В конце XVIII в. в Сибирь был сослан писатель-революционер Александр Радищев, автор опального «Путешествия из Петербурга в Москву».
220 лет назад, в апреле 1797 г., коллежский советник, кавалер ордена Святого Владимира 4-й степени, начальник С.-Петербургской таможни, возвращался домой…
"Путешествие…" вышло анонимно, но с памяткой о разрешении полицейской цензуры. Одной из первых читательниц книги стала императрица. Екатерина читала её в крайнем раздражении и всю испещрила своими замечаниями. Она нашла, что в книге сочинитель хочет "показать недостаток теперешнего правления и пороки оного", что многие страницы "клонятся к возмущению крестьян противу помещиков, войск противу начальства", что "он надежду полагает на бунт от мужиков" и т.п. О самом авторе Екатерина сказала: "Он бунтовщик хуже Пугачёва". Был отдан приказ об его розыске и аресте.
30 июня 1790 года Радищев был заключён в Петропавловскую крепость. Петербургская уголовная палата по подсказке императрицы приговорила его к смертной казни. Почти полтора месяца Радищев ждал исполнения приговора. В сентябре Екатерина заменила Радищеву смертную казнь десятилетней ссылкой в Сибирь, в Илимский острог. Тираж книги был почти полностью уничтожен: до настоящего времени в государственных хранилищах находятся 11 экземпляров и ещё несколько – в зарубежных библиотеках. Кстати, в библиотеке Пушкина находилась книга с автографом поэта: "Экземпляр, бывший в Тайной канцелярии, заплачено 200 рублей. А.Пушкин".
Решение императрицы было исполнено быстро и жестоко. Радищеву даже не дали возможности проститься с семьёй, кинули на плечи ему "гнусную нагольную шубу", взяв её тут же у сторожа или солдата, и заковали в кандалы.
В пути Радищев и сопровождавшие его жандармы сделали несколько остановок: в Екатеринбурге, Камышлове (тогда крохотном городке, где в ту пору насчитывалось не более 150 жителей), наконец в деревне Ушаково, где была ямская станица. "…В деревне находится 30 душ помещика Угрюмова", - отметил Радищев. Условия поездки были далеки от комфорта. Ещё Достоевский, будучи в подобном же положении, писал: "Просидеть… часов 10 не выходя из кибитки, и сделать 5-6 станков (почтовая, ямская станция. – В.П.) было почти невыносимо".
В Ушаково "путешественника поневоле" накормили, напоили чаем. Возможно, именно короткое пребывание в пригородной деревушке послужило поводом для упоминания Радищевым сибирского хлебосольства в писанном позднее письме своему покровителю графу А.Р.Воронцову: "Когда приедешь в гости к сибиряку, то без шести или восьми чашек чаю не выйдешь".
В ссылке Радищев провёл шесть лет. Он жил со своей семьёй, охотился, учил детей, лечил крестьян, изучал природу, быт и историю Сибири. Он собирал материалы по экономике сурового и необжитого края, послужившие основой его работы "Описание Тобольского наместничества", которую небезынтересно почитать и сегодня. В ней отдельными штрихами показано, какой была Сибирь более 220 лет назад.
В 1797 году Радищев возвращается обратно, ведя "Дневник путешествия из Сибири". На его страницах – хорошо знакомые названия селений по тракту: Иевлево, Покровское, Созоново…
26 апреля Радищев записывает: "В Созоново на Туре – 31 вер. (1 верста – 1,07 км – В.П.) В Созонове писарь умник из сенатских курьеров, управляет умами. Пообедав, ехали до Велижанки, волость близ Туры – 25 вер. Тут девка продавала ковры из Каменского села, где все их делают и продают оные приезжим… Из оной до Тюмени 22. Ехали полдни и во всю почти ночь лугами, которые Тура потопляет".
В Тюмень Радищев прибыл 27 апреля и, скорей всего, остановился Зарекой, т.к. в "Дневнике" отметил: "На сей стороне города (заречная часть) всё кожевни… Вообще в Тюмени и в округе оного много всякого ремесла, и целая деревня имеет всегда одно". В тот же день Радищев пишет: "Отобедав, уехали до Ушаковой – 25 вер."
"…От Тюмени до Пышмы места ровные… Но за Пышмою становятся не таковы, - читаем мы дневниковую запись от 30 апреля. – Уже начинает дорога идти кверху… В Тюмени… к югу места гораздо хороши, удобны и для дерева плодовитые. Пчёлы могут там водиться…"
…Ссылка подорвала силы писателя. Однако лишения не заставили его отречься от свободолюбивых идей. После воцарения Александра I (1801) Радищев был восстановлен во всех правах и принят на службу. Он горячо принялся за составление планов нового законодательства в духе своих прежних убеждений.
Пушкин передаёт следующий рассказ о последних днях Радищева: "Император Александр приказал Радищеву изложить свои мысли касательно некоторых гражданских постановлений. Бедный Радищев, увлечённый предметом… вспомнил старину и в проекте, представленном начальству, предался своим прежним мечтаниям. Граф Заводовский удивился молодости его седин (Радищеву было тогда 53 года. – В.П.) с дружеским упрёком: "Эх, Александр Николаевич, охота тебе пустословить по-прежнему! Иль мало тебе было Сибири?" В этих словах Радищев увидел угрозу. Огорчённый и испуганный, он возвратился домой… и отравился".