Текст, фото: Александр Хитров
Ох, как же мне не хотелось ехать на эту гору. Как же я хотел остаться дома, в тепле. Но нет. Проект зовет, труба орет, сроки поджимают. Взяв волю в кулак, я согласился стать попутчиком двух ребят, пожелавших взобраться на Снежную. И теперь могу с уверенностью сказать, что это был самый сложный и экстремальный поход в моей жизни. Ну и самый глубокомысленный. В чем же там дело? Читайте и мотайте на ус.
Гора: Снежная (1682 метров) находится на территории национального парка «Зов Тигра» в Чугуевском районе Приморского края. На склоне горы Снежной берет начало река Уссури, самая большая и полноводная река Приморья.
Расстояние от Владивостока: 319 км.
Варианты подъёма: от села Ясное через кордон Национального парка «Зов Тигра» хорошая грунтовая дорога - Верхнеуссурйиская - позволяет на высокопроходимом транспорте в сухую погоду добраться не только до подножья горы Снежная, но и подняться по одному из отрогов до креста, обозначающего исток реки Уссури. И от села Щербаковка по лесам, по долам.
Участники похода: Александр Хитров, Стас и Максим.
Дата: 29-30 ноября 2017 года.
Первая попытка попасть на гору Снежную не увенчалась успехом: мы шесть часов прорубали дорогу походным ножом, застревали в снегу и в итоге не смогли заехать на серпантин из-за скользкого снега. От места застревания до вершины оставалось каких-то 15 километров, на часах было также 15 часов. В тот раз мы решили не рисковать и просто повернули назад. Все-таки пройти 30 километров - дело не из легких, да и по ночному лесу идти не очень приятно.
Спустя неделю мне написали ребята (Стас и Максим) из Drope Rope, мол, поехали с нами. Отказываться от такого шанса было нельзя: во-первых у нас кончились командные деньги на поездки, а во-вторых - сроки-то поджимают. Из-за пожароопасного периода команда PrimDiscovery оказалась вынуждена немного сдвинуть дату окончания проекта. Но несмотря на это мы укладываемся "горный год", как и заявляли ранее.
Итак, решение было принято быстро, и уже в четверг к обеду я был готов покорять вершину, которая нас не пустила в прошлый раз. К сожалению, Даша не смогла присоединиться к этой поездке. Но, как показала практика, в итоге я снова был рад, что все так сложилось.
Ребята заехали за мной в 12 ночи. Я еле втиснулся в небольшой Сузуки Джимни, явно не рассчитанный на людей моего телосложения - ноги не вытянуть, да и вообще сидишь в одной позе, как йог. Багажник и второе пассажирское место были завалены рюкзаками и теплой одеждой.
Долго не думая, я просто завалился спать - дорога дальняя, в окно все равно ничего не видно. Сон - лучшее решение, чтобы сократить время ожидания.
Перед тем как покинуть пределы города мы заехали к кому-то за снегоступами. Сразу хочу сказать, что ранее не пользовался этими страшными на вид штуковинами. Но тогда я подумал, что с ними, наверное, куда лучше шагать по глубокому снегу, чем без них.
Проснулся я, как и в прошлый раз, перед воротами национального парка "Зов тигра". На часах было около 6 утра. Ворота были закрыты, свет в инспекторской избе не горел, дым из трубы не шел. Сотрудники спали. Да и что им делать в такую рань, да еще и среди недели, когда и туристов-то нет. Белая табличка, бережно прибитая к стенду справа от ворот, гласила, что нацпарк работает с 9 утра и до 19 вечера. Ребята решили не ждать два с половиной часа, а пошли будить инспекторов. Как говорится, "раньше сядешь, раньше встанешь". На шум вышел мужчина, явно не довольный столь ранним появлением гостей. Что-то пробормотав, он ушел обратно и, судя по всему, лег спать. На дальнейший стук в дверь долго никто не реагировал и не выходил. Но парни все-таки добились своего - в итоге нам-таки выписали пропуск на посещение национального парка, предварительно предупредив о стоявших в то утро сильных морозах - градусник показывал -26 градусов.
Радостно прыгнув в автомобиль, мы въехали на территорию нацпарка. Дорога уже была до боли знакомой - каждая преграда, каждый брод и каждое поваленное дерево напоминали о прошлой поездке. А как было приятно, когда мы без труда проезжали места, где виднелись результаты нашей нелегкой работы неделю назад - расчищенная дорога, прорубленные и оттянутые к обочине деревья.
