Как ни странно, но этот вопрос я начала слышать с завидной регулярностью. Задают его по-разному: кто-то – немного смущаясь, кто-то – рубя с плеча. Но всегда с искренней заинтересованностью. И всегда не совсем русские. Армяне, таджики, грузины, дагестанцы (продолжи последовательность). Я ничего против не имею – и честно отвечаю: «Русский». Реакция всегда одна и та же: искреннее удивление.
Так получилось, что иногда мне приходится ездить на такси, чтобы сэкономить время. Славяне среди таксистов встречаются редко, а представители южных национальностей обычно разговорчивы. Я не против, тем более что вопросы чаще всего безобидные. Но если речь заходит о семье, и я сообщаю, что у меня трое детей, причем рождались они по одному, а не в результате незапланированной двойни-тройни… Чего греха таить, мне приятно, когда меня искренне с этим поздравляют, желают успехов и здоровья детишкам и мужу. Но в то же время мне становится грустно. Очень грустно.
Потому что, исходя из того, что во всех случаях мне задают один и тот же вопрос про национальность мужа, в понимании большинства южных народов русский мужчина не готов «рожать» детей. Модель семьи, в которой будет больше двух детей, вызывает искреннее недоумение.
Что интересно, исходя из самого вопроса про национальность мужа, можно сделать вывод, что как раз «не-русский» муж готов строить семью большую, в которой у женщины будет уверенность, что ее не бросят со всем этим табором одну. При этом южному мужчине неважно, будет ли жена одной с ним национальности: они уверены, что правильно построенная семья и грамотное руководство помогут женщине раскрыться, почувствовать себя именно женщиной и нарожать побольше детей.
Показательна при этом реакция славян, когда они понимают, что у меня трое маленьких детей (старшему еще нет четырех): недоумение и легкий испуг. Большинство переспрашивают, все ли мои, не стесняются спросить, все ли желанные. Но вот поздравлять с этим меня никто не спешит. Никто не желает мне и детям здоровья и сил. Обычно мне начинают сочувствовать: мол, это так тяжело. А еще все очень дорого. И времени свободного, наверное, совсем нет? И как же нас муж всех обеспечивает? А еще ведь надо всех накормить, помыть, за всеми убрать… Нет, это очень тяжело. Лучше после первого сделать перерыв, родить лет через 5-10 второго – и хватит.
И все это на фоне демографической ямищи, в которую мы уже стремительно падаем. На фоне призывов власти рожать и обещаний поддерживать молодых родителей. На фоне множащихся крутых перинатальных центров и мест в яслях, садиках и школах. Как это ни обидно, но все это не работает. И я не знаю, что должно случиться, как нужно пропагандировать родительство, чтобы что-то поменялось? Потому что русские, за редкими исключениями, рожать не хотят. Кто-то совсем не рожает, кто-то рожает одного, потому что «надо». Кто-то родит двух, мол, воспроизвели семейную пару. Еще можно родить третьего, но попозже, ближе к сорока, «на старость». Но культуры рождения большого количества детей подряд в России просто нет.
Зато есть куча отговорок и страшилок. Про тяжелую жизнь. Про то, что сначала нужно купить машину и квартиру. Про то, что детские вещи должны быть новыми и дорогими. Про то, что дети мешают карьере и общению с друзьями. Про то, что с рождением ребенка кончается супружеская жизнь и семья разваливается. Про то, что женщина после родов тупеет и становится мужу неинтересна. Что родительство – это сопли, слюни, постоянный беспорядок и крики. И даже если ребенок все-таки родился, надо это быстренько перетерпеть, сдать чадо в садик – и возвращаться к нормальной жизни. Как-то так…
А тем временем, пока славяне активно вымирают, наши южные братья почему-то не боятся рожать. И их не смущает ни отсутствие многокомнатной квартиры, ни туалет на улице, ни бэушная недорогая детская одежда, ни небольшая зарплата. Они рожают детей и воспитывают их в своей системе ценностей: системе, в которой эти дети вырастут и сами родят много детей. А славяне продолжат вымирать. Если что-то не изменится…