(Хроника одного уголовного дела)
Сам текст кассационной жалобы заслуживает того, чтобы привести его полностью. За исключением «шапки», известной читателю по предыдущим событиям. Многое в её тексте так или иначе повторяет уже сказанное, но текст надо показать полностью для связного его понимания.
Начало. Часть 2. Часть 3. Часть 4. Часть 5. Часть 6. Часть 7. Часть 8.
Часть 9. Часть 10. Часть 11. Часть 12. Часть 13. Часть 14. Часть 15.
Часть 16. Часть 17. Часть 18. Часть 19. Часть 20. Часть 21. Часть 22.
Часть 23. Часть 24. Часть 25. Часть 26. Часть 27. Часть 28.
Обжалуется приговор от 15 сентября 2016 года (дело №1-304-2016, судья Скарбова Е. А.) в частях:
- по статье 134.5 УК РФ к 13 годам лишения свободы;
- по статье 135.4 УК РФ к 8 годам лишения свободы.
В части:
- по статье 134.1 УК РФ к 400 часам обязательных работ приговор защитой и самим осуждённым признаётся обоснованным и не оспаривается.
***
В части:
- по статье 134.5 УК РФ к 13 годам лишения свободы;
- по статье 135.4 УК РФ к 8 годам лишения свободы.
Защита считает приговор необоснованным
***
В основу обвинения по указанным выше статьям положены следующие утверждения:
1. Обвиняемый Сергеев знал о возрасте потерпевшей до начала полового акта с ней 19 июня 2014 года по адресу: ул. Лётчицы-героини, д. 59, кв. 24; – такое знание необходимо для квалификации преступления по указанным пунктам статей 134 и 135 УК РФ.
2. Обвиняемые Авдеев и Сергеев действовали группой по предварительному сговору; – это условие также необходимо для квалификации преступления по указанным пунктам статей 134 и 135 УК РФ.
***
Защита считает:
- Совершенно очевидно, что достоверная картина событий, происходивших 19 июня 2014 года по адресу: ул. Лётчицы-героини, д. 59, кв. 24, известна только тем, кто там присутствовал, а именно потерпевшей и трём осуждённым – Авдееву, Сергееву и Поплавской. Также эти события визуально зафиксированы на видеозаписи. Любые другие источники информации о случившихся тогда событиях – ничтожны.
***
В приговоре (см. стр 1, 2) говорится, что: «…суд … установил… что … в период времени с конца мая 2014 года по 20.06.2014 года, точная дата и время следствием не установлены, Авдеев, … Сергеев … и Поплавская, … находясь на территории Известного района Большого города, точное место в ходе следствия не установлено, вступили между собой в преступный сговор, направленный на половое сношение и на совершение развратных действий без применения насилия с несовершеннолетней Лолитой, … не достигшей 16-летнего возраста. В целях реализации совместного преступного умысла …. обговорили план своих действий, согласно которого Поплавская должна была склонить … Лолиту принять участие в совершении полового сношения и развратных действий без применения насилия Авдеевым и Сергеевым … 19.06.2014 Авдеев и Сергеев, реализуя совместный преступный умысел, … достоверно зная о возрасте Лолиты, … осознавая общественную опасность своих действий и предвидя неотвратимость наступления общественно-опасных последствий в виде нарушения … нормального физиологического и психически нравственного формирования личности, …, совершили половое сношение и развратные действия с Лолитой на добровольной основе без применения в отношении её физического и психического насилия». ….
Из текста приговора однозначно ясно, что суд не располагает точными данными ни о времени и месте преступного сговора, ни о самом его факте. Неизвестно, где, когда и о чём сговаривались подсудимые – даже диапазон вероятного времени сговора завершается 20 июня, то есть днём, когда описываемые события УЖЕ произошли….
Также ни из протоколов допросов, ни из переписки подсудимых в социальной сети не следует факта сговора, тем более – с участием Сергеева, который вообще не принимал участия в обсуждении предстоящих действий сексуального характера с Лолитой.
Преступный сговор, как таковой, предусматривает хотя бы какую-то согласованность действий тех, кто сговорился. В протоколах допросов подсудимых нигде не указано, что Авдеев и Поплавская где-то и как-то «оговорили план своих действий»; действия Сергеева тем более, ни с кем вообще не согласовывались, и его участие в половом сношении с Лолитой 19 июня 2014 года для него самого стало неожиданным сюрпризом. Более того, сам факт появления Сергеева по указанному адресу 19 июня 2014 в значительной мере случаен, о чём упомянуто в протоколах его допросов.
Из текста приговора никак не следует, что действия подсудимых Авдеева и Сергеева были согласованы и направлены на совершение преступлений, предусмотренных ч. 5 статьи 134 и частью 4 статьи 135 УК РФ.
