ABC-13. Больной неизлечим – если он отказывается лечиться.
Можно ли вылечить больного, если он больным себя никак не считает?
О том, что надо делать, чтобы улучшить жизнь народа в России, говорят многие. Но главная проблема сейчас в другом.
Главная проблема в том, что нами правит партия, когорта людей, которые убеждены, что делать вообще ничего не надо! Все и так идет своим путем! А мелочи, с которыми что-то не так, сами собой «устаканиваются». И еще и стратегии и программы всякие всёпишутся и пишутся (правда, с оговоркой – для озвучивания перед массами, перед народом, а что касается их исполнения, то - дело десятое!).
И пусть все так и дальше будет. Поскольку – все хорошо, прекрасная маркиза!«У нас - все хорошо!»
Вот с этой проблемой, с этой философией, сделать ничего нельзя! Зачем желать лучшего, когда и так все хорошо! А аргументация того, что это «хорошее» обеспечивается «нехорошими», негодными, фатальными для страны и для народа средствами – просто с порога отметается!
«Россия, вперед!» И - бег на месте, по траволатору, который неутомимо тянет страну взад, поскольку он так для этого и устроен: все – на продажу, все – на вывоз, «зачистка всей поляны» - до пеньков, до фундаментов, до последних нор последних сурков.
И не забывайте – иного не дано! И, соответственно, иного и не ждите!
А на самом деле всегда, прежде, чем думать о вмешательстве в какой-нибудь процесс, вначале следует хорошенько разобраться, в чем состоит этот процесс. И только поняв это, можно уже принимать решения - нужно ли его, это процесс поощрять, как-то стимулировать. А возможно, что делать нужно как раз обратное. Или – лучше будет вообще пока ничего не делать.
Сегодня в России мы видим и слышим много обсуждений путей и направлений развития страны, но, по сути, все эти дискуссии беспредметны – поскольку в нынешнее время мы живем в такой реальности, что думать надо о другом, а именно – пока и прежде всего,не о развитии процесса, который неизвестно, куда идет, но пока только о сохранении.[1]О сохранении того, что у нас пока еще есть. Или, другими словами – о приостановлении разгоняющегося процесса потерь всего того, что нам досталось от прежних поколений - нашей экономики, нашего народа, нашей страны.
Как этот процесс затрагивает нашу экономику, наш народ, нашу страну? На самом деле, нынешний этап развития этого процесса привел к такому результату, что российская экономика – уже не наша, свой народ мы теряем и по частям, и в целом, и страна наша все больше и больше перестает быть субъектом мировой политики и еще и все более утрачивает свои суверенные права на оставшейся у нее территории.
В отношении экономики РФ есть официальные, никем не опровергаемые данные, что все основные ее активы принадлежат иностранным лицам и что осталось считанное число отраслей (далеко не самых важных), которые вообще способны существовать (не развиваться, а только существовать!) вне механизмов их финансового, патентного, технологического, корпоративного, и т.д. надзора и регулирования со стороны внешних контролеров и надсмотрщиков.
Из своего народа мы уже потеряли от 50 до 80 миллионов человеческих единиц –сразу при распаде СССР, и еще от 15 до 20 миллионов –за период постсоветской так называемой «демократизации» России. Кроме того, при преступном бездействии наших властей мы уже допустили, что оставшиеся на Украине наши люди превратились в наших врагов (в новых поколениях – практически поголовно!), и мы не знаем, не случится ли того же в Белоруссии и в Казахстане – после ухода Лукашенко и Назарбаева.
А что такое легко может случиться, показывает крайне неуклюжая, лишенная ясной цели и часто вообще бессмысленная политика и практика действий наших властей в отношении стремящихся к нам народов и населения Абхазии, Южной Осетии, Приднестровья, Армении, Таджикистана - и даже уже находящихся в составе РФ Крыма, Калининградского анклава и всего Дальнего Востока.
А в отношении страны мы имеем сейчас территорию, которая на всех своих границах обременена зонами конфликтов, противостояний, претензий, и т.д. со стороны бывших наших добрых соседей и прежних союзников, многих из которых мы даже раньше называли своими братьями.
Некоторых из них мы сами оттолкнули – или даже приложили руку к замене в них благожелательно относящихся к нам правящих режимов – Афганистан, Иран, Ирак. Болгарии мы позволили в обеих последних войнах выступить на стороне наших врагов. А в отношении румын (православных) и албанцев (которые были единственным народом, всегда приветствовавшим присутствие нашего флота в Средиземном море), мы умудрились иметь стабильно испорченные отношения – как при коммунистах, так и при последующих правящих режимах, уже отказавшихся от коммунистических идеалов.
И везде, по всему периметру наших границ, мы имеем сейчас тлеющие конфликтные ситуации или зародыши потенциальных военных противостояний. Грузия уже воевала в Абхазии и в Южной Осетии, Армения и Азербайджан спорят из-за Нагорного Карабаха, Приднестровская республика держится только на оружии, оставшемся в ней с советских времен, Калининградская область уже блокирована войсками НАТО по всем своим границам.
А сейчас, когда Запад уже дружно сплотился на платформе антироссийских санкций, никто там почему-то не хочет вспоминать, что вторая мировая война началась с Данцига – немецкого города, отторгнутого у Германии по Версальскому договору, который Польша никак не хотела возвращать немцам, положившись на военные гарантии Англии. А англичане, одновременно с подтверждением своих гарантий Польше, скрытно заверили Германию, что проявят в этом случае такое же «понимание», как и прежде в отношении Судетов (в потом – и всей Чехословакии и, далее, и Австрии).
И теперь мы фактически имеем такой же «Данциг» на Украине – людей, которых мы не можем бросить, но которых и не готовы защищать открытым военным вмешательством. Давайте только представим себе, что кому-то на Западе придет в голову повторить тот же старый трюк: пообещать киевским властям «полную и безоговорочную поддержку» - и намекнуть Москве, что они все же не будут возражать против действий «принуждения к миру» на левобережной Украине.
В таких случаях обычно говорят, что большой войны никто не хочет – а потому ее и не будет. Но точно также все говорили и в 1914, и в 1941. Так же говорили и в 1990 году. Да, большой, тотальной войны не случилось, но просто потому, что для разгрома СССР хватило и невоенных, непрямых средств воздействия. Сначала СССР навязали гонку вооружений (хотя уже имеющегося в стране ракетно-ядерного оружия было вполне достаточно для оборонных целей), затем элиту убедили в том, что в проблемах экономики виноват исключительно режим единой правящей партии (примера Китая тогда не было) и что, разделившись, союзные республики будут жить лучше.
А дальше, на волне антикоммунизма, развалили Варшавский договор и дальше, по той же схеме, постсоветские республики любыми путями втягивались в разные антироссийские акции. С эскалацией: от критикигоспланирования и русского языка - и до территориальных и финансовых претензий к России и до вступления в антироссийские военные союзы и группировки.
