В Типичном городе сложно с планированием. Любые стремления начать жизнь с понедельника разбиваются о скалы традиционного быта. Вся планы на день здесь зиждутся на трёх китах: работа, быт и праздность.
Несмотря на это, можно попытаться вклинить в своё расписание творчество. У меня оно запланировано на среду. Однако графоман во мне то просыпается, то засыпает вне зависимости от моих стремлений. То же самое, скорее всего, происходит и с моими коллегами.
Даже у самых скабрёзных журналистов осенью вдохновение улетает на юг. «Типичка» молчит, посмеявшись над очередным политиком, размахивающим на своей агитации детской лопаткой, как мечом - эдакий местный рыцарь в сияющих доспехах тихого сумасшествия.
Советы «придумать веселые слухи» отметаются из-за отсутствия узнаваемых личностей, или просто личностей.
Творчество остаётся лишь в школьных домашних заданиях, где третий год подряд учительницу зовут Анишит Йокоповна.
Читая сочинения своих детей на тему «Как ко мне относятся домашние предметы (типа форточки)», типичные матери с хорошим воображением начинают придумывать детям психические расстройства. Хотя, по сути, сумасшедший во всей этой истории один - составитель учебника.
Спросите: зачем вообще простым работягам типичного города вдохновение? Чтобы искусно выносить мозг своим мужьям/жёнам, коллегам/друзьям, детям/родителям. Чтобы любой скандал, которых в стандартном многоквартирном доме сотни, имел свою изюминку. Только творчески подкованные люди, вдохновляясь своим внутренним демоном, на ужин чайной ложечкой едят чужой мозг.
Как же вдохновляют порой чужие скандалы: сколько сюжетов можно напридумывать, услышав бой соседской посуды...