Обвинение Авдеева и Сергеева в преступном сговоре основано не на фактах, а ТОЛЬКО на предположениях.
Также из текста приговора совершенно непонятно, каким образом подсудимые «предвидели неотвратимость наступления общественно-опасных последствий … в виде нарушения нормального физиологического и психически-нравственного формирования личности», ибо отсутствие общественно опасных последствий совершения преступления очевидно:
Потерпевшая и до и после встречи с подсудимыми вела активную половую жизнь и была весьма опытна, половую жизнь ведёт с ноября 2012 года, т.е. с 12-летнего возраста, что зафиксировано как в протоколах её допросов, так и в заключении эксперта Вершинина Леонида Олеговича №4825 от 22 декабря 2015 года, а также в заключении комиссии экспертов в составе Кудлаева В. Р., Сиротининой Т. Н., Кудлаевой Е. А. и Суслова О. В. №46 от 19 января 2016 года.
Согласно протоколу допроса Лолиты от 17 декабря 2015 года, стр. 3, где она сама говорит, что в 14-15 лет выглядела старше сверстниц, на возраст 16-18, следует, что увидев её, Сергеев не мог предположить, что ей меньше 16 лет.
Все указанные документы есть в уголовном деле.
Таким образом очевидно, что происшедшие 19 июня 2014 года события ничего не изменили в её жизни и не нанесли потерпевшей морального[1] вреда. ……
***
Далее, на стр. 5, 6 приговора в показаниях Поплавской, положенных в основу приговора, … говорится: «…в конце мая – начале июня 2014 года Авдеев предложил Сергееву участие в групповом сексе, но при этом не говорил ей о возрасте Лолиты. Сергеев был не против принять участие в групповом сексе. По-видимому, ранее Авдеев уже обсуждал с Сергеевым этот вопрос и Сергеев был согласен на участие в групповом сексе. … Позже … в автобусе 59 маршрута … в личной беседе в её присутствии… Авдеев сказал Сергееву, что … девушка несовершеннолетняя.… Сергеев, узнав возраст … отказался вступать с ней в половую связь. … Авдеев позвонил Сергееву и сообщил о времени встречи с Лолитой, при этом он назвал имя Лолиты и из разговора было ясно, что речь идёт о потерпевшей, ………. о сексе с которой говорилось в автобусе 59 маршрута…. Сергеев вскоре перезвонил Авдеев или в том же разговоре и дал своё согласие.
Утверждение о том, что Сергеев знал о возрасте Лолиты до совершения с ней полового сношения, основано на показаниях потерпевшей, которая, как видно из текста приговора, только предполагала это со слов Авдеева и Поплавской, а также из показаний Поплавской, которая якобы «видела, что Сергеев видел в автобусе 59 маршрута фото Лолиты, и якобы слышала их разговор». При этом Поплавская не смогла точно назвать ни дату разговора, ни даже кто кому звонил – как же после этого ожидать от неё через полтора года точности передачи содержания разговора, который она даже не могла слышать полностью, а достоверность её утверждения, что ей было ясно, что речь идёт о Лолите, вообще не выдерживает никакой критики.
Даже если сама Поплавская считает свои показания правдивыми, их точность весьма сомнительна ввиду как давности событий (с момента разговора до начала следствия прошло более полутора лет), так и сложности услышать и запомнить чужой разговор в автобусе, и, тем более, увидеть и запомнить, чьё фото кто-то кому-то показывал в этом же автобусе полтора года назад. Тот, кто хоть однажды ездил в автобусе, легко поймёт это.
При этом сами показания Поплавской, положенные судом в основу приговора, доверия не заслуживают ввиду того, что, очевидно, получены под давлением следствия. Это косвенно доказывается тем фактом, что следствие с этой целью держало её в статусе свидетеля до 18 марта 2016 года, хотя уже 16 декабря 2015 года в ходе допроса Поплавской в качестве свидетеля ею были даны признательные показания, подкреплённые объективно видеозаписью происшедшего, что в соответсвии с ч. 1 статьи 171 УПК РФ, является основанием для привлечения её к ответственности в качестве обвиняемой.
У Поплавской были также личные мотивы для оговора Авдеева и Сергеева, основанные на том, что Авдеев прекратил отношения с ней в начале 2015 года, а Сергеев отказался вступить с ней в интимные отношения, поскольку она была подругой Лёньки – его друга.
Судя по дальнейшему поведению Поплавской, после предъявления обвинения ей был обещан условный приговор в случае дальнейшего подтверждения нужных обвинению показаний, что косвенно подтверждается как тем фактом, что прокурор просил у суда именно условного её осуждения, несмотря на тяжесть предъявленных обвинений, так и тем, что, уверенная в условности приговора, Поплавская даже не явилась на оглашение приговора 15 сентября 2016 года.