И если традиционная политика России всегда была направлена на поддержание, вдоль ее границ, цепи дружественных государств – на западе, на юге, на востоке, то теперь Россию по этим же границам окружают исключительно враждебные политические режимы. Причем эта их враждебность часто не имеет никаких корней в истории их связей с Россией – взять Афганистан, Иран, Румынию, Венгрию, не говоря уже о Болгарии и Чехии со Словакией, но активно инспирируется крупными европейскими державами, которые от прямых конфликтов с Россией пока воздерживаются.
С помощью таких стран-лимитрофовЗападу удается, с относительно незначительными затратами сил и средств, поддерживать постоянную напряженность на границах России с этими странами, чему способствует и ускоренное включение этих стран в блок НАТО и размещение на их территории передовых воинских подразделение уже непосредственно самих западных стран. И при этом самым тревожным является то, что эта напряженность все более часто прорывается уже до эскалации прямых конфликтов и боестолкновений – с Грузией, с Турцией, а теперь уже и с Украиной.
Такая «игра с огнем» и сама по себе очень опасна, но даже если она и останется просто игрой, то все же на этом фоне оказывается очень просто выводить Россию вообще за рамки всех норм международного права. На этом фоне нас уже приучают к тому, что международное право, если оно и есть (а Америка при Трампе вообще ставит свои интересы выше любых норм международного права), то уж, во всяком случае - не для России. Пресловутая политика «двойных стандартов»!
Таким образом, с точки зрения стран Запада, позиционный выигрыш для них уже обеспечен – поскольку главная цель поддержания такой напряженности вокруг России достигаетсяими в любом случае. А эта цель состоит в том, чтобы исключить модернизационное развитие России (Китая им и так уже вполне достаточно) и задержать нашу страну в режиме мобилизационной экономики: ориентированной на цели автаркического, внутреннего самовыживания и надежно устраненной из числа самостоятельных игроков на поле мировой экономики и политики.
А в той политике, которая сейчас проводится центральной властью из Москвы, мы видим фактически «подыгрыш», или, по меньшей мере, согласие с Западом играть по навязанным им правилам и в рамках очерченного ими политического пространства.
И эти ограничения никто уже даже и не пытается хотя бы как-то маскировать. Они открыто объявлены и четко сформулированы: экономика – как сырьевой придаток Запада (кое-кто цинично формулирует, Россия - это просто «периферийная бензоколонка»); о едином народе (русском или советском – неважно) следует навечно забыть, приняв пустую формулу «многонационального народа» (либеральный Интернационал – на смену Интернационалу пролетарскому!);страна, если и «держава» - то региональная и периферийная, и основная роль государства в ней – поддержание порядка «вокруг трубы» и в районах горных разработок.
В Москве эти нормы и «протоколы» адаптируются для более легкого усвоения российским населением. Не «бензоколонка» - а «вовлечение российской экономики в сложившуюся систему международного разделения труда».
«Многонациональный народ» - все и во всем равны: и чукча имеет право разбить свой чум на Красной площади, так же как и русский имеет право играть на гармошке на мысе Дежнева, и каждому полу равные права и отдельные туалетные комнаты (в Германии третий пол уже узаконен, и недолго ждать, когда равные «половые права» признают и за остальными меньшинствами и прочими нетрадиционалами).
СССР, при его «многонациональном составе» оказалось просто некому защищать. Теперь по тому же коридору стремятся направить и Россию – которая, конечно, должна быть федерацией. И эта новая Россия, как новое государство на постсоветском пространстве обязательно должна формироваться таким образом, чтобы при всяком подходящем случае любые национальные активисты могли бы поставить вопрос о выходе из этого государства – разумеется, «в полном соответствии с нерушимыми конституционными нормами» - прихватив с собой не только чужие земли, но и проживающее на них население (для последних «нерушимые конституционные нормы» почему-то не действуют).
А если кто-то потом вдруг одумается и решит восстановить свое присутствие в российском государстве, то для этого местных конституций и референдумов уже недостаточно и он должен дожидаться разрешения «вашингтонского обкома». Но зато те же чукчи могут оперативно получить согласие на вступление в США (в «Соединенные Штаты Америки, Азии и т.д.») – вслед за эскимосами Аляски и жителями Гавайев. Или грузинам могут разрешить вступить в НАТО – до Северной Атлантики из Тбилиси действительно просто рукой подать![2]
Ну и конечный вывод относительно России: на этих широтах в мире никто не живет – в Канаде все ее население живет к югу от широты Крыма, а в Скандинавии люди живут только по причине наличия рядом Гольфстрима. Поэтому – для России полезного населения должно быть не более 20-25 миллионов (включая северные народы – как экзотику для туристов), остальным можно предложить минимальную социальную помощь - на время, пока они окончательно не определятся и не освободят территорию любым удобным для себя способом.
Возвращаясь к необходимости разворота к «сохранению» - а не «развития» неизвестно чего и неизвестно куда – начинать надо с экономики.
Во-первых, надо вернуть понятие «национальной экономики» (например, в Германии этому понятию соответствует термин «народное хозяйство» - как это было и у нас в советское время). Для этого надо убрать маскировочные инструменты, которые используются для прикрытия негативных явлений, которые имеют место в этой сфере.
В частности, следует отказаться от применения показателя ВВП, валового внутреннего продукта, заменив его на показатель ВНП – валовой национальный продукт. Последний показатель отличается от первого тем, что в нем не учитывается продукция, произведенная внутри страны на предприятиях, принадлежащих иностранному капиталу, но, при этом, добавляется продукт, произведенный за рубежом предприятиями, контролируемыми национальным капиталом.
Для этого, как очевидно, необходимо разработать понятие «национального капитала», установить правила и требования выделения такого «национального капитала» и вести систему постоянного мониторинга и контроля за соотношением национального и иностранного капитала во всехважных отраслях экономики.
При этом необходимо особо выделить добычу невосполнимых природных ресурсов. В тех случаях, когда добыча таких ресурсов осуществляется предприятиями иностранного капитала, следует предусмотреть перевод их на режим концессий и операторских контрактов (при котором весь добытый продукт остается в собственности государства, а предприятие-оператор получает установленное соглашением фиксированное денежное вознаграждение).
Во-вторых, статистически следует разделить вывоз запасов, ресурсов, и вывоз продуктов труда народа. В первом случае мы имеем чистый вычет из национального богатства – и нужно статистически следить, имеем ли мы в отношении такого вычета компенсирующий его, этот вычет, ввоз ценных активов из-за рубежа.
Во втором случае мы вывозим продукты, произведенные трудом народа, и для такой торговли годится обычная статистика товарного оборота, показывающая балансы по ценности таких обменов, по весу, по доле в ценах на обмениваемые товары добавленной стоимости, и т.д.
Показатель ВВП вреден еще и тем, что он помогает скрывать реальное состояние дел в экономике. Например, он растет, когда поднимаются мировые цен на нефть. А оплачиваемые государством экономисты тут же выдают этот рост за экономический подъем «в результате правильной политики правительства».
Когда в экономике дела обстоят совсем худо, то за экономическое развитие выдается рост государственных инвестиций в проекты, которые к экономике никакого отношения не имеют – на проведение Зимней олимпиады в Сочи и на строительство и реконструкцию стадионов для чемпионата мира по футболу. Действительно, от роста таких затрат растет и показатель ВВП.