К 9 утра мы добрались до места, где в прошлый раз не смогли заехать. Джимник без труда преодолел это скользкое препятствие. Я ликовал - неужели эта гора дастся так легко, неужели мы сможем доехать до самого подножья, без особых усилий залезть на вершину и испить ледяной воды из истока Уссури. Сложностей ой как не хотелось, все-таки за год это была уже 19-ая вершина проекта и 21-ое восхождение на гору. Когда слишком часто бываешь в похожих местах, ситуациях, это начинает немного надоедать, а потом ты просто все это ненавидишь. Так и я за этот год возненавидел приморские горы. Не потому что они плохие, просто слишком часто и слишком сложно они даются.
Пока я размышлял о вечном - о горах. Пока мои мысли были заняты чтением про себя различных мантр о своей нелюбви к горам, о предстоящем походе и о Сестре. Пока мой взгляд был направлен в одну точку - вперед. Пока я зависал, до моего слуха донёсся знакомый и неприятный звук пробуксовки... "Приехали", - с горечью подумал я. А ведь мы проехали от места, где в прошлый раз не смогли забраться с Артемом, всего каких-то 450 метров. Это ничто с остальными 15 километрами.
Машина скользила на снегу и не хотела ехать дальше. Пытаясь взять этот подъем с разгона, мы скатились в сугроб и где-то с полчаса пытались вытащить автомобиль. Тогда решили закончить начатое, бросить автомобиль в этой точке и дальше идти пешком. На часах было 9 утра.
Перекусив кобасками, салом, печенюшками и запив все драгоценным горячим чаем, мы выдвинулись в путь. Сборы заняли чуть меньше часа. Время шло назло медленно. Хотелось быстрее закончить этот поход и вернуться к своим домашним делам, пусть они будут немного скучными, зато в тепле, и чай можно пить бесконечно.
Вообще выходить из машины не очень хотелось изначально - на улице давил мороз. В этом походе я очень многое понял: о выносливости, о тренировках, о силе воли, о правильной экипировке, о еде в походе, о замерзающем термосе и камерах, о крылатых выражениях, ставших жуткой явью. Я впервые понял значение выражения "мороз давит". В то утро он действительно давил. Ноги не спешили идти, хотелось завернуться во что-нибудь теплое и закопаться как можно глубже в снег, чтобы ни единый лишний градус не смог добраться до тебя, чтобы ни единый порыв ветра не смог коснуться твоего, и без того обмороженного за считанные минуты, лица. Единственное, что согревало меня в то утро, день и вечер - это беспрерывная ходьба и борьба с самим собой. Борьба за жизнь и здоровье, борьба за идею и проект. Борьба со своей слабостью и отчаянием.
Я впервые понял значение и другого выражения - "мороз трещит". Это было ужасно, это было пугающе и в тоже время интересно. Быстро передвигая ногами и все ближе подбираясь к заветной вершине, я все отчетливее слышал боль деревьев - то слева, то справа до меня доносились звуки треска древесины. Сначала я боялся их, думал, что падает какое-то дерево, поврежденное пожаром. Оглядывался, всматривался в эти покрытые тонким слоем замерзшего снега стволы, искал то самое, которое вот-вот должно было начать падение, но ничего не видел. Это был треск мороза. Деревья трещали от холода. Этот звук доносился до моих ушей, он продирал мен насквозь, я чувствовал его сердцем.
Так мы медленно продвигались вперед. Гора маячила где-то вдали, мы её даже не видели. Лишь заснеженная дорога, трескучие деревья по бокам и бесконечные следы зайцев на снегу. Идти было несложно. Силы еще не кончились, я чувствовал себя хорошо, пусть и лицо было немного замерзшим - но это ерунда.
Спустя полтора часа с момента, как мы вышли от автомобиля, гора показала себя во всей красе. Мы вышли на так называемую видовую площадку, откуда открывался замечательный вид на Снежную и близлежащие вершины. Я был заворожен - полностью покрытая снегом вершина горы была окутана белым облаком, которое растворялось с той же скоростью, что и появлялось вновь. Это было и красиво, и в то же время ужасающе. Что нам ожидать на вершине: туман или шквальный ветер? снег или прекрасную панораму уссурийской тайги?