***
Далее, на странице 8 приговора в показаниях потерпевшей говорится: «… Сергеев сначала отказался принимать участие в групповом сексе, когда узнал, что ей 14 лет, но потом Лёнька и Юля сказали ей, что он всё-таки согласился, она поняла, что они его уговорили. …. По дороге … Юля сказала, что Сергеев знает, что ей 14 лет…».
Отсюда следует, что потерпевшая знала о том, что Сергеев, узнав о 14-летнем возрасте неназванной девушки, с которой ему предлагалось встретиться, категорически отказался от такой встречи, а её предположение, что он позднее согласился на секс с ней, зная о её возрасте, основано только на словах Авдеева и Поплавской, которые её обманывали, а также на предположении, что Сергеев заранее знал, что речь идёт именно о ней, что судом не доказано.
***
Сам Сергеев категорически отрицает свою осведомлённость о возрасте Лолиты до окончания полового сношения с ней. Не зная о её фактическом возрасте он, естественно, не мог вступить в предварительный сговор с Авдеевым о совершении преступления, т.к., не зная фактического возраста Лолиты, он не мог знать о преступности совершаемых им действий, даже если бы приехал по указанному выше адресу специально для совершения полового сношения, что им отрицается, а материалами следствия не доказано. То, что потерпевшая в момент совершения преступления выглядела на возраст 16-18 лет, подтверждается, в частности, протоколом её допроса от 17 декабря 2015 года (см. стр. 3), а также другими документами уголовного дела.
***
Показания Авдеева, данные им на предварительном следствии, не выдерживают критики по причине того, что чистосердечное признание писалось им по указаниям следователя Можайкина в выражениях, подсказанных им. Сам Авдеев не был осведомлён о важности некоторых деталей и формулировок, записанных в этом документе, а, поскольку чистосердечное признание писалось без присутствия защитника, подсказать ему никто не мог. В соответствии с п. 1 части 2 ст. 75 УПК РФ, доказательства, полученные в отсутствие защитника, являются недопустимыми.
Показания Авдеева, данные на других допросах, подтягивались к данным в чистосердечном признании как давлением со стороны следователя, так и недобросовестными действиями защитника Сатокина А. Н., который на допросе 24 февраля 2016 года посоветовал своему подзащитному Авдееву отказаться от показаний, данных на очной ставке 17 февраля 2016 года, сообщив ему о якобы имеющейся угрозе перевода его из-под домашнего ареста в СИЗО, если он откажется, добавив, что по Сергееву такое решение якобы уже принято, чем запугал и ввёл в заблуждение своего подзащитного. Вскоре после этих действий Авдеев отказался от услуг защитника Сатокина А. Н., как не заслуживающего доверия. На суде подсудимый Авдеев от показаний, данных под давлением, отказался.
На странице 7 апелляционного определения от 22 ноября 2016 года написано: «…Положенные в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ и обоснованно признаны судом допустимыми… … следственные действия проводились в установленном законом порядке, в том числе с участием адвоката Сатокина А. Н., который был допущен к участию в деле по инициативе Авдеева, полномочия подтверждены ордером от 17 декабря 2015 года №497. Протокол допроса Авдеева в качестве обвиняемого от 24 февраля 2016 года составлен надлежащим образом, правильность изложения показаний удостоверена как допрашиваемым, так и его защитником, замечаний по процедуре следственного действия не поступило».
При этом суд не принял во внимание, что на очной ставке 17 февраля 2016 года, проходившей также с участием адвоката Сатокина А. Н., который был допущен к участию в деле по инициативе Авдеева, полномочия подтверждены ордером от 17 декабря 2015 года №497, были даны совсем другие показания, но при этом протокол очной ставки также составлен надлежащим образом, а правильность изложения показаний также удостоверена как допрашиваемым, так и его защитником.
Почему суд принял во внимание правильно оформленные показания обвиняемого на допросе 24 февраля 2016 года, но не принял не менее правильно оформленные его показания на очной ставке 17 февраля при том, что на суде обвиняемый Авдеев отказался именно от показаний, данных на допросе 24 февраля, как данных под давлением следователя? Более того, несмотря на противоречие в показаниях на очной ставке и на допросе, при отсутствии объективных доказательств, суд всё-таки положил эти показания в основу обвинительного приговора, который, согласно части 4 статьи 14 УПК РФ не может быть вынесен на основе предположений?
На странице 7 апелляционного определения от 22 ноября 2016 года написано: «…Из материалов дела усматривается, что позиция адвоката Сатокина А. Н., представлявшего интересы осуждённого на предварительном следствии, была активной, профессиональной, направленной на защиту интересов осуждённого…».