Рост военных расходов в связи с операциями в Сирии и на строительство Крымского моста также дают прирост ВВП, но их эффект – краткосрочный и на модернизацию экономики они никак не воздействуют.
Отметим также, что в ВВП включены статьи, которые позволяют улучшать статистику, не прилагая никаких усилий для развития экономики и для повышения благосостояния населения: расходы на управление, на образование и здравоохранение, обороты в банковском секторе, на транспорте, и т.д. К примеру, развитие местного производства сельхозпродуктов и продажа их по низким ценам на местных рынках дает меньший прирост ВВП, чем завоз этих же продуктов из Китая, с соответственно повышенными затратами на их транспортировку и логистику.
Показатель ВВП помогает скрывать, за общими цифрами, сохранение негативных явлений структурного характера. В промышленности рост есть, но он связан исключительно с производством вооружений и с добычей сырья. Экспорт растет - но по тем же причинам.
«Несырьевой экспорт у нас всегда был очень незначительным» - отмечает директор Института «Центр развития» НИУ ВШЭ Н. Акиндинова, - «Мы уже несколько лет не видим в этом секторе роста ни в денежном выражении, ни, что важнее, в расширении ассортимента товаров».[3]
Следует также устранить и искажения в правилах частной экономической деятельности, накопившиеся за истекший период и противоречащие основным принципам рыночной экономики.
Во-первых, вместо суррогатных, манипулируемых денег следует ввести правильные товарные деньги – задающие твердый товарный эквивалент стоимости всем участникам рыночной деятельности и исключающие произвольное вмешательство в вопросы товарно-денежного обращения со стороны как местных «регуляторов», так и зарубежных, международных институтов.
Правильные товарные деньги позволяют собственникам капиталов рассчитывать коммерческую окупаемость инвестиционных проектов. Суррогатные деньги возможность такого расчета абсолютно исключают.
Во-вторых, необходимо введение правильного налогообложения бизнеса. Правильного – значит, позволяющего инвесторам окупать свои первоначальные вложения капитала без угрозы их конфискации фискальными или иными методами. Сейчас порядок налогообложения бизнеса в России таков, что собственники вложенных капиталов должны платить налоги даже и с бесприбыльной деятельности, и даже непосредственно из или за счет первоначальных вложений капитала.
Но если налоги исключают возможность воспроизводства вложенного частного капитала, то на деле это означает прямой запрет частного рыночного хозяйствования.
В-третьих, необходимо введение правильного подоходного налогообложения. Сейчас в России в форме НДФЛ действует частный налог на фонд заработной платы предприятий, при этом основные виды деятельности, приносящие богатство в РФ, этим налогом вообще не облагаются.
Миллиардные состояния складываются в сфере добычи природных ископаемых, в банковском бизнесе и в сфере финансовых спекуляций, в «черном секторе» экономики, однако экспортерам сырья бюджет платит премии (в виде возврата НДС), банкиры и дельцы финансового рынка вообще освобождены от НДС и не платят налоги с переводимых за рубеж капиталов и доходов, а для доходов полулегального и совсем нелегального характера государством предусмотрен вообще полный иммунитет от любых налогов.
Вместе с тем, усиленному налогообложению (сразу тремя налогами) подвергаются заработки граждан, не превышающие даже минимального прожиточного уровня. А с точки зрения экономической науки такие заработки вообще доходами не считаются – как суммы вознаграждения, компенсирующие затраты трудовых усилий работников.
А при правильной системе обложения доходов – которая существует практически во всех странах мира – никаких льгот для любых «левых» и совсем преступных доходов не существует (такие доходы должны обязательно декларироваться, и налоги с них, если они достаточно высоки, взимаются по особо высоким ставкам). И заработки работников в пределах до 1 тыс. дол. в месяц не облагаются никакими налогами также практически во всех странах мира.
Итак, сохранение частных капиталов, защита заработков основной массы населения – это и есть сохранение нормально работающей рыночной экономики. Но эту задачу надо решать – а она государственной властью пока даже и не формулируется!
Народ является основой всякого государства. Как пишут в конституциях разных стран, государственная власть не только «от народа», но и «для народа».
В РФ народу не повезло, власти он совсем не нужен. Поэтому людям у нас позволяют нищать даже при полной трудовой занятости (феномен, не известный ни в одной другой стране мира!), установленный закон размер прожиточного минимума жить на него не позволяет (эксперимент, проведенный недавно одним молодым человеком, лишил его пяти килограммов «живого веса» только за один месяц; дальше врачи потребовали положить конец этому опыту).
А теперь «врагом номер один» для правительства стали пенсионеры– которые свои пенсии своим трудом уже давно отработали, но государство предпочитает об этом забыть и говорит, что это где-то ошиблось в расчетах и теперь для работающих пенсионеров денег нет, а для всех остальных работать на пенсию придется лишние пять лет.
Вообще, главную оценку деятельности государстванаселение России уже дало: оно вымирает. Старые люди на пенсии долго не задерживаются, а молодые люди своих детей (на смену себе) и вовсе заводить не хотят.Интересно, что при «проклятом коммунистическом режиме» население России почему-то сильно росло (загадка - как это удавалось так плодиться «десяткам миллионов заключенных»?).
И правительство дает на эту оценку свой адекватный ответ: ничего, нас не запугаешь, будем завозить мигрантов.
В истории много примеров, когда недовольные народы свергали своих правителей, но пример, когда власть, недовольная народом, открыто заявляет о возможной – или даже, желательной?! – ликвидации своего народа, прецедентов пока не имеет (хотя «красные кхмеры» могли бы этот вывод оспорить).
Как нам все это исправить? Ну, вначале надо убрать тлеющую бомбу «многонациональности». Убрать из Конституции этот ущербный термин, вернуть в нее понятия единого государства, единой нации.
А за отдельными, «местными» нациями и народностями закрепить права «национальной автономии» - в рамках единой нации и на единой государственной территории они вправе культивировать любые свои национальные особенности. Хотят лезгины ходить с кинжалами, а казаки – с нагайками – пусть ходят. Хотят отдельные конфессии иметь свои школы и училища – пусть открывают и содержат. Не хотят мусульмане посылать своих дочек в смешанные школы – пусть не посылают.
Но все эти их национальные мероприятия – за свой счет. Ни копейки и ни рубля из общего федерального бюджета – чтобы за счет денег единой нации не финансировались особенности, отделяющие одни «местные» нации от других, или выделяющие эти «местные» нации из единой общегосударственной нации.
Вместе с тем - если будет на то ясно выраженное общее пожелание - можно будет создать, по примеру Германии, Фонд межнациональных (в ФРГ – «межземельных») трансфертов, в который отдельные национальные образования вносят определенные денежные взносы, из которых затем, по взаимному согласию всех участников такого Фонда, будут финансироваться те или иные мероприятия.
