Вот бы мир превратился в беспечный костер,
Войны — в струны, а люди — в глубокие песни,
Которым сойдет три аккорда.
Я бы пальцы до крови, играя, натер
Ночью лунной, как рая наместник.
Мысли поздние — высшего сорта...
Вот бы мир превратился в беспечный костер,
Войны — в струны, а люди — в глубокие песни,
Которым сойдет три аккорда.
Я бы пальцы до крови, играя, натер
Ночью лунной, как рая наместник.
Мысли поздние — высшего сорта...