В реальности мы видим, что этот адвокат с лёгкостью удостоверяет показания обвиняемого, противоположные данным им семью днями раньше, которые он точно так же удостоверил. Более того, показания, удостоверенные им 24 февраля, положены судом в основу обвинительного приговора, чего Сатокин А. Н., в отличие от обвиняемого Авдеева, в силу своего профессионализма, не мог не понимать. О какой же защите интересов Авдеева может идти речь?
Налицо двойные стандарты и стремление во что бы то ни стало вынести именно обвинительный приговор.
***
Суды обеих инстанций отказали защите в допросе отца обвиняемого Авдеева по вопросу давления следствия на обвиняемого и свидетеля, что могло пролить свет на важные обстоятельства дела. Этим нарушены принципы равенства и состязательности сторон, изложенные в частях 1 и 4 статьи 15 УПК РФ, а также в статье 244 УПК РФ.
***
В качестве доказательства вины Сергеева суд ссылается на показания свидетеля Карпова В. Г. (см. стр. 13 и 14 приговора от 15 сентября 2016 года), показавшего, что Сергеев говорил ему о том, что Авдеев предлагал ему вступить в половое сношение с 14-летней девушкой.
При этом суд умалчивает о том, что Сергеев в том же разговоре категорически отказался от этого предложения (см. протокол допроса свидетеля Карпова В. Г. от 16 мая 2016 года, страница 3).
***
В приговоре (см. стр. 14) утверждается, что вина подсудимых Авдеева, Сергеева и Поплавской в совершении указанных преступлений подтверждается:
1) протоколом выемки (не указано, каким именно протоколом какой именно выемки);
2) протоколом обыска;
3) протоколами осмотра предметов (не указано, каких именно);
4) заключениями судебной психолого-психиатрической экспертизы (не указано, кого именно, хотя такой экспертизе подвергалась как потерпевшая, так и все обвиняемые).
При этом:
1), 2) протоколы выемки и обыска сами по себе НИЧЕГО НЕ ДОКАЗЫВАЮТ, кроме обнаружения указанных в них предметов, наличие которых само по себе тоже не доказывает ничего.
В протоколе осмотра предметов, а именно – системных блоков №№1, 2 и 3 и жёстких дисков №№ 1 и 2 – от 28 декабря 2015 года, указано, что сведений, интересующих следствие, они не содержат.
В протоколе осмотра предметов от 20 апреля 2016 года, а именно – осмотра предметов, изъятых при выемке 18 декабря 2015 года по адресу Большой город, «адрес», указано, что сведений, интересующих следствие, они не содержат.
В протоколе осмотра предметов от 21 апреля 2016 года, а именно – осмотра переписки в социальной сети «В Контакте» между подсудимыми Поплавской и Сергеевым показано, что между ними, действительно, был разговор о групповом сексе, однако НИГДЕ НЕ СКАЗАНО, что Сергеев согласился на это, также нигде не упоминается, что разговор шёл именно о Лолите, то есть переписка НЕ ДОКАЗЫВАЕТ ни осведомлённости Сергеева о возрасте Лолиты, ни того, что речь шла о сексе именно с ней.
3) Протоколы выемки составлены с нарушением требований, изложенных в части 3.1 статьи 183 УПК (при выемке электронных носителей информации отсутствовал специалист), что, согласно части 1 статьи 75 УПК РФ делает какие-либо доказательства, полученные при этом, НЕДОПУСТИМЫМИ. Тем не менее, суд первой инстанции в приговоре от 15 сентября 2016 года на странице 10 упоминает в качестве вещественных доказательств протокол осмотра предметов, изъятых у отца осуждённого Авдеева (см. протокол выемки от 17 декабря 2015 года), в частности – двух жёстких дисков персонального компьютера, которые, в соответствии с ч. 1. Статьи 75 УПК РФ не могут быть признаны допустимым доказательством. Несмотря на то, что в апелляционных жалобах защитник осуждённого Авдеева Муромцев и осуждённый Сергеев указывают на то, что доказательства получены с нарушением уголовно-процессуального закона, судебная коллегия посчитала, что «… положенные в основу приговора доказательства получены с соблюдением требования уголовно-процессуального законодательства РФ и обоснованно признаны судом допустимыми».
4) В заключениях судебных психолого-психиатрических экспертиз не содержится каких-либо данных, указывающих на вину подсудимых; более того в них содержатся данные, характеризующие личность потерпевшей, а также действия её в качестве аморальных и провоцирующих преступление.
***
Таким образом, протоколы выемки, обысков и осмотра изъятых предметов не содержат доказательств вины Сергеева в каком‑либо преступлении, и, соответственно, говорят об отсутствии предварительного его преступного сговора с Авдеевым и/или Поплавской.
***
Утверждение суда об осведомлённости Сергеева о 14-летнем возрасте потерпевшей до начала полового сношения основано не на фактах, а только на не поддающихся объективной проверке предположениях Поплавской и на полученных под давлением следствия показаниях Авдеева, от которых он на суде отказался.