Возникнет ли отсюда угроза для существования отдельных «местных» наций и народностей? Скорее – наоборот. Именно вмешательство центральной власти ведет к тому, что дети из новых поколений северных народов не хотят хранить традиции отцов и даже отказываются говорить на их языке. А, чеченцы, например, при всех ассимиляциях заучивали имена своих предков на целых восемь поколений назад.
На самом деле, из центра и за счет денег центра процессы таких ассимиляций не следует ни тормозить, ни поощрять. Действительно, в СССР тратились огромные средства на развитие окраинных национальных культур.
И что мы теперь видим? Во всех прибалтийских республиках молодые люди легко сбрасывают свои «национальные особенности» и охотно отказываются даже от своего природного языка – в пользу культур и языков тех стран, которые они выбирают для своего нового местожительства. Старики – да, остаются верны своим традициям. А что будет после них? Если эти страны не сумеют найти путь самостоятельного экономического процветания, подобно Финляндии, то через два-три поколения эти малые нации вообще исчезнут с лица земли.
И вот другой пример – Украины, которая стремится построить свое национальное самоопределение на местном малороссийском наречии и на крайнем русофобстве. Крайнем – потому, что в той же Украине есть люди, которые – с полным на то основанием – утверждают, что Украина – это и есть настоящая Русь, Россия, и что «москали» - этопросто какая-то смесь татар и угро-финнов. Но при этом, в их понимании, «их Руси» русский язык не нужен, они хотят оставить себе свое местное наречие.
Но как нам на это реагировать? Предположим, что Украина, по примеру Израиля, возродившего иврит, станет богатым процветающим государством – богаче всех своих соседей. Что же, мы будем только рады.
Но тогда почему бы украинским властям не позволить русским людям на их территории жить так, как им нравится – по своим обычаям, со своей религией и со своим языком. По примеру того же Израиля – который ни арабам, ни христианам ничего не диктует.
И эта проблема нас затрагивает, поскольку люди нашей нации, русские, живут и продолжают жить на территории отделившейся от России Украины. А в остальном нас должно интересовать только одно – как эти новые государства относятся к России и к русским. И если Россия вдруг опять, в третьей мировой войне подвергнется новой агрессии, то встанут ли они на сторону этих агрессоров, или примут сторону России, или займут позицию нейтралитета.
И к этим вопросам у российской государственной власти есть свой законный интерес. И было бы странно – и даже преступно – если бы наши власти такого интереса не проявляли.
А в остальном – все эти языковые и прочие проблемы этих стран (и любых других стран) нас вовсе не должны волновать. Пусть живут, как хотят.
Теперь – о внутрироссийской национальной политике. Здесь все просто. Если мы хотим сохранить единую страну, то нам надо иметь единую нацию. Не единственную, но, в основе – единую. То есть, поступать ровно так, как ведут себя немцы, итальянцы, японцы и китайцы.
Характерно, что у нас есть к этому и подсказка в нашей филологии. Национальный тип в нашем языке определяется не существительным, а прилагательным – «русский», т.е,, прямо совпадает с названием нашего языка. Точно так же и у немцев: «дойче» - это и немецкий язык, и немец. И в итальянском: «итальяно» - это и язык и сам итальянец. Можно привести и другие примеры.
Отсюда и вывод: «русский» у нас в России – любой, кто не объявляет себя «нерусским».И при этом каждый «русский» может добавлять себе свое местное происхождение: «русский татарин», «русский башкир», «русский» - калмык, карел, осетин, грузин, армянин, и т.д. Без каких-либо ограничений – и «русский» немец, кореец, ирландец, швед, и т.д.
И в Конституцию надо вернуть «русский народ». Хорошим примером в этом отношении может послужить Конституция Испании, в которой определено: «испанцы и другие народы Испании».
Но, соответственно, и любому гражданину РФ будет позволено считать и именовать себя «нерусским». И тоже – с добавлениями или без.
И еще надо категорически запретить – законом, если это будет необходимо – обсуждать в СМИ всякие различия людей по цвету волос, разрезу глаз, «по крови», по именам и фамилиям[4] и, разумеется, по цвету кожи.
Это всё – о нормахзакона. А в бытовом обиходе каждый может называть себя как хочет (Блок: «скифы мы…»). Но надо восстановить указание национальности в паспорте – в котором каждый может попросить писать по своему выбору – «русский», или иной другой. Или, кто затрудняется, у кого папа и мама разной национальности, то либо по папе, либо по маме, или просто – «нерусский».
Стоит ли с этим тянуть? Поставим тогда вопрос по-другому: а нужна ли нам вообще единая нация? Безусловно – если взять все ключевые моменты нашей истории. Против поляков у нас воевали все, и все – «православные». Против французов все, и все – «русские». Против фашистов тоже все – «советские». И сейчас все наши недруги говорят: «Россия» и «русские».
И наша мафия за рубежом – тоже всегда «русская». Хотя часто и по фамилиям, и по лицам природных «Иванов» и «Петров» среди них вовсе не бывает. Все и всегда русские – и «Япончик», и «Тайваньчик», и даже Дед Хасан.
А теперь вспомним: Петр Первый завозил в страну голландцев, Екатерина Великая – немцев, следующие правители России присоединяли к империи новые территории и новые народы.
Сейчас, в нашей новой политике, мы всех «отпускаем» - и тех, кого спасали от истребления или ассимиляции (грузин, армян, прибалтов), и тех, кто впервые получили в СССР свою государственность (Украина, Белоруссия, Казахстан), и тех, кто от такого «отпущения» страстно отмахивался (абхазы, осетины, караимы, и др.).
Конечный результат: от некоторых мы вовсе избавились (немцы, персы, греки), других – принимаем избирательно (спортсменам и актерам (Жерар Депардье, Стивен Сигал) – «да», менее заслуженным старообрядцам и графам-князьям – пока нет), третьих, вроде уже окончательно хлопнувшим дверью, наоборот, приглашаем (таджиков и киргизов).
Да, новый наш лозунг – многонациональное государство, но почему такая избирательность? Пример Европы не дает покоя? Кто-то решил построить новую комбинацию «нового россиянского народа», но где и когда это решение принималось? И когда нас спрашивали? Когда мы все за это голосовали?
«Сбережение народа – вот главная задача, которая должна стоять перед властью» - это сказал Шувалов. Тот еще Шувалов, царский, который – граф.[5]
И теперь – о стране, о нашем государстве. В самом его основании заложены еще две бомбы с тлеющим взрывателем. Одна – это провозглашение нынешней России новодельным образованием, без своей истории и без каких-либо исторических корней, и вторая – сохранение оставшегося от советского периода разделения страны на национальные образования (субъекты РФ).
Откуда взялась нынешняя Россия? А вот так. Пришел Ельцин: «Здравствуйте, россияне, я принес вам независимость (от кого?) и вот вам ваш новый флаг. А язык можете оставить себе прежний, только теперь вы все – «россияне» и еще - «русскоязычные».