Всматриваясь в вершину, я поймал себя на мысли, что не могу открыть правый глаз - на этой видовой дул свежий обжигающий ветер. Я не мог понять, холодно лицу или жарко. Оно горело, оно испытывало боль от прикосновения миллионов острых иголок. Незаметно из глаз текли слезы. Нет, я не плакал - это все ветер. Они-то и замерзали у меня на ресницах. Пришлось снимать перчатки и отогревать ресницы.
Простояв на видовой несколько минут и сделав пару кадров, выдвинувшись в путь, мы тут же увязли в снегу - было решено воспользоваться снегоступами. Я впервые надевал их. Стас провел краткий ликбез и бодрым шагом направился дальше. Хочу сказать, что ребята держались молодцами во время всего похода. Мне даже казалось, что они не с этой планеты, что они не знают и не понимают таких чувств как усталость, холод и желание пить. Они лишь шли быстрым шагом к своей цели. Я периодически замерял скорость, с которой мне приходилось поддерживать их темп - gps-навигатор показывал 4,2 км/час. И это по снегу, и это в снегоступах, и это с рюкзаками за спиной, пусть они и не были слишком тяжелыми.
А тем временем время близилось к обеду, а мы все шли и шли. Подъемы казались все более сложными, скорость постоянно падала. Я уже не был тем бодрым туристом, который отдалялся от припаркованного автомобиля в сторону горы Снежной. Я больше был похож на изможденного жаждой и жарой путника, заблудившегося в пустыне. Поменяйте слово "жажда" на желание выпить горячего чая, а "пустыня" - на бесконечную хладнокровную змею под названием "дорога". Дорога в буквальном смысле высасывала из меня последние силы, ноги не хотели идти, я чувствовал себя ужасно уставшим. Делая все более частые остановки, я сбивал и без того участившееся дыхание. Мне хотелось завершить этот поход. Пусть эта вершина будет здесь, прямо на дороге. Хватит. Зачем куда-то идти, зачем эти страдания, ради чего?! Но, смотря на все еще бодрых ребят и вспоминая о наших обещаниях, я из-за всех сил пытался отогнать плохие мысли и просто идти дальше.
Ближе к двум часам дня мы уже практически подобрались к самой горе. Её уже можно было потрогать руками, вот она, справа. Смотришь вверх и кажется, что до вершины рукой подать. От этих мыслей силы стали понемногу возвращаться, идти стало легче. Открылось очередное дыхание. Недолго думая, мы решили штурмовать вершину и пойти в лоб. На оставшийся серпантин истратили бы еще около часа, а так вот она, совсем рядом, так близко. Почему бы и не рискнуть.
Под снегом коварно прятались камни, где-то росла карликовая береза, ветер уже приятно обдувал меня, было немного жарко. По крутому косогору, ведущему к нашей цели, я не шел, а карабкался, упав на карачки. Ребята убежали далеко вперед и теперь казались совсем игрушечными. Я же делал по 20-30 шагов и садился на снег, чтобы отдышаться. Ноги снова становились каменными. Но чувство близости вершины придавало мне сил. Да и когда видишь её очертания, то делаешь еще больше шагов, становишься ближе еще на метр, другой.
Сильно хотелось пить. Воду мы не брали - она все равно бы замерзла, а вот термосы были. Мой был уже наполовину пуст, да и объемом он небольшой - всего один литр. Услышав радостные крики откуда-то сверху, я решил сделать пару глотков согревающего напитка перед последним рывком. Однако термос не хотел открываться - крышка-стакан намертво примерз к колбе. Голыми, без перчаток, руками мне также не удалось его открыть. С горем пополам я открутил крышку, но вот незадача - пластмасса так и осталась на колбе, а у меня в руках была лишь металлическая оболочка. Пришлось прибегнуть к "дедовскому способу" - ударить крышкой обо что-нибудь твердое. Выбрав камень посимпатичнее, я попытался аккуратно ударить крышкой, но попытка успехом не увенчалась. Термос был как литой. Ударив еще сильнее, я все-таки смог добраться до своего чая. Я жадно глотал теплый напиток и с горечью смотрел на осколки пластмассы, разлетевшиеся от удара. Один стакан лопнул. Так гора получила свою первую в нашем походе жертву. А я наконец-то утолил жажду.
Это придало мне сил. Я встал на ноги и практически добежал до того места, где ребята устроились на перекус. Мы были буквально в нескольких метрах от вершины, но из-за сильного ветра решили сначала подкрепиться, а потом закончить начатое.