Суд располагает только ПРЕДПОЛОЖЕНИЯМИ, а не доказательствами вины подсудимых по статьям 134.5 и 135.4 УК РФ.
Согласно п. 4 статьи 14 УПК обвинительный приговор НЕ МОЖЕТ быть основан на предположениях. Согласно пп. 2 и 3 статьи 49 Конституции РФ обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность, а все сомнения трактуются в пользу обвиняемого.
****************
Особую роль в рассматриваемых событиях сыграло аморальное и провоцирующее поведение самой потерпевшей, а также её матери и законного представителя потерпевшей – Смог Аллы Викторовны, на что было указано в апелляционных жалобах осуждённого Авдеева (см. стр. 3 апелляционного определения от 22 ноября 2016 года) и защитника осуждённого Сергеева Галиева (стр. 4 и 5 того же определения), однако судебная коллегия решила, что «… оснований признать поведение потерпевшей аморальным и противоправным в том смысле, который указан в п. «з» части 1 статьи 61 УК РФ, у суда не имелось и по материалам дела не усматривается» (см. страницу 11 того же определения).
При этом:
- Как видно из протокола устного заявления Смог А. В. о совершённом преступлении от 16 декабря 2015 года, подтверждённого ею позже в других документах уголовного дела, она ещё в марте 2014 года обнаружила в планшетном компьютере своей дочери переписку эротического содержания, но не предприняла никаких мер, хотя одного её слова было бы достаточно для того, чтобы преступление ВООБЩЕ не совершилось.
- Все дальнейшие события происходили с её ведома и под её контролем. Не обратилась она тогда и в полицию, вероятно – по мнению защиты – для того, чтобы дать событиям свершиться и получить инструмент для возможного шантажа и вымогательства в будущем. Также не вмешалась она в события и после 24 мая 2014 года (первая установленная встреча её дочери с Авдеевым) и даже после 19 июня 2014 года, когда было совершено преступление, вменяемое осуждённым Авдееву, Сергееву и Поплавской.
- Заявление в полицию было написано только 16 декабря 2015 года, после исполнения её дочери шестнадцати лет (4 декабря 2015 года), после чего половая связь с ней перестала быть объектом уголовного права, то есть была исчерпана возможность вовлечения новых участников.
- Важно заметить, что тогда же – в конце декабря 2015 года, в местной электронной прессе появилось несколько заметок, в которых рассказывалось о связи её дочери с ДЕСЯТЬЮ взрослыми мужчинами. Авторы всех этих заметок в качестве источника информации ссылались на ПОЛИЦИЮ, то есть достоверность их содержания не должна вызывать особых сомнений. Конкретно: в источниках (….html - городской портал В БОЛЬШОМ ГОРОДЕ, 29 декабря 2015, http:/… - Аргументы недели от 30 декабря 2015, https://....html 999.TV) было упомянуто о десяти любовниках Лолиты, причём прямо указано, что инициатором всех сексуальных действий была именно потерпевшая. И всё это происходило под контролем её матери и законного представителя Смог А. В. Все источники основываются на заявлениях работников полиции и Следственного Комитета, т.к. на момент публикаций ТОЛЬКО полиция и СК имели информацию о преступлениях, рассматриваемых в нашем деле.
В протоколе судебного заседания апелляционной инстанции от 22 ноября 2016 года на странице 8 адвокат Муромцев заявляет ходатайство о приобщении этих материалов, а также текста петиции в защиту осуждённых, направленной в адрес Большого суда, к уголовному делу, однако на странице 9 того же протокола судебная коллегия на месте отказала ему в ходатайстве, считая, что «…петиции, и все иные обращения, размещённые в социальных сетях, судебная коллегия расценивает как внепроцессуальные обращения, направленные на то, чтобы оказать давление на суд до принятия судебного решения…». При этом судебная коллегия даже не обратила внимания на то, что вышеуказанные заметки были в СМИ, а не в социальных сетях, и были опубликованы по инициативе правоохранительных органов, а необходимость их приобщения к делу мотивирована содержащейся в них важной информацией по уголовному делу, источником которой являются органы полиции и Следственный Комитет. Информация эта существенно дополняет общую картину преступления и влияет на общую оценку событий.
Распечатки заметок в электронных СМИ см. ПРИЛОЖЕНИЕ №1.
- Учитывая непримиримую позицию матери потерпевшей, а также скрупулёзность, с которой она собирала доказательства связи своей дочери с осуждёнными, а также то, что заявление было написано только против ДВОИХ участников сексуальных действий, и только после исполнения дочери шестнадцати лет, возникает законный вопрос: ПОЧЕМУ не было заявлений против остальных ВОСЬМИ мужчин?
