись во всей Европе, но наибольшую популярность приобрели в Германии. К сюжету Макабра обращались живописцы средневековья и современные художники. Литературная традиция "Плясок смерти" изначально была произведением народной мысли — стихи и проза на эту тему сочинялись неизвестными умельцами и разлетались во все концы Старого света. Позже к этой теме обращались такие классики, как Бодлер и Гёге, а также наши с вами современники — А. Блок, Брюсов, Бернгард Келлерман, Нил Гейман, Стивен Кинг.
«Да, человек смертен, но это было бы ещё полбеды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен, вот в чём фокус!» © Воланд
В XX веке Макабр попал в кино и на театральные подмостки. Популярность этого сюжета не удивительна. Поскольку все мы смертны, Макабр лишний раз напоминает нам об этом, мотивируя жить здесь и сейчас, не гонясь за иллюзорностью вероятного будущего. Ну и ,конечно же, думать о душе, которой еще жить и жить, в отличие от бренного тела, служащего ее убежищем лишь непродолжительный промежуток времени.