А потом Ельцин ушел – и нас теперь за всякий «неверный шаг» стали наказывать. И «верный» ли любой наш шаг или «неверный» - решаем не мы. Более того, нашего мнения не только не спрашивают, но нам и вообще иметь свое мнение запрещено. Тем более, что критерием «верности» или «неверности» наших действий служит одно простое правило: все, что идет в защиту национального интереса России – то неправильно и неверно. Но если наоборот, то тогда всё – верно и правильно.
А точнее – осуждаются и преследуются любые действия, направленные на защиту единой государственности и единой нации России. Противные же действия – меньшинств и частей против основной массы и целостности – приветствуются и поощряются.
Вот два характерных примера. Крым уходил из России дважды – при Хрущеве и при Ельцине. В обоих случаях Запад молчал. Между тем, Украина в обоих случаях уже занимала свое отдельное место в ООН и почему бы не объявить тогда санкции против нее по этому поводу?
Скажут, Россия в ООН не обращалась.Но и Сирия в ООН не обращалась, однако асадовский режим «воспитывают» уже много лет по полной программе.
Но вот Крым вернулся в Россию – и сразу все возбудились. Россия сразу стала «врагом Украины» – вся государственность которой и создавалась-то только усилиями России! Напомним – при поляках украинский язык был вообще запрещен (а «погром» из польского языка именно через Украину перекочевал в русский язык). И еще Украина дважды была в составе Германии. И никакой государственности немцы тогда украинцам даже и не обещали.
А из-за Крыма против России сразу стали возводить пирамиды санкций.
И другой пример. Запад – и США, прежде всего - всегда старались найти признаки антисемитизма именно в СССР, в России. Ни Испания, ни Франция как-то в этом отношении их внимания не привлекали.
Но вот Израиль сообщил американцам, что евреям не позволяют выехать из СССР.И США немедленно вводят санкции против СССР, требуя права свободы выезда именно для евреев. Советские власти уступили, и евреям стали разрешать выезд, причем, вместе и со своими родственниками-неевреями.
Естественно, эта привилегия стала вызывать недовольство в народе, которое почему-то сразу привязали к «историческому антисемитизму». А причину этого недовольства умышленно вывели за скобки.
Но очевидно же, что если бы такую привилегию дали, например, только грекам, тов народе появился бы «антиэллинизм», а если бы только карело-финнам – то, соответственно, «антисуомизм».
На самом деле, в этом случае власти США и СССР можно былоскорее обвинитьв согласованном сговоре – в сговоре с целью возбуждения антисемитских настроений среди масс народа, которые до этого на тему евреев и вовсе не заморачивались.
Действительно, почему Конгресс США в своей борьбе «за права человека» не потребовал свободы выезда из СССР для любых советских граждан. И почему правительство СССР, уступая этому давлению, не дало право свободного выезда из страны и любым другим гражданам, гражданам «нееврейской национальности»?
Так что политика «двойных стандартов» в отношении СССР и России отрабатывалась уже давно, она не является изобретением только ХХ1 века.
Но что мы можем сделать в этом случае, ведь Запад и Конгресс США нам никак не подконтрольны? На самом деле, этого и не надо. Надо просто изменить свою собственную политику – политику фабрикации искусственных поводов, оснований, можно даже сказать, инициации заведомо провокативных действий, которым мы постоянно снабжаем и раздражаем наших противников за рубежом.
Действительно, сначала мы отказались от царской России – и нас после этого двадцать лет не признавали, а за возврат Выборга грозили новой Антантой. Затем мы отказались от СССР, и с формальным признанием РФ тянуть не стали только потому, что мы обещали собрать у себя все ядерное оружие СССР и взять на себя все советские долги.
Но вот с этим разобрались, и теперь «виной» России стали признавать любое движение в сторону защиты национальных интересов страны и законных прав ее народа. Сейчас это – Крым и левобережная Украина, до этого – Абхазия, Южная Осетия и Приднестровье, еще до того – сотрудничество с Ливией и Ираком, и т.д.
И за все – угрозы и санкции, или – санкции и угрозы.
Пора положить этому конец. Тем более, что все «ключи» - в наших руках.
Самое первое, что нужно сделать – это восстановить историческую преемственность нынешней России от России императорской. Одним этим движением мы придадим всем изменениям в территориальном составе страны за все предшествующие годы временный, условный характер. Это касается и всей Прибалтики, и Польши, и всех южных регионов.
Эта мера позволит немедленно выделить Россию из всех прочих государственных образований, сформировавшихся на ее территории. Ведь это Россия, в лице СССР, создавала такие государства, как Казахстан, Украина, Молдавия, все прибалтийские республики. И все это создавалось руками тоталитарного, оккупационного коммунистического режима, который у нас официально запрещен –после запрета правившей в Советском Союзе КПСС.
А раз так, то именно у России исторической есть полное и легитимное право решать, кто, как и на каких условиях может забрать у нее какие -либо территории, выйти из ее состава, или, наоборот, просить восстановления в ее составе.
Здесь нет ничего «вечного»: с Белоруссией у нас уже есть союзное государство (которое, кстати, тоже может стать поводом для «санкций»), Абхазия и Южная Осетия независимы чисто формально (никто признавать их не хочет, а в Грузию они уже не вернутся ни при каких обстоятельствах), Приднестровье мы все равно не можем бросить, Молдавия в этом своем нынешнем статусе никак не останется, и если она не согласна быть поглощенной Румынией, то у нее только одна дорога – обратно в Россию.
А с Украиной ситуация еще хуже – если она не российская и не советская, то принадлежность ей всех ее западных земель становится совсем нелегитимной.
И вот еще пример Армении, которая в самый короткий срок убедилась в том, что самостоятельной и обороноспособной она может быть только в тесном альянсе с Россией.
Какие у России право на такую позицию? Не меньшие, если не большие, чем были у Германии – в отношении ГДР и Западного Берлина, у Китая – в отношении Гонконга, Макао и Тайваня, у корейцев – на объединение обеих частей страны, и т.д.
Второе – надо немедленно объявить ничтожность Беловежских соглашений – которые Украина все равно не исполняет, а с Белоруссией они покрываются Договором о создании Союзного государства.
И третье – объявить, что те республики, которые покинули СССР без соблюдения соответствующих законных процедур выхода из союза должны ожидать подтверждения этого акта со стороны нынешней российской власти. Этой последней мерой мы сразу режим вопрос об Абхазии и Южной Осетии – Грузия вышла из СССР нелегитимно и с присвоением «чужой собственности», теперь с этими первыми двумя республиками Россия уже урегулировала их статус, а остальные грузинские земли должны ждать своей очереди.
Помешает ли это поддерживать нам нормальные отношения с нынешней властью Грузии? Никак нет. С Японией у нас до сих пор нет даже мирного договора и у нас есть отдельные отношения с Китайской Республикой (Тайвань), которую КНР считает частью своей территории.
Итак, устранение всех поводов, которые могли бы использоваться нашими противниками для обоснования навязываемых нам ограничений (на торговые сделки с отдельными странами, на вводимые нами защитные меры в отношении внутреннего рынка, на другие действия по регулированию хозяйственной и финансовой деятельности в стране, и т.д.) и применения режима санкций – это необходимый первый шаг по реальной защите суверенитета России.