Сопоставляя описанные выше события с их датами, Защита имеет основания полагать, что заявление против Авдеева и Сергеева могло быть написано с целью шантажа остальных восьми участников сексуальных приключений Лолиты, до сих пор не установленных следствием.
***
Не менее важно для установления полной картины происшедшего остановиться на личности потерпевшей Лолиты, 4 декабря 1999 рождения, сведения о которой представлены в материалах предварительного следствия:
- Согласно заключению комиссии экспертов в составе Кудлаева В. Р., Сиротининой Т. Н., Кудлаевой Е.А. и Суслова О. В. №46 от 19 января 2016 года (см. страницу 3): «… сексуальными вопросами Лолита интересуется примерно с 12 лет, …читала об этом в интернете, …обвиняемый не был первым мужчиной, …вступать в половые акты ей нравится, …давно хотела поучаствовать в групповом сексе, …нравится боль, …хотела садо-мазохизм,… …память и интеллект не страдают, …запас знаний в целом соответствует возрасту, …достаточно ориентирована в вопросах повседневной жизни, …критические способности сохранены, …бреда и галлюцинаций нет…», что говорит о том, что «потерпевшая» осознавала, что, зачем и почему она делает.
- Согласно заключению эксперта Вершинина Леонида Олеговича №4825 от 22 декабря 2015 года, Лолита половую жизнь вела с 12 лет, последний добровольный половой акт – 20 декабря 2015 года, то есть накануне начала экспертизы (21 декабря 2015 года).
- Согласно протоколу объяснения Лолиты от 16 декабря 2015 года (см. стр. 2), уже при первой встрече, состоявшейся, по её словам, в марте-апреле 2014 года, она добровольно вступила с Авдеевым в половое сношение в оральной и анальной форме. Это же утверждение содержится и в протоколах дальнейших её допросов.
- Из переписки Лолиты с Авдеевым и Поплавской в социальной сети видно, что она сразу сообщила им о своём возрасте, что указывает на то, что она знала, что предполагаемые сексуальные контакты с ней повлекут для них уголовную ответственность, однако не только не попыталась остановить эти контакты, а всячески способствовала их развитию.
Отсюда видно, что поведение потерпевшей с самого начала носило провокационный характер и способствовало совершению преступления осуждёнными.
***
Против кого направлены статьи 134 и 135 УК РФ? Против злодеев-педофилов, совращающих малолетних. В нашем случае потерпевшая сама выступала в роли совратительницы, т.к. была и опытнее своих партнёров в сексуальном отношении, и сама была инициатором всех сексуальных действий. Обвиняемые были буквально втянуты в «приключение», стоившее им свободы, проявив в отношении себя преступную небрежность.
***
В защиту кого или чего направлены статьи 134 и 135 УК РФ? В защиту детской невинности от посягательства злодеев-педофилов – это очевидно. Есть ли в нашем деле упомянутая детская невинность? И близко нет. И педофилов нет. Зато есть юная развратница, жаждущая познать сексуальный мир (это следует из интервью, данных Лолитой прессе в декабре 2015 года). Нéкого здесь защищать этим статьям…. Это ОЧЕНЬ ВАЖНО!
**********************************************************
Защита считает:
- Осуждение Авдеева, а также остальных подсудимых, одновременно по статьям 134 и 135 УК РФ ошибочно, поскольку противоречит ч. 2 статьи 6 УК РФ, согласно которой «…никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление», а также смыслу п. 19 Пленума Верховного суда РФ от 4 декабря 2014 года №16 «О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности», указывающего, что данные преступления не образуют совокупности в соответствии с ч.1 статьи 17 УПК РФ при условии, что ни за одно из этих деяний виновный ранее не был осуждён. Данное условие в нашем случае соблюдено, т.к. никто из подсудимых ранее к суду не привлекался вообще.
****************
Защита считает:
- При назначении наказания суд не учёл характеристики личности Авдеева, хотя требование учёта личности подсудимого при назначении наказания прямо содержится в части 3 статьи 60 УК РФ.
- Ещё на этапе предварительного следствия отцу Лёньки было отказано в допросе по вопросу характеристики его личности, хотя требование учёта личности подсудимого при назначении наказания прямо содержится в части 3 статьи 60 УК РФ.
Отказано в таком допросе было и судами обеих инстанций, чем был нарушен принцип состязательности сторон, изложенный в частях 1 и 4 статьи 15 УПК РФ, а также принцип равенства сторон, изложенный в статье 244 УПК РФ. Также было отказано в приобщении к делу некоторых документов, характеризующих личность Авдеева, в частности, текста его сочинения «Почему я хочу стать врачом», написанного в период подготовки к поступлению на учёбу в ВУЗ.