Рюкзаки мы оставили на месте, взяли лишь флаги, я - свой фотоаппарат. Стоило буквально на сантиметр вылезти на вершину, как сильный шквальный ветер пожелал опрокинуть нас вниз. Такой мощи, такой силы я еще не встречал. Я мог лежать на этом ветру, собственно, что я и попытался сделать, и у меня даже получилось. Откинувшись чуть назад, я расслабился и практически парил, правда, упираясь ногами в камни. Вершина была полностью покрыта снегом, лишь чуть обнажив острые камни. Тригопункт лежал ниже - его сдуло ветром.
Камера GoPro уже давно отказалась работать - мороз быстро посадил весь комплект батареек. А фотоаппарат выдавал ошибку, когда я пытался включить видеозапись. Кадры давались все сложнее и сложнее - камера норовила попрощаться с жизнью. Каждый щелчок затвора сопровождался каким-то мерзким скрипучим звуком, будто кто-то царапает стекло. Лицо онемело практически сразу. Пальцы на руках перестали слушаться. Осознание, что я все еще фотографировал, приходило лишь от противного лязга затвора замерзшей камеры.
Кое-как сфотографировавшись на вершине поодиночке и с флагами, мы пулей слетели к нашему "базовому лагерю", к нашим брошенным вещам.
Добравшись до рюкзака, я упал на снег и просто орал от боли в пальцах. Я их не то чтобы их не чувствовал, я не мог ими шевелить, но ощущал, будто их режут тупым ножом. Боль была невыносимая. Ребята кричали, чтобы я тряс руками, махал ими, пытался пошевелить пальцами. Вместо этого я собрался с силами, нацепил рюкзак и просто покатился с горы. Нет, катился я не кубарем, я съезжал с неё на ногах, чуть присев, дабы не потерять равновесие.
Мы решили не спускаться тем же путем, что поднимались. Прошли по хребту как можно дальше и, найдя подходящее место, спустились на дорогу. Постепенно я стал согреваться, боль в пальцах усилилась и с режущей поменялась на колющую - значит, отогреваются, значит, кровь снова стала к ним приливать. Спустившись к нашей дороге, я уже мог ими шевелить, не работал и потерял чувствительность лишь указательный палец на левой руке. У Стаса были белые замерзшие пазухи носа, а Максим будто и вовсе не был на вершине - оба парня чувствовали себя отлично. Откуда в них столько силы и выносливости?
До машины мы шли довольно быстро - все-таки путь домой всегда прекрасен. Он придает уверенности и сил. Хотелось уже быстрее добраться до машины и, закутавшись во все свои одежды, лечь спать.
Время близилось к вечеру. Солнце постепенно пряталось за дальними сопками, а с противоположной стороны восходила холодая луна. Именно она впоследствии и освещала нам путь. Тогда я впервые увидел свою тень, отбрасываемую на снег от лунного света. Это была красивая и загадочная тень. Она двигалась более грациозно, более плавно, движения не были резкими - то ли я сам так шел, то ли не было того контрастного света, какой дает солнце.
Когда стало совсем темно, мы включили фонарики. В лесу стало тихо. Вместо треска деревьев я слышал рев тигра где-то неподалеку, а иногда вдали раздавались завывания волка. Конечно, все это мне мерещилось. Мерещились и тени, снующие между деревьями, буквально в нескольких метрах от нас. Адреналин разгонял кровь, согревая тело еще сильнее. К 19 часам мы вышли к нашему автомобилю. Это был лучший момент за весь день. Пешее путешествие продлилось ровно 9 часов. Девять часов мук и страданий. Девять часов постоянного мороза и колючего ветра.
Гора Снежная далась очень не легко. Могу с уверенностью сказать, что это был самый сложный поход в моей жизни. И самый холодный. Впереди нас ждет гора Сестра.
О проекте:
В течение года мы поочередно покорим 20 вершин, среди которых как хорошо известные многим приморцам популярные горы: Пидан, Фалаза, Чандалаз, Воробей, Ольховая и другие, так и совершенно новые, еще не видевшие массового туриста высоты.Все они будут досконально изучены, отфотографированы и описаны нашей творческой командой. Мы расскажем, как с минимальными затратами сил, времени и денег и при этом безопасно покорять желанные вершины. Покажем, для чего нужно их покорить, укажем безопасный путь к каждой. Поможем выполнить норматив почетного звания «Приморского барса» — покорителя 10 главных вершин края. Откроем совершенно новые вершины.