Но нужен и второй шаг. Он касается другой «бомбы» - существующего подразделения нашего государства на «национальные квартиры», на национальные субъекты.
В этом контексте мы имеем вечные проблемы: почему Чечне не дали тех же прав, которые имеет Татарстан, почему в Башкирии правят башкиры, которые по численности занимают в этом субъекте только третье место (после татар и русских), почему одни национальные образования – самостоятельные субъекты РФ, а другие таких прав не имеют, и т.д.?
Обычно ссылаются на «наследие СССР», однако СССР, до Горбачева, существовал по факту как унитарное государство. И при Сталине, и после него в СССР не было никакого механизма управления «союзного характера». Высшим органом власти было Политбюро ЦК КПСС, в котором никогда не было «представителей» отдельных наций или союзных республик. Сталин, Орджоникидзе и Берия не представляли грузин, Хрущев – украинцев, Мазуров – белорусов, Микоян – армян, Каганович – евреев, и т.д. Алиев и Шеварднадзе при переводе на работу в Москву должны были прервать все свои контактыс своими республиками.
Еще более характерный факт: крупнейшая республика в составе СССР, РСФСР, реально на своей территории ничем не управляла!
И только Горбачев вдруг решил, что СССР должен управляться представителями союзных республик. Естественно, что такое решение немедленно стало фатальным и для него самого, и для страны в целом.
Позднее он написал книгу – «Союз можно было сохранить!», что подтверждает полное непонимание им того факта, что именно его попытка переформатировать унитарное государство в союзное, федеральное, как раз и привела к разрушению этого государства.
Сейчас – ситуация абсолютно аналогичная. Фактически Россия управляется - и существует! – как абсолютно унитарное государство, но при этом одновременно, вовне и в отношениях национальных элит, пытается изобразить из себя нечто федеральное, какое-то составное образование. В этом смысле политическое управление нашей страной можно сравнить с управлением автомобилем – при одновременно нажатии на педали газа и тормоза.
Потом кто-то может написать книжку – «Федерацию можно было сохранить!»Или – «Воспоминания о второй гражданской войне».
Унитарная Россия, состоящая из 15-20 губерний, управляемых назначаемыми из центра генерал-губернаторами, и ниже – полноценное и финансово самостоятельное местное самоуправление – вот та модель, которая может спасти страну от национальных и иных межрегиональных конфликтов. И для целей только сохранения – далеко еще не развития!- экономического потенциала регионов необходимо восстановление управления ими в режиме совнархозов, крупных хозяйственных единиц с такими параметрами, которым сейчас не удовлетворяет ни один субъект РФ.
Второй шаг – скорейший переход к этой модели, реализация на деле правильного управления территориальным развитием России.
Но этого мало. Изменив методы и порядок управления, мы еще не затрагиваем сам субъект управления.
Между тем, сейчас ситуация складывается так, что все основные экономические активы России переходят, или уже перешли, под иностранное управление. И в этом переходе, состоявшем из двух этапов, первый уже практически завершен. Наступает очередь второго этапа.
О чем идет речь? «Наши олигархи» - уже не наши. Многие из них уже получили паспорта других государств, а их дети и наследники – уже поголовно не «наши люди». Это – уже безвозвратно, никаких рычагов воздействия на них уже нет, или почти уже нет.
Остается только признать этот факт. Но не останавливаться только на признании этого факта, а начать действовать в этих новых условиях.
На самом деле, есть два способа защитить интересы России в такой ситуации. Первый – пересмотреть условия приватизации крупнейших и самых важных объектов нашей экономики.Обоснование – и продажи госсобственностиза ваучеры, и последующие продажи госактивов, и залоговые аукционы – все они предусматривали ограничение круга покупателей национальными лицами.
Сейчас статус этих лиц меняется – и это вполне законное основание для изменения условий приобретения этих активов. Такая практика есть во всех странах мира. В США распродажа военного имущества по бросовым ценам допускалась только для граждан США, и те сделки, при которых американцы выступали просто подставными лицами для иностранных собственников, потом вполне успешно оспаривались в судах.
В Германии распродажи собственности ГДР также ограничивались кругом только немецких граждан, и нарушения этого правила строго преследовались, с обязательным изъятием ранее проданных активов.
Кроме того, есть нормы и исторической реституции собственности. Предположим, сейчас некоторые здания или земельные владения в РФ по тем или иным причинам вдруг оказываются в собственности иностранных лиц.
Но если у этих объектов прежде были российские собственники, у которых эти объекты были изъяты без выплаты должной компенсации, то сейчас наследники этих собственников должны иметь право на возврат этих объектов. Или – альтернативно – на уплату им со стороны нынешних собственников полной суммы компенсации за утрату имущества и в возмещение утерянных выгод за все время лишения их прав на владение этим имуществом.
Все это – в нормах обычного права, и все соответствующие процедуры в странах рыночной экономики давно и детально проработаны.
Второй способ – применение особого, повышенного налогообложения для случаев перевода активов за рубеж. Для такого налогообложения необходимо принятие особого закона, но он также остается в рамках обычного правоприменения во всех странах рыночной экономики (в остальных странах эти вопросы решаются еще проще – до полной конфискации имущества и уголовного преследования в отношении лиц, занимающихся таким «уводом» активов; пример – последние действия королевской власти Саудовской Аравии).
Таким путем, не выходя за рамках обычной правоприменительной практики, возможно возвращение в руки государства до 50 % от стоимости выводимых из страны активов.
Теперь – о втором этапе. В ряде исследований показано, что реальная власть в стране принадлежит всего нескольким десятков семейных кланов. Например, в исследовании М. Литвинович приводится список двадцати семей, «контролирующих экономику России» - от Бортникова и Жукова до Чайки и Шувалова.[6]
И самое беглое изучение приводимых экспертами данных об их собственности, показывает, что все они, сами или через своих родственников, прячут свои богатства за рубежом. Большей частью – в США и Великобритании, но также и в других странах. При этом «для большей безопасности» (как мы увидим, мнимой) подавляющая часть владения этими активами оформляется через фирмы и фонды, зарегистрированные в так называемых оффшорных юрисдикциях.
Но вот президент США принимает закон о борьбе с финансовыми злоупотреблениями (ФАТКА), который неимоверно расширяет экстерриториальные полномочия американских правоохранительных органов. Теперь любая операция, в которой были задействованы либо американский доллар, либо имело место участие американского банка (включая и зарубежные филиалы банков США), может быть оспорена американским прокурором, расследована им и. при выявлений нарушений американского законодательства (включая и новый ФАТКА), наказана как штрафами, так и возможной полной конфискацией задействованных в данной операции активов.
При этом жесткость новых норм определяется и тем, что американские прокуроры ни за кем бегать особенно не собираются: если эти активы сразу забрать не удается, то он просто арестуют имущество всех лиц, задействованных в данной операции – американских компаний, банков, граждан.
И отсюда ограничения для всех подозреваемых в данной деятельности лиц многократно возрастают: либо американские банки – и действующие через них другие банки – просто отказывают таким лицам в банковском или финансовом обслуживании, либо произвольно замораживают деньги на их счетах, с последующим обращениям в американские инстанции.