Материалы, характеризующие личность Авдеева см. ПРИЛОЖЕНИЕ №2.
- На этапе предварительного следствия, а также в ходе судебных заседаний первой и апелляционной инстанций следствием и судом были допущены многочисленные нарушения требований УК и УПК РФ вплоть до прямой фальсификации протоколов допроса, что подрывает доверие к материалам предварительного следствия при явной обвинительной направленности этих материалов.
Краткий перечень нарушений приведён в ПРИЛОЖЕНИИ №3.
***
защита считает, что суд не учёл многочисленных обстоятельств, смягчающих вину осуждённого, как то:
- Умысел Авдеева при совершении преступления был направлен не на возраст потерпевшей, которая физически и психически выглядела значительно старше своих «паспортных» лет, а исключительно на её расу, цвет кожи, на то, что она – мулатка. Это подтверждено на стр. 5 заключения №92 комиссии экспертов в составе Тихомировой В. И., Брохина Ю. Л., Степановой И. А. и Кетовой Ю. А. от 31 марта 2016 года. Поскольку именно умысел является важнейшей составляющей для квалификации преступления, следует сделать вывод, что преступление фактически является преступным пренебрежением к букве закона, но никак не связано с паспортным возрастом потерпевшей.
Так убийство, совершённое по неосторожности (ст. 109 УК РФ) квалифицируется и наказывается иначе, чем умышленное убийство (ст. 105 УК РФ) – это очевидно и не вызывает возражений ни у юристов, ни у кого другого. Защита считает аналогию уместной.
- О преступном умысле со стороны Сергеева (а это очень важно для общей квалификации происшедшего) вообще говорить не приходится. Когда ему предлагалось вступить в сексуальные отношения с девушкой, он, узнав её возраст, категорически отказывался, что зафиксировано многими документами, имеющимися в деле, а то, что он всё-таки вступил в связь с Лолитой, объясняется только тем, что он не знал о том, что это именно та 14-летняя девушка, поскольку её внешние данные и поведение не позволяли усомниться в её взрослости. Из чего следует, что у Сергеева не было, да и не могло быть умысла на совершение преступлений, вменённых ему в вину.
- Согласно пункту «з» части 1 статьи 61 УК РФ, смягчающими обстоятельствами признаются: противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившиеся поводом для преступления. Факт аморального и провоцирующего преступление поведения как самой потерпевшей, так и её матери – законного представителя, хотя и не установлен судом первой инстанции в соответствующей формулировке, но является совершенно очевидным, исходя из текстов устного заявления Смог А. В. от 16 декабря 2015 года и других документов (см. выше), что отражено в приговоре суда (см., в частности, страницу 11 приговора от 15 сентября 2016 г.).
Суд игнорировал данное обстоятельство.
***
Согласно части 2 статьи 61 УК РФ при назначении наказания могут учитываться в качестве смягчающих и обстоятельства, не предусмотренные частью первой настоящей статьи. Таких обстоятельств есть множество, как то:
- До совершения преступления Авдеев не совершал правонарушений.
Судом не учтено.
- С момента совершения преступления и до ареста – а прошло более полутора лет, Авдеев также не совершал противоправных действий.
Судом не учтено.
- Отсутствие общественно опасных последствий совершения преступления. Потерпевшая и до и после встречи с ним вела активную половую жизнь и была весьма опытна, что зафиксировано как в протоколах её допросов, так и в заключении эксперта Вершинина Леонида Олеговича №4825 от 22 декабря 2015 года, в заключении комиссии экспертов в составе Кудлаева В. Р., Сиротининой Т. Н., Кудлаевой Е. А. и Суслова О. В. №46 от 19 января 2016 года. Оба документа есть в уголовном деле. Таким образом, совершённое преступление ничего не изменило в её жизни и не нанесло морального вреда.
Более того, потерпевшая при знакомстве с Авдеевым и Поплавской сразу информировала их о своём возрасте, что говорит о том, что она прекрасно понимала, что предстоящие действия противоправны и повлекут уголовную ответственность для них. Как не могла не понимать этого и её мать, читавшая переписку с марта 2014 года (т. е. за 2 месяца до первой встречи Лолиты с Авдеевым) и, тем не менее, не принявшая никаких мер по предотвращению преступления, хотя для этого было бы достаточно одного её слова. Особенно странным это выглядит с учётом того, что Смог А. В. ранее служила в полиции.
Суд игнорировал это обстоятельство.
- Наличие множественных положительных характеристик: с места работы, с места жительства, от правоохранительных органов (в том числе активная помощь ФСКН в борьбе с незаконным оборотом наркотиков) и др.
Судом не учтено.
- Желание и возможность продолжить учёбу и в дальнейшем приносить Обществу пользу в качестве врача-реаниматолога, что, помимо общественно-полезного характера этой профессии способствует исправлению осуждённого.
Судом не учтено.
***
В приговоре суда первой инстанции от 15 сентября 2016 года из смягчающих вину обстоятельств учтены только:
- Согласно пункту «и» части 1 статьи 61 УК РФ, явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления….
- Полное признание вины по ч.1. статьи 134 и полное раскаяние в содеянном.
- Состояние здоровья Авдеева.
***
Подсудимых Авдеева и Сергеева наказали строже, чем наказывают за умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах, за измену Родине и другие особо тяжкие преступления (см. ПРИЛОЖЕНИЕ №4). А ведь, согласно комментарию к ст. 60 УК РФ, назначаемая судом виновному мера воздействия должна быть, с одной стороны, достаточным средством достижения целей наказания (см. ст. 43 УК РФ), но с другой – минимально необходимой для этого. Недопустимо назначение наказания «с запасом».…. суд обязан ограничиться необходимым минимумом не только в части вида, но и в части размеров, срока назначаемого наказания.
********************************************
Учитывая:
1. Отсутствие объективных доказательств необходимого квалифицирующего признака вменяемых преступлений – осведомлённости Сергеева о возрасте потерпевшей до начала полового сношения, происшедшего 19 июня 2014 года по адресу Большой город, ул. Лётчицы-героини, д. 59, кв. 24;
2. Отсутствие доказательств признаков действия группой – предварительного сговора и согласованности действий Авдеева и Сергеева;
3. Часть доказательств, положенных судом первой инстанции в основу приговора, получена с нарушением уголовно процессуального законодательства – в частности, информация, содержащаяся на жёстких дисках, изъятых у отца Авдеева, т.к., согласно протоколу от 17 декабря 2015 года при выемке электронных носителей не присутствовал специалист, как того требует п. 3.1 статьи 183 УПК РФ; то есть, согласно п. 1 статьи 75 УПК, доказательства, содержащиеся на этих дисках не могут быть призаны допустимыми;
4. Содержание частей 2 и 3 статьи 49 Конституции РФ, гласящие, что обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность, а неустранимые сомнения виновности трактуются в пользу обвиняемого;
5. Содержание части 4 статьи 14 УПК РФ, указывающей, что обвинительный приговор не может быть вынесен на основании предположений;
6. Содержание части 3 статьи 60 УК РФ, требующей учёта обстоятельств совершения преступления, а также личности обвиняемого;
7. Содержание статей 6 и 43 УК РФ, требующих вынесения справедливого приговора, соответствующего реальной тяжести содеянного, а также недопустимости двойного наказания за одно преступление; назначения минимально необходимого наказания;
8. Материалов Пленума Верховного суда РФ от 4 декабря 2014 года №16 «О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности» (см. п. 19), не допускающих одновременного осуждения по статьям 134 и 135 УК РФ в случае отсутствия судимости по этим статьям;
9. Характеристики личности потерпевшей;
10. Аморальное поведение потерпевшей и её матери, спровоцировавшее совершение преступления;
11. Отсутствие общественно-опасных и других негативных последствий совершённого преступления;
12. Многочисленные обстоятельства, смягчающие вину Авдеева, в том числе – не учтённые судами предыдущих инстанций.
13. Излишнюю тяжесть наказания осуждённым, не соразмерную с реальной тяжестью содеянного.
На основании части 1 статьи 401.15 УПК РФ, согласно которой «основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, ….»…
Защита просит:
1. Отменить приговор суда первой инстанции от 15 сентября 2016 года в части ч. 5 статьи 134 УК РФ и ч. 4 статьи 135 УК РФ в отношении Авдеева, переквалифицировав состав преступления на ч. 1 статьи 134 УК РФ и назначить приговор в соответствии с санкциями, предусмотренными этой статьёй.
2. Отменить приговор суда первой инстанции от 15 сентября 2016 года в части ч. 5 статьи 134 УК РФ и ч. 4 статьи 135 УК РФ в отношении Сергеева за отсутствием в его действиях состава преступления.
3. Учитывая изложенное, а также то, что, согласно части 2 статьи 43 УК РФ, наказание назначается с целью восстановления социальной справедливости и в целях исправления осуждённого Авдеева (уже отбывшего значительное наказание), и предупреждения совершения новых преступлений – применить ст. 64 УК РФ и ст. 73 УК РФ.
Приложения:
1. Распечатки заметок в электронных СМИ за декабрь 2015 года.
2. Материалы, характеризующие личность Авдеева.
3. Перечень нарушений УК и УПК РФ, допущенных в ходе предварительного следствия и судебных заседаний первой и апелляционной инстанций.
4. Приговоры за тяжкие и особо тяжкие преступления, опубликованные в СМИ в последнее время.
[1] См. сноску 69 на стр. 44