При негативном ответе результат понятен. Но американские прокуроры и с положительными ответами не спешат, они могут и дальше требовать еще дополнительных уточнений, справок, обращаться за консультациями к коллегам из других стран, и т.д. – и все это время, до бесконечности, деньги клиента оказываются замороженными, поскольку снять с них ограничения по своей воле банкиры очень опасаются.
Это – в США. Но вот аналогичные законы приняты и в Великобритании. В этой стране с февраля 2018 года начинает действовать режим так называемых «ордеров на сомнительные активы» (UnexplainedWealthOrders–UWO). По таким ордерам производятсяаресты и конфискации имущества «необъясненного происхождения», в отношении которого его собственник не может представить британским властям удовлетворительного объяснения его происхождения. При этом расследованию могут подвергаться любые активы, стоимостью от 50 тыс. ф.ст. (стоимость автомобиля средней стоимости).
Смысл установления такого пониженного порога министр безопасности Великобритании Бен Уоллес объяснил очень просто: «чтобы мы могли достать любого преступника – от уличного торговца наркотиками до международного олигарха».[7] При этом в СМИ приводились данные, что ежегодно через Лондон отмывается до 90 млрд.ф.ст. «грязных денег» со всех концов мира.
И россияне в этой деятельности совсем не последние: так, расследование, проведенное международным консорциумом журналистов, выявило, что только за период в 2010-2014 гг. из России через молдавские и латвийские банки было выведено более 20 млрд. «серых денег», осевших в конечном счете именно в Лондоне.[8]
При этом в Лондоне сейчас только постоянно проживает более 100 тыс. российских граждан, а с временно наезжающими – еще много больше. И все они – люди не бедные, на 50 тыс. ф.ст. жилье в Лондоне не купишь. Значит, все они – уже под прицелом.
Но вернемся к нашим семейным кланам. Все они – присутствуют в Лондоне. А многие – еще и в США. У всех у них там есть прямые родственники. И еще у всех у них – крупные активы записаны на фирмы в оффшорных юрисдикциях.
И вот здесь самое важное: на самом деле все более-менее значимые офшорные юрисдикциисосредоточены в англосаксонском мире, все они работают через доллары США и британские фунты стерлингов, во всех в них задействованы американские и британские банки, фонды, фирмы, и практически во всех в них работают – или ими управляют – американские и британские граждане.
Иначе говоря, все эти оффшорные юрисдикции – теперь абсолютно прозрачны для американских и британских правоохранительных органов.
И вот теперь – антироссийские санкционные списки. Все наши олигархи и все наши семейные кланы – уже там. В этих списках также и многие министры, депутаты, генералы, губернаторы, прокуроры, судьи, и т.д.
И все они – «удачно» прячут и всегда прятали свои богатства, свои накопления именно в юрисдикциях англосаксонского мира (банки там надежные, валюты – крепкие, а английское право –самое «правильное» и самое справедливое!). И, разумеется, мало кто из позаботился о документальном сопровождении всех своих капиталов, доходов, денежных транзакций. А нет документов, значит – арест, замораживание, конфискация. Конфискация всего, «нажитого непосильным трудом».
И уже сейчас – «под колпаком» у американских и британских властей многие миллиарды российских денег. Прокуроры терпеливо ждут: не поступит должных объяснений – все эти деньги уйдут в британскую и американскую казну.
Что это еще означает для нашего государства?А это означает, что у семейных кланов, управляющих Россией, остается нелегкий выбор: либо они лишаются всех свои богатств («а за что тогда боролись?»), либо…
«Чистая вербовка» - словами нашего президента. Нормальных, документальных подтверждений легального происхождения своих богатств у них нет. Таких зарплатных ведомостей они, конечно, представить не могут. Но даже и самого простого документа – вот, есть накопления на миллиард долларов, и вот справка о 130 миллионов долларов, уплаченных в виде НДФЛ – у них тоже нет.
Но тогда нужно что-то объяснять, что-то доказывать просто на словах. Но здесь, чтобы тебе поверили, чтобы тебе пошли навстречу, надо проявить уже нечто больше, чем просто красноречие на добротном лондонском наречии. Надо проявить – лояльность. Лояльность к стране, лояльность к ее системе правления, лояльность к этому конкретному следователю или прокурору.
Но лояльность к США или к Великобритании для российского олигарха или чиновника, это, одновременно – и нелояльность по отношению к России. Вот такой выбор. И иного – не дано.
Что делать нашему государству в такой ситуации? Вариантов совсем мало, но, все же, они есть.
Первое предложение к таким попавшим «под колпак» людям: все – продать, все – вернуть в России. Для этого уже объявлено создание собственных оффшорных зон в РФ.
Но: а) для кого-то уже поздно; б) для всех других - в этих российских зонах нет ни англосаксонских банков, ни английского права, ни подходящих инвалютных активов; в) дети, племянники, бабушки-дедушки в эти зоны не поедут.
Другое предложение: продать все у англосаксов и перевести капиталы в другие страны. А куда? В Эмираты, в Саудовскую Аравию? Но там коррупционеров сильно не любят. В Швейцарию? И близко не подпустят. В Китай? И думать не моги!
И что же остается? А, вот, к примеру, Афганистан, Турция, Украина, «наша» Сирия. И еще есть Исландия.
Но не для всех все так плохо. Если попробовать найти в себе «еврейские крови», то вполне можно перебраться в Израиль. Там своих не выдают. Но нужно поспешить, поскольку всех там не примут, и есть опасность, что американцы быстро потребуют эту лазейку прикрыть.
И вот еще одно предложение – просто взять и повиниться перед российским государством. Заплатить все ранее пропущенные налоги (и получить соответствующую справку!) и предложить еще кое-что сверху. Такие предложения уже озвучивались: доплатить за баснословно дешевую приватизацию госпредприятий, пересмотреть выплаты по залоговым аукционам, ввести особый разовый чрезвычайный налог на капитал (по ставке до 50 %), и другие.
Варианты, в принципе, пока есть. Но нужно спешить. «Окно» их переборов может быстро закрыться. И тогда – уже не позавидуешь. Ни нашим олигархам, ни нашим семейным кланам, ни нашей стране. Не пришлось бы снимать новую серию фильма – «Россия, которую мы потеряли!»
И вот что мы видим – вот что творится с нашим государством! Сейчас против него уже открыта новая агрессия - фактически начата Третья мировая война, 3МВ. Но если в первой МВ на стороне России, против континентальных держав, была вся мировая Антанта, то во второй МВ ряды этой Антанты сильно поредели: на сторону противной России силы перешли Финляндия, Франция, Италия и даже Испания.
В третьей МВ против России – уже ВСЕ страны! И к привычно занимающим сторону любого противника России Болгарии, Турции и Румынии добавились совершенно неожиданные Грузия, Молдавия и Украина!
И сейчас граница этой враждебной России силы проходит уже не западнее Варшавы (канун 1МВ) и не по Бугу-Днестру (канун 2 МВ), а по Днепру-Дону.
И сейчас, да, в военном отношении – мы много сильнее. Но в политике и экономике – отставание зияющее.
В разовом обмене военной силой мы пока крепки. Но если на нас никто не нападет, нас будут изматывать блокадами, санкциями, торговыми барьерами, отказами покупать нашу нефть и газ – долго ли мы тогда продержимся?
СССР был велик и силен. И никто на него не нападал. Но он оказался слаб в обычной, «кухонной», экономике и не состоятелен (в лице Горбачева) в своей внешней и внутренней политике.
И, вот, страна распалась – без всяких бомбежек и агрессий. Все элиты, на всех уровнях, оказались несостоятельными.
А сейчас у нас надежной экономики, мы теряем свой народ, и у нас нет никакой веры нашим элитам. К чему мы готовимся, к чему мы готовы?
В 1913 году мы отпраздновали триста лет Российской империи, в 1987 году отметили семьдесят лет Советскому Союзу. «Демократической России» не исполнилось и десяти лет, как от нее отказался сам ее основатель.
А «Вертикальная Россия» держится уже почти двадцать лет и нам говорят – «свободным выбором народа!»А кто этот народ, который исполнительно ходит на эти свободные выборы?
Военнослужащие, госчиновники и пенсионеры – их голосов вполне хватает, остальным можно не беспокоиться. А среди этих остальных особенно популярны профессии продавцов и охранников – которым все равно, чем торговать, и все равно, кого охранять! И еще – «теневой сектор», с которым у власти нет никаких контактов, и с которым никто не знает, что делать.
Вот силы, которые сейчас как-то сосуществуют на территории нынешней России. Сосуществуют, но практически никак между собой не взаимодействуют. И практической нужды в таком взаимодействии они, эти силы, совсем не ощущают.
А когда им сверху возвещают, что пора искать некий национальный интерес, то они просто недоумевают: для военных и чиновников – надо просто дать соответствующий приказ, а для остальных «национальный интерес» давно уже ясен – надо постараться выживать, несмотря на все, чтобы там не творили и не обещали кремлевские правители!
Советский капитал – в людях, в их способностях и умениях, в освоенных научных открытиях и в отработанных технологиях – заканчивается. Хотя природные богатства нашей странывсе еще велики и их эксплуатация пока позволяет содержать армию, чиновников и пенсионеров.
Но вот с пенсионерами уже встает проблема – их, оказывается, слишком много и на их всех денег стало не хватать.
Армия у нас сильна, но она богатства не производит, наоборот, на ее содержание надо выделять все больше ресурсов и денежных средств. И если российская экономика перестанет предоставлять армии достаточные средства, то армия будет работать на ту экономику, которая даст ей эти средства. Какая это будет экономика – китайская, германская, американская или какая иная – мы не знаем.
С чиновниками – то же самое. Им нужны должности и хорошие оклады. А кто им платит – Золотая Орда, подпитываемые немецкой кровью императоры Романовы, коммунисты-интернационалисты или новые русские, все, как правило, уже с неросийскими паспортами – им все равно.
Таким образом, оказывается, что Россия национальная, Россия историческая, никому не нужна. Ее природные ресурсы уже сейчас ушли в иностранные руки, чиновники уже привыкают кормиться с этих иностранных рук, армия уже сейчас готова получать свое довольствие не в рублях, а в долларах (или в других деньгах, которые не будут обесцениваться по воле спекулянтов).
Остаются пенсионеры, которые тоже от долларов бы не отказались, но какая от них польза? Поэтому их решено потихоньку вытеснять, оттеснять от кормушки. А раз так, то и решение этой проблемы – просто дело времени.
Итак, к чему мы приходим? Конец истории? Конец России? Точнее – конец российской истории. И эта та альтернатива, которая кажется все более и более единственной!
Вспомним, капитан «Титаника» получал много предупреждений об айсбергах. Но он был непоколебим и заверял президента компании (которому случилось также быть на борту судна): «Броня крепка, и баки наши полны!» (А где мозги – там пламенный мотор!)
А президент так и не догадался, что капитан, оказывается, был инфицирован. Он где-то подхватил вирус, который ученыепотом назвали «icebergizzignoramus» (I-I–вирус АйАй). А побочный эффект заражения этим вирусом -фатальная уверенность больного в том, что он полностью и совершенно здоров.И потому он не нуждается ни в каком лечении!
«А врачи – пусть говорят что хотят! Что они понимают в судовождении? А Президент мне верит – вот что главное!»
«Ай, капитана! Поберегись, капитана!»
Жужжит, не слышит, болезный!
Из письма кабардинцев Александру Первому, прозванному «Благословенным»:
Мы слышали, государь, что около тебя есть дурной человек по имени Правительство, от которого мы очень страдаем. Прогони, молим тебя, государь, прогони его от твоего лица».[9]
КАК, ПОДДЕРЖИМ БРАТЬЕВ-КАБАРДИНЦЕВ?
[1] Мы говорим здесь о «сохранении» - просто, чтобы не использовать более правильное и более уместное слово – «спасение». Говоря о «сохранении», мы пытаемся найти в нем остаток надежды на то, что негативное развитие всех упомянутых здесь процессов все же можно остановить. Если бы все же оставить слово «спасение», то ситуация показалась бы совсем провальной. Действительно, когда страну надо «спасать», но никто даже и думать об этом не хочет, то ее фатальный конец становится неизбежным. В 1917 году буржуазные демократы своим бездействием довели Россию до катастрофы. Сейчас все это повторяется, но в худшем варианте: тогда у России в мире были все же союзники и внутри страны у власти были доверяющие ей народные массы. Сейчас этого и близко нет. Поэтому здесь эта наша игра с терминами – своего рода попытка приукрашивания уже реально почти безнадежной действительности.
[2] Россия также, поспешив подписать со всеми отделившимися республиками договора «о территориальных разграничениях» (к слову, весьма сомнительных и по сути своей, часто нелегитимных), дала «зеленый свет» для приема этих республик в НАТО. Без такой «отмашки» из Москвы эти республики войти в состав НАТО никогда бы не смогли. К примеру, Турция имеет большие проблемы с НАТО (и с Грецией) из-за участия в разделе Кипра. Утверждение, что без этих договоров Россия «не может жить», также абсолютно несостоятельно – с Японией у нас даже мирного договора нет, но и это обстоятельство поддержанию нормальных международных отношений с нею никак не мешает.
[3] Огонек-Коммерсантъ, № 2, 22 января 2018 г., 14
[4] Еще Лермонтов писал: «Я знавал Иванова, который был чистокровный немец, и Вернера, который был природный русак».
[5] Цит. по: Соколов-Митрич Д. Реальный репортер, М. 2013, с.128
[6] Литвинович М. Власть семей. 20 кланов, контролирующих экономику России. М. 2012.
[7] Огонек-Коммерсантъ, № 5, 12 февраля 2018 года, с. 19
[8] Там же.
[9] Цит. по: Махров А. Вставай, Россия! Москва, 2010, с.6.